Валерий Новицкий Сергей Витальевич Карелин 
Научный маг

Научный маг – 1

https://author.today/work/123925
Аннотация

Мой дед был хранителем уникального кольца. Этот артефакт содержал в себе знания, которые могли принести в мир магического средневековья хаос, попади они не в те руки. Но однажды пришли наёмники, которые убили деда и похитили моих родных. А в моём распоряжении остались научные знания другого мира под названием Земля, которые не так–то просто использовать. Но ради спасения семьи я готов пойти на многое. Например, совместить земную науку и собственную магию.

Сергей Карелин, Валерий Новицкий
Научный маг

Глава 1 

Когда–то у меня были семья, друзья и путь мага, по которому я шëл. Однако всё изменилось в один момент. Но сейчас не время для воспоминаний. Ведь передо мной стоит задача, которую нужно выполнить.
Я пробирался через густую лесную чащу, и ветки, покрытые зелёной листвой, настойчиво цеплялись за мою дешёвую броню из дублёной кожи, пытаясь остановить наглеца, посмевшего нарушить их покой.
Я был в таком нищенском положении, что не мог себе позволить что–то дороже десяти кварцевых монет. Однако было несколько артефактов, один из которых дед создал лично для меня. Подумав об этом, я посмотрел на свои ботинки. Под подошвой раздался громкий хруст, когда я наступил на очередную ветку. На обуви было видно несколько заплаток, да и вообще она, как и вся одежда, выглядела не слишком презентабельно. Даже для такого третьесортного королевства, как Аспия. Однако никто не догадывался, насколько полезную вещь я носил на своих ступнях под видом рухляди.
Но вовсе не ботинки являлись самой полезной частью моего инвентаря. Ведь на пальце левой руки у меня было надето, казалось бы, ничем не примечательное кольцо. Однако его обыкновенный внешний вид был обманчив. На самом деле это кольцо было самым величайшим сокровищем. Внутри этого пространственного артефакта хранились действительно невероятные знания. А именно — библиотека научных книг с далёкого мира под названием Земля. Всё это я получил в наследство от своего деда. Объединение науки и магии имело неограниченный потенциал. И я собирался этим воспользоваться.
Однако я шёл дальше и вскоре почувствовал запах, который так давно надеялся ощутить — гнили и разлагающейся плоти. Запах означал, что я близок к своей цели. Искомый монстр скоро будет убит, и я наконец получу шанс продвинуться в развитии на небольшой шажок вперёд. Подумав об этом, сжал кулаки до хруста, продолжая свой неспешный шаг.
Мне уже четырнадцать лет, а я всё ещё нахожусь на второй ступени ученика! Даже для Аспии это было не слишком хорошим результатом. Чего уж говорить про эльфов Анаераса, людей Кельтона или подводных жителей Атлантии. По сравнению с силой моих одногодок из передовых государств я был всего лишь жалким слабаком.
Вскоре я наконец вышел к открытой поляне, в центре которой сидела моя цель. Это было существо, отдалённо напоминавшее зайца, с длинными гибкими лапами и уродливыми буграми мышц, налитыми силой. Человекоподобный заяц занимался тем, что поедал труп волка с синей шерстью. Да, в мире, где на вершине стоят могущественные маги последних ступеней развития, даже заяц был способен убить волка, если тот, конечно, уступал тому в развитии или навыках.
Являешься ли ты храбрым львом из прерий или обычной полевой мышью. Будешь ли ты могучим орком или лишь четырнадцатилетним пацаном. Это не важно, всё решают твой талант и то, насколько ты готов посвятить всего себя развитию. Ведь в мире, где на вершине стоят сильнейшие из сильнейших, стать могущественным мог любой, независимо от происхождения, статуса или силы его рода.
Мой резерв пока не был особо большим, а «луч света» сжигал немало энергии. Но название этого плетения не отражает реальную суть вещей. На самом деле это заклинание работало по принципу лазера. Использование магической энергии может выполнять две основные задачи. А именно — преобразование энергии в любую материю и управление любой материей. В случае создания «луча света» я управлял фотонами.
Учитывая мои нынешние запасы, я могу использовать это плетение лишь пять раз. Если не убью его за пять попыток, быть беде. Этот заяц–переросток находился на ступени Адепта, что на одну выше, чем та, на которой был я. Любой бы в здравом уме сказал, что у меня нет шансов. Однако так просто я не подохну. Не сейчас.
Я не стал больше ждать у моря погоды. Вытянул руку вперёд и, прицелившись, почти мгновенно создал нужное плетение. Вырвавшийся из моей руки тонкий ослепительно белый луч света именуемый в другом мире лазером вонзился в голову зайца. Падальщик не ожидал подобного, однако я слишком рано радовался. На его виске остался лишь след ожога, мой слабый луч не смог нанести серьёзного вреда. Монстр взвыл от боли и встрепенулся, посмотрев на меня взглядом, полным голода и гнева. На всей скорости заяц бросился ко мне, и я не стал медлить.
Быстро создав очередное плетение, отправил в полёт «воздушный кулак». Это было первое плетение в моей жизни, которое я выучил, и оно не раз спасало мне жизнь. Простое, но эффективное. Сжатый воздух ударил зайца, отправив его в полёт. Я же с удовольствием пронаблюдал за этой картиной.
Мой противник на полной скорости влетел в ствол дерева. Может он и не сильно пострадал, но я надеялся, что как минимум сломал ему пару рёбер. Стараясь не дать врагу прийти в себя, тут же сплёл «огненный взрыв». Маленький сгусток огня полетел в сторону поднимающегося с земли зайца, и прогремел громкий взрыв.
Плетение «огненного взрыва» работало по принципу боеприпасов объемного взрыва. Это когда горючую жидкость распыляют в воздухе и тогда подрывают получившееся газовое облако. При этом огненный взрыв представляет из себя огненный шар, внутри которого находится горючая жидкость. Взрыв огненного шара распыляет горючую жидкость, и тогда происходит детонация. В общем, это плетение было крайне эффективно и, к тому же, доступно даже на самых низких ступенях развития. Так что неудивительно, что оно стало моей визитной карточкой.
Мой противник прерывисто захрипел, его тело покрыли чёрные пятна ожогов. Однако мне он нужен был по крайней мере более–менее целым. Ещё надо достать из его трупа нужный ингредиент, ради которого я и охотился на эту тварь.
Монстр уже практически встал, однако я не собирался давать ему возможность продолжить бой. Ещё один «воздушный кулак» полетел в его сторону. Сжатый воздух вновь швырнул его в дерево, по которому он сполз вниз и затих, уставившись на меня глазами, полными ненависти. Однако, похоже, не мог больше сопротивляться и решил принять свою судьбу. Я прицелился «лучом света» в глаз падальщика и выстрелил, пронзив его голову. Противник был мёртв.
Достал нож из кармана и, подойдя ближе, наклонился над его головой. Запах, прямо скажем, отвратительный. Но придётся потерпеть. С брезгливостью открыл рот мертвеца и вырезал оттуда его язык. Это и был тот самый нужный ингредиент. Об этом зелье многие знают, тем не менее, большинство брезгует его использовать, но я находился не в том положении, чтобы выбирать.
Когда язык был вырезан и спрятан в пространственном кольце, я услышал топот ног. Оглянулся и увидел, как шестилапое нечто приближается ко мне на большой скорости. У нового монстра была широкая уродливая морда, длинные и острые, словно кинжалы, зубы и тощее продолговатое тело, покрытое каким–то жидким огнём. Хвост этого создания по всей длине украшали костяные наросты, и он постоянно находился в движении.
Оценив нового врага по его ауре, я осознал, что нужно спасаться бегством. Шестилапый находился на Продвинутой ступени развития. Я ему не противник. И вообще, откуда тут, к Мелеку, появился такой сильный монстр? Это может стать проблемой.
Я прыгнул вверх, активируя артефактные ботинки, и пошёл по воздуху. Всем в Алондаре известно, что только начиная со ступени Эксперта открывается возможность полноценно использовать плетение левитации. Однако мой дед смог добиться хоть и кратковременного, но всё же левитирования на ступени Ученика. На самом деле он использовал хитрость. Когда я применяю артефактные ботинки, под подошвой создаётся воздушная ступенька, которая фиксируется в пространстве. Именно от неё я и отталкиваюсь.
Однако не время для объяснений, ведь я поднимался всё выше и выше, чтобы скорее сбежать от монстра. Забравшись на достаточно безопасную высоту, огляделся. До земли было метров десять. Мне открывался прекрасный вид на лес. Поляна подо мной была чиста. Вовремя я вырезал язык из поверженного врага. Как и надеялся, шестилапый, решив довольствоваться более простой и, к тому же, уже готовой к употреблению пищей, начал пожирать тело зайца.
Я с облегчением вздохнул. Дело в том, что воздушная поступь сжигала огромное количество магической энергии за короткий срок. Так что для того, чтобы не упасть, начал снижаться. Но меня не хватило до самого конца. На высоте трёх метров я лишился всей энергии и рухнул на землю. Приземление было не из приятных, но, тем не менее, я умудрился ничего себе не повредить. Растянувшись на траве, я продолжил лежать, решив дождаться восстановления энергии.
Только через два часа, когда почувствовал, что силы начали возвращаться, я медленно встал и внимательно осмотрел себя. Убедившись, что серьёзных повреждений я не получил, не считая несколько синяков, ссадин и ушибленный бок, тут же побрёл в сторону пещеры, которую выбрал местом своего ночлега. По пути к ней мне, слава Мельтасу, не встретилось ни одного монстра.
Наконец я добрался до своего убежища. В нём было тепло и сухо, на мой взгляд, главное его достоинство. А ещё мне никто не мог помешать. Честно говоря, не терпелось поскорее приступить к созданию зелья для ускорения моего развития на стезе мага. Конечно, оно было одним из самых слабых среди себе подобных. В некоторых случаях вообще могло не сработать. Однако я должен был использовать любой шанс, чтобы скорее прорваться на следующую ступень, и тогда моя проблема будет решена. К сожалению, если не ускорять этот процесс, то с текущей скоростью моего развития потребуется в лучшем случае лет десять, чтобы я достиг того же без использования зелий. Естественно, мне это не подходило.
Пройдя до конца пещеры, я уселся возле плоского уступа, который вскоре станет для меня столом для занятия алхимией. Теперь пришло время достать перегонный куб. Мысленным взором я обратился к пространственному кольцу, и вскоре передо мной появился нужный агрегат.
Он представлял собой сосуд цилиндрической формы, из которого выходил стеклянный змеевик, соединяющийся с алхимической колбой. Все материалы, из которых он состоял, были надёжно защищены магией.
Сначала я аккуратно измельчил язык зайца–падальщика и перемешал его с нужными для зелья травами. Закинул всё это в котелок перегонного куба и залил заряженной магией водой. Активировал агрегат простеньким плетением нагрева. Куб начал нагреваться, и спустя десять минут пришло время змеевика, который начал перегонять жидкость в алхимическую колбу. Ещё полчаса, и зелье готово.
Я не стал долго ждать и осушил колбу. Мне приходилось слышать, какой эффект оказывает зелье, и когда почувствовал, что меня клонит в сон, не удивился. Достал из своего пространственного кольца спальный мешок, разложил его и внимательно осмотрел место будущего ночлега. Не найдя ничего, что бы могло помешать, тяжело вздохнул. Сон был для меня одновременно раем и пыткой. Всё–таки решившись залезть в спальный мешок, закрыл дрожащие от стресса веки. Пора погрузиться в мир снов, которых я так боюсь и одновременно с этим жду.

* * *

Как только мои глаза закрылись, я тут же оказался на живописной поляне. Солнце ярко светило в глаза, а чуть дальше начинался пляж. Волны океана медленно и величаво накатывали на песок и отступали, оставляя белую пену. Рядом с пляжем, почти у самого берега океана, в отдалении от всего остального мира, располагалась небольшая деревенька. Однако сейчас мне было не до любования природой, ведь передо мной стоял человек, которого я уважал больше, чем кого–либо.
Мой дед. Валнар Валленштайн был одет в простую и практичную крестьянскую одежду соломенного цвета. На лице виднелись старческие морщины, а на большом фактурном носе расположились очки в роговой оправе с толстыми стеклянными линзами. Я не мог отвести от него взгляд. Мне хотелось окликнуть его и сказать, как мне не хватает его, брата и сестры. Однако я не мог сказать ни слова, ведь хоть и чувствовал всё, что происходило в этом теле, к сожалению, им не управлял.
К слову, сейчас я находился в теле себя, когда мне было шесть лет. В то время я был низеньким худеньким мальчиком. Гораздо более мелким, чем мои сверстники. Волосы были непослушными и вечно торчали в разные стороны. Но самое главное отличие меня прошлого от нынешнего — это то, что на моём детском лице была беззаботная улыбка человека, который никогда не знал горя и печали.
— Ирос, ты тренировал сегодня своё начальное магическое искусство? — строго задал вопрос дед, прищурив уголок глаз.
— Конечно, деда! Я же стану самым величайшим магом из всех! Мне нельзя пропускать тренировки, — наивно ответил шестилетний я.
— Ирос, амбиции — это, конечно, хорошо, но не будь настолько самоуверенным. Ты ещё очень далёк от выполнения своей мечты, — пожурил меня дед.
В ответ шестилетний я лишь наивно улыбнулся.
— Ирос, скажи мне, что ты знаешь о ступенях? — спросил дед, прищурившись.
— Чем выше ступень, тем маг могущественнее, — уверенно, как будто бы сказав что–то выдающееся, заявил я.
— Правильно. Итак, тринадцать ступеней, которые я сейчас тебе перечислю в правильном порядке. Начинающий, Ученик, Адепт, Продвинутый, Духовный, Мастер, Эксперт, Магистр, Повелитель, Владыка, Бессмертный, Истинный и Первобытный.
— Я точно стану Первобытным! — вдруг возбуждённо проговорил я.
А дедушка лишь звонко рассмеялся:
— Нет, Ирос. Во всём этом мире за всю историю было всего лишь десять Первобытных. Никто не смог повторить их успех, — объяснил дед. — Но в любом случае, давай поговорим о них позже. Сейчас мы обсудим более важную тему. Ирос, что ты знаешь о магической энергии?
— Ну, я знаю, что магическая энергия находится вокруг нас и маг должен её поглощать, чтобы развиваться, — ответил я чуть погодя.
— Всё правильно. Магическая энергия находится вокруг нас, она везде в любом месте Алондара. В воздухе, в воде, в земле… Однако где–то её больше, где–то — меньше. Чтобы развиваться на пути к могуществу, нужно постоянно собирать магическую энергию в своё средоточие. Ирос, ты знаешь, что это такое?
— Нет, не знаю, — с печалью в голосе признался я.
— Средоточие — это место в середине груди, где хранится сжатая поглощённая магическая энергия. Ты должен будешь научиться собирать энергию, существующую вокруг тебя, и хранить её в средоточии. Это одна из краеугольных граней развития магов.
Дед хотел ещё что–то сказать, однако наш разговор прервали.
— Дедушка, хватит уже мучить Ироса своей магией, пусть братец отдохнёт и проиграет с друзьями, — укоризненно произнесла моя сестра, подойдя ближе к нам.
Она выглядела в точности как тогда. Высокая, стройная, с тёмными волосами, заплетёнными в хвост. У неё были алые губы, густые чёрные брови, изящный носик и румяные щёки. Моя сестра была невероятно привлекательной девушкой, и с этим мало кто мог поспорить.
— Ирос сам хочет учиться магии, я его не заставляю, — возмутился дед.
Однако Эмилин насупила свой носик и заявила:
— Ирос должен проводить больше времени со сверстниками, магии он ещё успеет научиться!
— Ладно, Эмилин. Пусть идёт играть с друзьями, — сдался дед, глубоко вздохнув.
Добившись своего, Эмилин улыбнулась мне, от чего моё сердце затрепетало. Как же сильно мне не хватало её улыбки в последнее время.
Сестра. Что же с тобой сделали эти ублюдки? Куда увезли? Где же ты сейчас и всё ли с тобой в порядке? Я не знаю ответов на эти вопросы. Однако я точно осознаю, что обязательно найду тебя и брата. Ну и ещё кое в чём клянусь. Те, кто забрали у меня семью, сильно пожалеют, что родились на свет.

Глава 2 

Утром, наскоро перекусив сушёным мясом и запив его вином из фляги, я отправился в путь. Вскоре лес закончился, и я вышел на широкую накатанную дорогу. Она должна была вести в город Гларон, про который мне рассказывали ранее встреченные по пути прохожие. По мере приближения к пункту назначения на дороге появлялось всë больше всадников, телег и карет. Движение стало оживлённым. Когда солнце начало клониться к закату, я наконец увидел город. Он раскинулся на просторной поляне и был окружён высоким массивным деревянным частоколом. Что ж, вот и первый город, который я встретил на пути в столицу из моей деревни.
Полюбовавшись видом, я вместе со спешившим в город народом направился к широким деревянным входным воротам. Они были открыты, но за ними меня встретила бдительная охрана из четырёх заплывших жиром стражников, которые, презрительно смотря на вливающуюся в город толпу народа, взимали плату за вход. Казалось, кожаная броня, напяленная на них, вот–вот лопнет. Когда очередь дошла до меня, я был награждён презрительным и утомлённым взглядом.
— Ты кто такой? Зачем хочешь пройти в город? — обратился ко мне один из толстяков–охранников.
— Я пришёл сюда, чтобы вступить в гильдию охотников, — сказал я так, чтобы наблюдающий услышал.
— Ты? И в гильдию охотников? Рассмешил ты меня, парень! — громко рассмеялся стражник. — Ты же сопляк.
Его слова меня разозлили. Может я и молод, однако это не даёт ему права так со мной разговаривать. У меня появилось стойкое желание запульнуть «огненным взрывом» в этого гада и посмотреть, как он пересчитает своим толстым пузом камни городской улицы. Однако постарался успокоиться и остыть. Вряд ли агрессивные действия помогут мне выполнить задачу, которую я поставил для себя, придя в город.
— Какая, интересно, у тебя ступень, раз решил стать охотником? Начинающий? — продолжил глумиться наблюдатель.
Но через секунду он пригляделся ко мне, и его выражение лица стало более серьёзным.
— Такой сопляк и уже ученик? Впечатляет. Ладно, малец, видимо, я погорячился. У тебя явно есть талант. Я был неправ.
Да уж, такая резкая смена отношения меня удивила и в какой–то мере даже расстроила. Если жители Аспии считают, что быть Учеником в четырнадцать лет — значит, иметь большой талант, то у этого королевства действительно всё очень плохо с сильными магами.
— Проходи, парень! Не задерживай народ.
За воротами меня встретил невысокий полноватый мужичок с редкой бородкой и какими–то бегающими глазами, который совсем недавно получил несколько монет от возницы проехавшей впереди кареты.
— Значит так, парень, — обратился он ко мне. — Обычно я беру одну кварцевую монету за вход. Однако ты пришёл, когда начало темнеть. Так что, будь добр, плати в три раза больше. Ну, либо можешь переночевать за стенами города, — объяснил мне мужичок, нагло улыбнувшись.
Вот же гад, у меня и так всё плохо с деньгами, а тут ещё всякие проходимцы вымогательством занимаются.
Наблюдатель с прищуром смотрел за тем, что я собираюсь делать, и когда я потянул руку к кошельку, это ничтожество удовлетворённо улыбнулось во весь рот. Пошарив в кошеле, я понял, что у меня осталось всего девять кварцевых монет. Средства если и не нищенские, то очень скромные. Так что я с большим недовольством вытянул из кошелька три кварцевые монеты. Ну ничего, я же вскоре стану охотником, так что успею ещё заработать.
С большим недовольством я отдал требуемые средства в лапы вымогателя. Когда тот получил деньги, тут же ловко спрятал их себе в карман. После этого его лицо расплылось в довольной улыбке.
— Добро пожаловать в Гларон, господин будущий охотник, — с издëвкой заявил он.
Я же не стал ему отвечать и, подарив многообещающий взгляд, вошёл в город. Что я мог сказать о Глароне? Во–первых, на улицах было грязно. Во–вторых, столько оборванцев и нищих увидеть никак не ожидал. В-третьих, дома, тянувшиеся вдоль широкой улицы, представляли собой покосившиеся, кривые деревянные строения с дырявыми крышами. Даже в моей деревне у обычных крестьян жилища выглядели намного приличнее. Единственное здание, которое, на мой взгляд, отличалось от окружающих его халуп, встретилось мне, когда я уже подходил к центру города. Оно было сложено из красного кирпича и выглядело как дорогой боевой конь среди дохлых деревенских кляч.
Народ, встречающийся мне по пути, тоже был одет в какие–то лохмотья. Даже моя дешёвая броня смотрелась как признак достатка на их фоне. Лишь к центру начали появляться нормально одетые люди. Мимо меня пробегал паренёк лет шести, выглядящий как беспризорник. Его одежда представляла собой настоящие тряпки, из–за чего он имел жалкий вид. Резко вытянув руку, я схватил мальчишку за руку, от чего тот злобно заскулил.
— Ты чего, Мелеково отродье, меня хватаешь? — после этого он добавил ещё пару крепких словечек.
Мальчик попытался вырваться из моей хватки, однако сил для этого ему явно не хватало.
— Мне нужно знать, где находится гильдия охотников, — пояснил я беспризорнику.
— Так вот, в центре города стоит. Вот же оно! — мальчик показал пальцем на единственное нормальное здание из красного кирпича, на которое я сразу обратил внимание.
Неудивительно, что единственная нормальная постройка в этом, с позволения сказать, городе оказалась именно отделением гильдии охотников. Хотя, чего я ожидал? Насколько мне было известно, деньги на постройку отделений даются напрямую от владельца гильдии охотников, а не из городской казны. Я отпустил мальчика и чуть погодя, подумав, кинул ему одну кварцевую монету.
— Вот, держи, заслужил за помощь. Купи себе еды.
Мальчик ловко поймал подарок и несколько секунд смотрел на монету непонимающим взглядом. После чего его глаза наполнились слезами.
— Братец, спасибо тебе большое, извини, что я тебя до этого так обозвал. Ты хороший.
Я же похлопал мальчика по плечу, ни на миг не усомнившись в принятом решении. Ему эти деньги явно нужнее, а я ещё заработаю.
— Ладно, я пошёл, — последний раз хлопнул по плечу нищего мальчика и поплёлся в сторону отделения гильдии.
Подойдя ближе, услышал гомон людей, доносящийся из здания. Открыв крепкую дверь, увидел помещение, заполненное круглыми деревянными столами и табуретами, на которых сидело множество народа. Многие из присутствующих носили кожаную броню, похожую на мою. Кто–то был одет в простую сельскую одежду. У некоторых в качестве оружия были ржавые железные мечи.
Когда я зашёл, взгляды всех присутствующих обратились на меня. Вдруг с табуретки поднялся мужчина огромных размеров. Он был одет в грубую дешёвую одежду, а свои волосы соломенного цвета подстригал под горшок. Ощутив его ауру, я понял, что тот ещё даже не вступил на путь мага.
— Что за мелочь к нам пришла. Неужели хочешь стать охотником? — решил поглумиться этот нахал.
Присутствующие грянули дружным взрывом хохота, но, как я заметил, смеялись не все.
Я поймал на себе несколько озадаченных взглядов тех, кто, видимо, почувствовал ауру моей ступени. Всё как обычно. Ничего не меняется в этой жизни. Каждый раз мне приходилось объяснять людям степень их заблуждения.
— Да, я хочу стать охотником, тебе–то что? — спокойно ответил этому недомагу.
— Да такая мелочь, как ты, умрёт на первом же задании. Любой заяц тебе яйца отгрызёт! Я бы на месте главы гильдии выгнал тебя отсюда поганой метлой, — не унимался здоровяк. — Недоноскам здесь не место.
Вот почему всегда в толпе найдётся идиот, который считает себя умнее других?
— А ты попробуй меня выгнать сам. Уверен, что получится? — хмыкнул я с раздражением. — Или ты только на словах смелый?
В поросячьих глазах появилась злость. Здоровяк начал подходить ко мне всё ближе.
— Сейчас папка преподаст тебе урок, — то ли сказал, то ли хрюкнул он.
Дальше ждать я не стал. Издеваться над собой всяким уродам точно не позволю. Тут же создал плетение «воздушного кулака». Я выбрал данное заклинание, так как не хотел сильно вредить этому идиоту. Все остальные мои умения наносили слишком серьёзный урон. Я бы либо разорвал его на куски «огненным взрывом», либо мгновенно прожёг бы «лучом света».
«Воздушный кулак» на небольшой скорости полетел в сторону здоровяка и ударил его в живот, от чего тот, сделав эффектное сальто назад, упал на деревянный стол и разломал его пополам. Люди, которые сидели за ним и ещё недавно смеялись, тут же подскочили со своих мест.
Сломав стол, оскорбивший меня идиот начал кататься по полу, держась за живот и крича от боли.
Я же презрительным взглядом осмотрел присутствующих и во всеуслышание заявил:
— Может ещё есть желающие меня выгнать?
Лишь тишина отвечала мне, пока вдруг из угла помещения не послышались хлопки. Их подхватили другие люди, и через минуту мне аплодировали все без исключения.
— Молодец! — присвистнул дородный мужик.
— Хорошо ты его отделал! — крикнул парень лет двадцати.
Я же уселся за один из столов. Рядом со мной сидели другие маги, желающие стать охотниками. Люди быстро пришли в себя после моего представления. Даже здоровяк, в которого я запустил «воздушный кулак», наконец встал на ноги и, посмотрев на меня с бессильной злобой, поковылял на своё место.
Тем временем, уже забыв обо мне, присутствующие продолжили свои разговоры. В основном они крутились вокруг темы о том, кто какой ранг получит. Всего в гильдии охотников существовало десять рангов. Не думаю, что в нашем королевстве можно было найти кого–то выше третьего. Хорошо ещё, что Аспия пока не знала проблем, но лишь только потому, что монстры в этом королевстве были на редкость слабые. Как, собственно, и маги.
Теперь главный вопрос. Почему я решил стать охотником? Дело в том, что для успешного развития и осуществления моей цели необходимо иметь две вещи. Во–первых, я обязан постоянно практиковаться в магии и развитии начального магического искусства. Без этого, как вы понимаете, нет роста. Во–вторых, мне нужны зелья для развития.
Если развитием начального искусства я мог заниматься без чьей–либо помощи, то убийства монстров станут очень полезными для практического применения моей магии. Но самое главное — эти убийства дают мне возможность получать ингредиенты для различных зелий, так как именно монстры служат основными их поставщиками. Таким образом, они нужны мне, чтобы помочь в развитии. То есть с помощью работы охотником я смогу решить сразу три свои проблемы — повысить могущество, подзаработать и раздобыть ингредиенты для необходимых мне зелий. В общем, это был идеальный вариант.
Прервав размышления, я краем уха услышал разговор двух претендентов на становление охотниками. Захмелевший мужчина с рыжей шевелюрой и бородой громко убеждал своего собеседника:
— Говорю тебе, я стану лучшим охотником и лучшим магом. Не хуже, чем Валнар Валленштайн.
— Да тебе до Валнара Валленштайна как до неба. Ну ты и сказанул, — рассмеялся его собеседник. — Кто ты, а кто он? Но наглости тебе не занимать.
Услышав имя своего погибшего деда, я пришëл в недоумение. Откуда они его знают? Именно это не давало мня покоя. Так что, резко встав и подойдя к столу, где сидели собеседники, я задал интересующий меня вопрос:
— Откуда ты знаешь это имя?!
И вновь на мне скрестились удивлённые взгляды присутствующих.
— О каком имени речь, малец? — спросил массивный мужчина в кожаной броне, сидевший за соседним столиком.
— Валнар Валленштайн. Откуда вы знаете его? — на этот раз чуть тише спросил я.
После того, как я задал вопрос, по залу прошёлся шëпот.
— Из какой пещеры ты вылез, малец? О сильнейшем из Меридиан знают не только в Аспии, но и во всём мире, — ответил мне мужчина.
— Кто такой сильнейший из Меридиан!? — недоумевая, спросил я, от чего поднялся гул громче, чем раньше.
— Малец, ты совсем тупой, что ли? Я же сказал. Валнар Валленштайн, Сильнейший из Меридиан, является легендой нашего королевства. Двести лет назад весь мир говорил о нём как об одном из самых гениальных магов своего поколения. Даже сейчас это имя произносят с уважением. Да чтобы ты понимал, в Аспии до сих пор о его подвигах матери рассказывают сказки своим чадам. Он сильнейший маг нашего королевства за всю его историю. Его могущество находилось на ступени Повелителя. Я уверен, ты даже вообразить не можешь, насколько он был силён.
После этой тирады говоривший с усмешкой посмотрел на меня.
Осознав, о чём мне сейчас рассказали, я пришëл в трепет. Дедушка, почему ты ничего об этом мне не рассказывал? Даже больше, учитывая, что никто из деревни ничего мне не сообщил, ты, вероятно, взял с них обещания, что они будут молчать. Зачем ты это сделал?
Слова этих людей наполнили сердце гордостью. Мой дед был невероятным. Даже тогда, в детстве, я это понимал, хоть мне было мало лет. Ещё не осознавал, но уже понимал. И я не разочарую его. Стану величайшим магом, как и мечтал раньше. Не опозорю имя Валнара Валленштайна!
После того, как я пришёл к такому выводу, ко мне пришла уверенность, которой не было со смерти деда. Я внук Сильнейшего из Меридиан. Тот, кто получил его наследие. И должен встречать удары судьбы с гордо поднятой головой и никогда не сдаваться на пути к своей цели. Ведь так учил меня дедушка.
Усевшись за стол, я ещё несколько минут отходил от нахлынувших на меня эмоций. Пока наконец не пришёл в себя.
Я ясно понимал, что моё главное подспорье на пути к могуществу — это библиотека научных книг с Земли, находящаяся в пространственном кольце. Именно эти научные знания и были самым величайшим наследием, которое оставил мне дед. Так что я был намерен по полной воспользоваться открывающимися передо мной возможностями.
Не так давно мне пришла идея с помощью магии создать оружие, которое не увидит и не осознает ни один человек. Инфразвуковое оружие. Инфразвук — это звуковые волны, имеющие частоту ниже воспринимаемой человеческим ухом. Люди просто ничего не услышат, как бы сильно ни старались. Однако то, что мы не способны его слышать, не значит, что он никак на нас не влияет. Он способен вызывать чувство страха и паники у ничего не понимающей жертвы. В бою это может сыграть большую роль. Да и вообще, способность незаметно вызывать панику у цели может помочь во многих ситуациях. Однако это далеко не все открывающиеся возможности. Мощный инфразвук способен повреждать внутренние органы вплоть до смертельного исхода.
Ранее я тренировался с придуманным мною плетением. И сейчас, сфокусировав направление звуковых волн в сторону сидящего напротив меня человека, начал создавать плетение инфразвука. Сначала я не заметил у подопытного никаких изменений в поведении, однако вскоре его брови нахмурились, и он с большей силой сжал деревянную кружку. Я осознал, что хоть эффект и был незначительным, но он определённо есть. Однако самое печальное, что для его достижения я израсходовал половину своего магического резерва. Как оказалось, это плетение жрёт огромное количество магической энергии. С печалью вздохнув, я осознал, что пока не поднимусь вверх в могуществе и не буду находиться на высоких ступенях, не смогу нормально использовать это плетение.
Размышляя об этом, я не заметил, как перед толпой людей из неприметной двери, которую я сразу и не увидел, появился старик со сгорбленной спиной. Одет он был в потрёпанную мантию, которая, несмотря на скромной вид, явно была усилена рунами. На такую я ещё нескоро заработаю. Он осмотрел присутствующих своим цепким взглядом и сказал:
— Все желающие стать авантюристами по одному проходите в мой кабинет.
В зале вновь стало шумно.
— Наконец–то, мы уже столько ждём! — крикнул мужчина с рыжей бородой.
Ощутив ауру старика, я понял, что он имеет пятую ступень Духа. Сильный маг для этого королевства. Однако даже если бы парень двадцати пяти лет имел ту же ступень, в более развитых государствах его посчитали бы слабым.
Народ столпился у входа в кабинет, каждый хотел как можно быстрее попасть внутрь и понять, примут ли его в гильдию. Однако я подумал, что не стоит спешить. По одному люди стали заходить. Большинство из них покидало кабинет старика с печалью на лице или даже гневом. Видимо, им отказали. Гораздо меньшее количество людей выходили довольными, потому что их приняли в гильдию.
Постепенно очередь уменьшалась, и я решил, что и мне пора попытать удачу. Поднявшись из–за стола, пошёл в сторону кабинета. Открыв дверь, оказался в небольшом помещении со столом из красного дерева, на котором находились незнакомые мне приспособления. Один агрегат был сделан из серого минерала и имел форму цилиндра. Второй же представлял из себя подобие шлема из красного минерала.
За столом сидел всё тот же старичок. Он посмотрел на меня с нескрываемым интересом и сказал:
— Вы довольно молоды, но уже достигли ступени ученика. Впечатляет.
Тембр голоса старичка был очень приятным, что невольно к нему располагало.
— Мне нечем гордиться, — честно признался я.
— А вы довольно самокритичный молодой человек, — похвалил меня старый маг. — Присаживайтесь.
Я сел на стул напротив него.
— Положите руку на этот цилиндр и влейте в него немного магической энергии.
Я так и сделал. Минерал цилиндра был приятный на ощупь.
— Резерв у вас неплохой, даже очень неплохой. Давненько не встречал такого… — удовлетворённо кивнул старик. — Оденьте это на голову, — старик указал пальцем на шлем из красного минерала.
Я не стал спорить или спрашивать и поступил так, как он сказал. Когда шлем оказался на голове, он завибрировал, и вдруг лицо старика исказилось. Во взгляде, направленном на меня, заплескалось изумление. Трясущимися губами он пробормотал:
— Девяносто восемь процентов совместимости. Да кто ты такой? Как такое вообще возможно? — пришёл в трепет старик, и чуть погодя его глаза ещё больше расширились от шока. — И аура от этого искусства. Я никогда не забуду ауру Валнара Валленштайна, которую ощущал, сражаясь в рядах армии Аспии двести лет назад!
Стоит сказать, что чем выше ступень мага, тем дольше он живёт и тем медленнее стареет. Так что не удивительно, что старик смог столько прожить со своей ступенью.
Немного успокоившись, он обратился ко мне:
— Объясни мне, кто ты такой и где, Мелек тебя побери, нашёл такое магическое искусство?
И тут я понял, что облажался. Не подумал, что этот артефактный шлем способен настолько подробно определить информацию про моё магическое искусство. Совместимость искусств очень важна. Чем выше совместимость между искусством и внутренним садом, тем сильнее маг будет. Мне с этим показателем очень повезло. Ведь дед создал искусство специально под меня. И в итоге получилась совместимость в девяносто восемь процентов, что являлось невероятным результатом. А самое главное, что старик узнал, кто создал мне это искусство. Теперь вся информация на руках у главы отделения. Гильдии охотников есть практически в каждом государстве Алондара. А главой и владельцем всей этой сети был король Анаераса. Эльфы славились своим благородством, и именно король Анаераса Ласиэль Алниский олицетворял это самое благородство. По словам деда, этот эльф является крайне благородной личностью, которой можно было довериться.
Собственно, мне только и оставалось, что довериться. Глава отделения по–любому расскажет всё королю Анаераса, а висящий в углу кабинета камень образов, работающий как магическая видеокамера, точно запечатлит мою внешность, даже если я сейчас рвану отсюда. Эх-х… Если бы я знал, что Анаерас предоставляет такие сложные артефакты даже самым захудалым отделениям охотников, то не стал бы зачисляться в эту гильдию. Но уже было поздно сожалеть. Лучшим вариантом будет рассказать правду и попросить не распространяться о моëм происхождении.
— Моё имя — Ирос Валленштайн. Я внук Валнара Валленштайна. Это искусство дед создал специально для меня, — объяснился я.
После моих действий старик наконец перестал дрожать и начал смеяться.
— Внук Валнара Валленштайна. Так чего ты мне сразу об этом не сказал? Напугал же ты меня, парень.
— У меня к вам просьба никому об этом не рассказывать, — сказал я, нахмурившись.
— В чём проблема? Как твой дед, кстати, поживает? — беззаботным тоном задал вопрос старик.
— Его убили на моих глазах. Дед не позволил убийцам понять, что я его внук. Но уверен, что, разобравшись в бумагах, которые украли из нашего дома, они увидели, что есть некий Ирос Валленштайн. Пока не стану достаточно сильным, чтобы отомстить, не хочу заявлять на весь мир, кто я такой.
С каждым словом моё сердце будто сжимала чья–то невидимая рука, заставляя его биться быстрее.
После моих слов смех старика оборвался, и он посмотрел на меня взглядом, полным печали.
— Подонки. Ублюдки смогли это сделать только из–за отравления твоего деда сердечным ядом. В ином случае эти ничтожества сдохли бы все до единого, — сплюнул старик.
Чуть погодя, когда маг немного успокоился, он добавил:
— Хорошо, Ирос, я сохраню твою тайну. Какое ты хочешь имя, чтобы я записал в твоей карточке?
— Рагнар, — немного подумав, ответил я.
— Хм, — старик весело посмотрел на меня. — Интересное имя. Кстати, король Анаераса и по совместительству владелец гильдии охотников обязательно должен узнать о твоём происхождении. Но ты не беспокойся, я уверен, что и он сохранит этот секрет в тайне.
— О большем не мог и мечтать, — выдохнул я.
Ведь со слов деда я отлично знал, что король Анаераса считается самым благородным из правителей.
— Вот твоя карточка, — старик протянул мне кусок из какого–то странного гибкого материала. — В ней указана информация о тебе, в том числе и ранг. Чтобы не привлекать внимания, я дам тебе первый ранг охотника. Но уверен, что с твоими способностями ты быстро поднимешься.
— Ты можешь идти, — показал тот рукой на дверь.
— Спасибо, что уделили мне время.
— Не за что, — печально улыбнулся старик.
Когда я вышел за дверь, меня уже ждали.
Шестеро магов. Двое на третьей ступени Адепта. И четверо второй ступени Ученика. Маги были одеты в кожаную броню, более качественную на вид, чем моя. У всех Учеников имелись мечи. У одного из них был колчан со стрелами и лук, висевший за спиной.
— Привет, новичок. Поздравляем тебя со вступлением в наши ряды, — сказал Адепт, худощавый маг с козлиной бородкой.
— Я Рагнар. Благодарю за поздравления. Но я пока что получил только первый ранг, — ответил ему.
— Не волнуйся, если вступишь в наш отряд, то быстро поднимешься по карьерной лестнице, — заявил второй Адепт. В отличие от первого, он был более крепкого телосложения. — Мы предлагаем тебе присоединиться к нам в охоте на монстра. В лесах поблизости объявился Гарп, который находится на Продвинутой ступени.
Я тут же начал вспоминать, кто такой Гарп. И вдруг осознал, что читал о нём в своём Бестиарии. И описывался он именно как шестилапый огненный монстр. Стоп, я же совсем недавно спасался бегством от такого. Неужели это он и есть?
Тем не менее, долго думать не стал.
— Я в деле.
Маг с козлиной бородкой с довольным видом посмотрел на меня и, окинув взглядом остальных охотников, сказал:
— Да начнётся охота!

Глава 3 

Старик, откинувшись в кресле, задумчиво смотрел за закрывшуюся за парнишкой дверь. Он посмеивался, поглаживая свою жиденькую бородку. Надо же, как всё повернулось. Храни его десятеро! Он встретил внука самого Валнара Валленштайна! Мальчишка, наверное, и сам не понимает, насколько легендарной является личность его деда. Валнар Валленштайн родился в семье обычных крестьян. Его историю знал каждый. Тогда у него ещё не было фамилии. Лишь имя, о котором вскоре заговорит весь мир.
Если верить легенде, Валнар Валленштайн работал на поле вместе с другими крестьянами, когда перед ним появилась магическая пентаграмма телепортации. И перед Валнаром предстал маг, одетый в безумно дорогую мантию. Все испугались появления мага, но только не парнишка. Он спокойно наблюдал за гостем. Прибывший оказался всемирно известным Истинным магом двенадцатой ступени Радоном Мергегольтом. Сильнейший видящий за всю долгую историю Алондара.
Видящие маги способны наблюдать за происходящим в множестве километров от них. А Радон Мергегольт сотворял куда более невероятные вещи. Как оказалось, видящий маг всё это время наблюдал за Валнаром и решил взять его в ученики.
Он дал ему фамилию Валленштайн. После этого Валнар ушёл вместе со своим новым наставником. Никто не знает, где он тренировался, однако через десяток лет весь мир узнал о двадцатипятилетнем Повелителе. За такой короткий срок Валнар достиг девятой по счёту ступени. Сделал то, на что остальные тратят сотни лет. Однако именно тогда началась Великая Война за Господство. Три могущественные фракции схлестнулись в кровавой схватке, среди бойцов был и Валнар Валленштайн. Он сражался на стороне Мельтаса. Прошёл через множество битв, сжигая своих врагов с помощью магии огня и света. В одиночку повергал целые армии. Герой войны.
Также Валнар Валленштайн сражался во главе армии Аспии. После этого недоброжелатели начали называть его Сильнейшим из Меридиан. Ведь быть сильнейшим среди слабейших — это весьма сомнительное достижение. Но прозвище прижилось. Однако в самом конце войны случилось страшное. В битве с одним из могучих магов, обладающим талантом в алхимии, Валнар Валленштайн был отравлен сердечным ядом. Этот яд поражал средоточие, очень медленно постепенно понижая ступени мага и вытягивая жизненные силы, тем самым заставляя стареть. Назвали же этот яд именно так, потому что средоточие многие считают магическим сердцем любого мага.
После отравления легендарный маг исчез. Никто не знал, где он сейчас и жив ли вообще. Однако истории о его подвигах никогда не умолкали. Его имя Валнар Валленштайн, и он легенда своего времени!

* * *

Стояла глубокая ночь. Лес погрузился в тишину, и лишь диск Луны освещал путь, немного разгоняя подбиравшуюся к нам темноту. Мы шли по лесу, стараясь определить присутствие Гарпа. Мои временные товарищи по команде объяснили ночную вылазку тем, что Гарп — это монстр огненного типа, и всё его тело покрыто огнём. Так что в темноте его будет проще всего найти. Прежде чем мы отправились на охоту, мои спутники представились, но мне было это совершенно неинтересно. Даже имён двух Адептов не запомнил. Если не собираюсь с ними в будущем взаимодействовать, то какой в этом смысл? Единственное, что я счёл важным — это навыки, которыми обладал каждый из магов.
Крепкий, мускулистый Ученик, идущий справа от меня, был мечником. Его магия основывалась на увеличении силы, от чего его удары мечом становились более опасными. Его щуплый товарищ, так же являющийся Учеником, был лучником. Его магия увеличивала пробивную силу стрел. Ещё два Ученика специализировались на магии ветра. Как мне объяснил глава нашего отряда, эти двое при каждой охоте создавали «воздушные плети», которыми сковывали монстра. Эти навыки контроля помогали другим членам команды нанести урон по обездвиженному зверю.
Второй по силе в отряде был магом ступени Адепта. Он владел магией огня. Однако шёл с нами за компанию, так как огонь не был способен навредить Гарпу. И наконец глава отряда, маг с козлиной бородкой — Адепт, владеющий магией молнии. Эта группа может и не была слишком сильна, однако стоит отдать им должное. Их способности были сбалансированы и хорошо работали в команде.
На самом деле, стоит сказать, что любой маг может использовать какой угодно вид магии. Нет никаких ограничений по стихиям или чему–то ещё. Однако чаще всего маги используют ограниченное количество её типов. А все потому, что каждое искусство усиливает определённое направление магии. Однако были и исключения. Искусство, созданное моим дедом, было действительно невероятным, ведь оно позволяло мне использовать любую боевую магию. Однако такое впечатляющее разнообразие имело свои минусы. Хоть я и мог использовать очень большое количество плетений совершенно разных магических направлений. Однако в итоге мои умения были слабее, чем таковые у магов узких специализаций. Но несмотря на это, я всё равно побеждал своих противников. И всё дело в том, что маги Аспии в лучшем случае имели совместимость искусства в сорок процентов, а порою получалось даже меньше десяти. Именно отсутствие нормальных искусств в Аспии позволяло мне побеждать своих противников, которые иногда были на ступень выше, чем я.
Пока мы шли, главарь охотников повернул ко мне свою голову и спросил:
— Рагнар, какие ещё заклинания ты знаешь, кроме «воздушного кулака»? На что ориентировано твоё магическое искусство и какого оно ранга?
— Я знаю только два заклинания. «Воздушный кулак» и «базовый щит». Моё искусство усиливает магию воздуха, и оно бронзового ранга, — трижды соврал я.
В моём ответе не было ничего удивительного. Мало кто из простых жителей мог получить искусство даже медного ранга. Бронзовый же был пределом мечтаний для любого человека Аспии.
— Тогда ты будешь помогать мне наносить урон, — улыбнулся главарь с козлиной бородкой.
— Как скажешь, — хмыкнул я.
Мы плелись по лесу ещё около получаса. И вот, наконец впереди замаячил свет огня.
— Это Гарп, — тихо, но так, чтобы все слышали, сказал главарь. — Давайте застанем его врасплох, — предложил он.
Остальные члены команды молча кивнули, и мы тихим шагом отправились в сторону света.
Мы подходили всё ближе и наконец увидели свернувшегося в калачик огненного монстра. Видимо, Гарп спал, однако даже во сне продолжал истекать огнём по всему своему телу. Главарь знаком показал, чтобы мы все вместе его атаковали. Однако не успели мы направить свои заклинания против монстра, как под ногой мечника хрустнула ветка.
Гарп тут же встрепенулся. В Бестиарии говорилось, что у него очень чуткий сон. Когда монстр встал на свои шесть лап, мы смогли разглядеть его во всей красе. Уродливая широкая морда с зубами, длинными и острыми, как кинжалы. Тощее и гибкое, мускулистое тело, покрытое огнём. Шесть лап и длинный хвост с костяными наростами. И этот монстр был очень разозлён, что его разбудили. Так что он собрался сожрать надоедливых людишек, которые прервали его сон.
Перед охотниками тут же появились тонкие прозрачные плёнки. Это были «базовые щиты Инеаля». Я не стал отставать от временных членов группы и тоже создал впереди себя щит.
Мы вместе с охотниками вовремя решили защититься. Ведь Гарп тут же ударил своим хвостом с костяными наростами по одному из нас. Жертвой тварюги стал мечник, стоящий ближе всех к монстру. Однако его щит выдержал яростную атаку Гарпа. Тогда существо начало бить мечника хвостом, каждый новый удар делал базовый щит охотника слабее.
Однако главарь не был намерен позволять монстру и дальше колотить товарища. Он подал знак, и два Ученика встали от Гарпа по разные стороны. Не сговариваясь, они синхронно выставили руки вперёд, создавая по «воздушной плети» на каждую руку. Четыре заклинания обвились вокруг тела противника, не давая тому пошевелиться.
— Убейте гада! — крикнул главарь, выпуская из вытянутой руки не слишком сильную молнию. Я бы даже сказал, на удивление слабую. Молния, зашипев, изломанным голубым росчерком ударила в грудь нашей жертвы. Далее в бой включились лучник и мечник. Мечник развеял базовый щит и, усилив своё тело, атаковал Гарпа мечом. Я же начал кидать в него свои фирменные «воздушные кулаки», однако не сказать, что особо удачно.
Лучник натянул тетиву, и ускоренная магией стрела полетела в сторону Гарпа. Однако она не смогла пробить крепкую шкуру монстра. В итоге оставила на коже лишь неглубокую рану.
«Воздушные плети» всё ещё удерживали монстра, однако я понял, что это ненадолго. Огонь, покрывавший тело твари, начал разгораться. Даже на расстоянии я ощущал жар, исходящий от монстра. А что происходит с воздухом, если его нагреть? Правильно, он расширяется. Так что Ученики с «воздушными плетьми» не смогли стабильно удерживать свои заклинания, и в результате они распались.
Как только существо освободилось, оно тут же сжалось всем телом, и тогда я понял, что сейчас произойдёт. В Бестиарии была заметка про это. Когда Гарп так делает, следует мощная огненная атака по площади.
Не все охотники, только что поливавшие Гарпа заклинаниями, успели сориентироваться. Лишь главарь, огненный маг и один из магов, использующих плети, успели поставить «базовые щиты Инеаля». За мгновение вокруг Гарпа образовался расширяющийся круг огня. Море огня распространялось по площади. Осознав, какую мощь имела эта атака, я тут же постарался максимально усилить базовый щит.
Огонь столкнулся с моей защитой. Тонкая плёнка начала колебаться, однако, слава Мельтасу, выдержала. Когда огонь рассеялся, я увидел печальную картину. Обугленные тела мечника и одного из магов с «воздушной плетью» валялись на земле. Они были настолько изуродованы, что нельзя было понять, кто из них кто. Второй воздушный маг успел поставить щит, однако тот не смог в полной мере выдержать огненную атаку. Так что маг заработал многочисленные ожоги по всему телу. В данный момент он катался по земле и вопил от боли.
Из тех, кто практически не пострадал, были два Адепта, глава отряда и его заместитель с магией огня. Лучнику же сказочно повезло. Он стоял рядом с главой, и тот случайно закрыл его своим «базовым щитом Инеаля». Почему я уверен, что случайно? Да потому, что на лице главаря не было заметно ни малейшего сожаления от потери товарищей. Он безразлично бросил взгляд на обожжённые тела и поморщился от криков раненого.
Итак, что мы имеем. Два обгоревших трупа. Один получил ожоги и уже не боец. Осталось три охотника, если не считать меня. И ещё Гарп, который после столь мощной атаки заметно ослаб. Он, видимо, надеялся убить всех нас разом, однако недооценил противников. Сейчас он, покачиваясь, стоял и внимательно следил за нами. В его чёрных глазах мне почудилась какая–то обречённость.
— Убьём его, пока восстанавливается! — крикнул главарь, и мы поспешили выполнить его приказ.
Так что в ослабевшего монстра полетели молнии, стрелы, «воздушные кулаки» и даже «огненные шары». Да, огненный маг тоже решил присоединиться к веселью. Однако хоть Гарп и ослаб, он оставался всё таким же быстрым, как прежде. Монстр бегал вокруг нас, как заведённый, успевая увернуться от большинства атак. Не от всех, но от многих.
Решив атаковать на большой скорости, противник молниеносно направился в мою сторону. Однако тупая животина просчиталась и явно выбрала не того соперника. Если бы Гарп на подобной скорости напал на лучника, то тот бы скорее всего умер. Однако монстр выбрал меня и вместо ожидаемой для него победы отлетел на несколько метров назад после удара высокоскоростным «воздушным кулаком».
Я с ним церемониться не стал и вложил в это заклинание приличную долю магической силы. Так что кулак словно пушечное ядро врезался в тело Гарпа. Следом за ним швырнул «воздушный смерч», не особо сильное заклинание, представляющее собой четвёрку крутящихся смерчей полутораметровой высоты.
Теперь монстр валялся, а вокруг него, завывая, крутились смерчи, каждый раз сбивая его на землю, когда он пытался подняться. Каждый из членов отряда понимал, что нельзя позволять ему вновь встать на лапы. Так что следом в голову Гарпа полетели молнии, «огненные шары» и «воздушные кулаки». Так продолжалось, пока черепушка монстра не превратилась в кашу и он не замер, растянувшись на траве.
Когда мы проверили Гарпа на наличие ауры, то убедились, что он мёртв. Тут же прекратили зря тратить энергию. Осознав, что цель достигнута, глава громко рассмеялся.
— Мы убили эту гадину. Конечно, потеряли трёх товарищей, но так даже лучше. Больше денег достанется.
После его слов меня передёрнуло. Недаром я не доверял этому подонку. Интуиция меня не подвела.
Глумливо улыбаясь, главарь повернул голову в мою сторону и обратился к двум своим товарищам:
— А теперь давайте прикончим этого недоноска и заберём его долю себе.
Я понял, что запахло жаренным. Трое магов заключили меня в круг. Видимо, они не сомневались в своей победе, раз не стали нападать сразу. Ну что же, это мне только на руку.
Я резко вытянул руки вперёд, направляя левую на главу, а правую — на его заместителя. Они были на ступень выше меня. Однако это их не спасёт. Оба, несомненно, являлись опытными магами, поэтому успели поставить «базовые щиты Инеаля» перед собой. Я же улыбнулся краем рта. Другого и не ожидал, однако это им не поможет. Этих ублюдков ждёт сюрприз.
Из моих рук вылетело два сгустка пламени. Однако если раньше при использовании «огненного взрыва» огонь был красного цвета, то теперь он окрасился в чёрный, как смоль. Сгустки пламени на большой скорости полетели к магам, которые закрылись базовыми щитами. Однако когда «чёрный огонь» приблизился к прозрачной плёнке, вместо того, чтобы столкнуться с ней, он прошёл сквозь прозрачный барьер, словно и не было никакой защиты. Самым удивительным для любого мага было то, что базовый щит даже не пропадал. Он просто проигнорировал мою атаку.
Раздалось два громких взрыва. «Чёрный огонь» бушевал, пожирая тела двух охотников. Когда всё стихло, два Адепта катались по земле, крича от боли. Оба получили серьёзные ожоги, и не от обычного огня… Презрительно посмотрев на тех, кто только недавно хотел меня убить, я повернулся к лучнику, стоящему сзади меня. Когда наши взгляды встретились, у него задрожали колени и лук выпал из рук.
— Прошу, пощади! — взмолился лучник.
Однако даже если бы хотел, я не мог его пощадить. Ведь этот человек видел, как я использую чёрный огонь. Стоит моим врагам узнать, что объявился маг, использующий чёрный огонь, и они сразу сложат дважды два.
Поэтому я вытянул руку, и вспышка «луча света» вырвалась из моей ладони, пронзив голову лучника. Он умер, даже не осознав факта своей смерти. Сделав то, что должен, я повернулся к двум магам ступени Адепта. К тем, кто только недавно хотели меня убить, но в итоге сами стали жертвами.
На телах магов было множество страшных ожогов, однако нельзя отрицать их поразительной живучести. Ведь они не умерли даже после столь мощной атаки.
— Как ты смог изучить плетение чёрного огня? — прохрипел главарь. — Я знаю, что это заклинание придумал Валнар Валленштайн, и за всю свою жизнь он ни с кем не поделился секретом.
Этот вопрос ты унесëшь с собой в могилу, — ответил я.
— Я не буду молить о пощаде, как это ничтожество. По твоему взгляду вижу, что уже не жилец. Давай же, оборви наши жизни, — прохрипел некогда уверенный в себе командир охотников.
Услышав эти слова, вскинул брови от удивления. Речь главы отряда заставила меня его зауважать. Может он был той ещё сволочью, однако в нём присутствовал крепкий стержень. Но уважение к врагу не заставило меня изменить своё мнение насчёт его судьбы. Так что, вытянув руку вперёд, я выстрелил «лучом света» в его голову. Надо отдать ему должное, он умер с достоинством.
Аналогично поступил с другими двумя обожжёнными охотниками. В итоге из семи магов и одного монстра я оказался единственным выжившим. Стоит заметить, если бы охотники знали про то, что я владею «чёрным огнём», вполне возможно, что на поляне лежал бы мой обожжённый труп. В бою многое решает информация о противнике.
И конечно же, я не стал уходить без трофеев. Достав из кармана нож, подошёл к мёртвому Гарпу. Последующий час я вырезал полезные ингредиенты из тела монстра. Зубы, язык, небо, кожу и, конечно же, его ядро. Всё это мне пригодится. Поместив все трофеи в пространственное кольцо, я бросил напоследок взгляд на поляну, превратившуюся в импровизированное кладбище, и отправился в сторону городка.
Добрался до деревянного частокола, вновь заплатил тому же самому хмырю три кварцевые монеты.
Уставший и голодный, дошёл до отделения гильдии охотников я уже поздно вечером. Картина с моего последнего посещения в ней не изменилась. Всё так же сидевшие за столами люди, но только на этот раз к шуму добавился стук кружек и пьяные ругательства. Насколько я понял, передо мной были уже не претенденты на звание охотника, с которыми я до этого пересекался. Это были настоящие охотники, что было сразу видно по более дорогой экипировке. У многих была кожаная броня, а некоторые даже носили лёгкие латы.
У входа в свой кабинет стоял уже знакомый старик, который выдал мне карточку охотника и был посвящён в мою тайну. Повернув голову ко мне, старый маг спросил:
— Рагнар, а где твои товарищи по заданию?
— Они все мертвы, — ответил я, постаравшись изобразить на своём лице скорбь.
— Ты хочешь сказать, что сбежал с поля схватки, пока твои товарищи умирали? — гневным голосом задал вопрос один из сидящих охотников.
— Нет, сражался до последнего и даже смог добить ослабленного моими товарищами монстра, — ответил я уверенным голосом.
После моих слов поднялся невообразимый шум.
— Да что ты сочиняешь. По–твоему, мы проверим, что сопляк на ступени Ученика способен убить монстра Продвинутой ступени?
— Лжец! — крикнул человек из зала, и его поддержала, наверное, половина присутствующих.
— Господа охотники, пожалуйста, успокойтесь. Мы проведём расследование. Если мы уличим охотника Рагнара во лжи, он будет серьёзно наказан, — голос старика был холодным и на удивление спокойным. Он остудил горячие головы охотников, а то кое–кто из них уже начал выкрикивать угрозы.
— Ирос, сейчас же иди за мной в кабинет. Ты мне детально расскажешь, что произошло, — сказал старый маг, перекрикивая гомон охотников.
Когда оказался в том же кабинете, где проверяли потенциал моего искусства, я уселся на тот же стул перед столом из красного дерева и начал ждать, пока старик приземлится в своё кресло. Оказавшись сидящим прямо напротив меня, старый маг исподлобья посмотрел в мою сторону и задал единственный вопрос:
— Ирос, ведь это ты убил своих товарищей по заданию?

Глава 4 

Старик продолжал буравить меня взглядом. Какой проницательный человек попался. Осознав, что он обо всём догадался, я решил, что единственно верным решением будет рассказать правду.
— Да, я их убил. Однако это была самозащита. Когда мы добили монстра, эти охотники сказали, что не хотят делиться со мной добычей и поэтому убьют меня. Но они не на того нарвались.
После этих слов старик ещё некоторое время пристально на меня смотрел. И тут он раздражённо хлопнул руками по столу, при этом сказав:
— Вот же Мелековые отродья. Туда, куда ты их отправил, им самая дорога.
— Вы верите мне вот так, с первого слова? — удивлённо спросил я.
— Эта команда охотников часто брала на свои миссии новичков, которые потом гибли. Я подозревал, что тут не всё чисто. Однако у меня не было доказательств. Так что успокойся, Ирос. Или, правильнее, Рагнар. Тебя никто не будет наказывать. От лица гильдии охотников я наоборот, выражаю тебе благодарность. Но думаю, остальным не стоит знать о твоём подвиге. Это вызовет лишние проблемы. Мы скажем, что тебе повезло добить монстра, который убил твоих спутников и в схватке с ними получил многочисленные травмы. Также мы выплатим тебе полную стоимость заказа и повысим ранг охотника до второго.
Сказать, что я был удивлëн, значит, не сказать ничего. Мне выдадут награду, повысят ранг. Всё складывалось на удивление хорошо.
— Подожди, пока мои люди проведут проверку места сражения, и тогда я объявлю всем присутствующим охотникам, что твои слова являются правдой. На это время можешь переночевать в отделении гильдии. У нас есть на такой случай жилая комната, — сказал старик.
Попрощавшись со старым магом, я направился в место моего ночлега. Это была маленькая комнатка с узкой кроватью и низким потолком. Я не стал раздеваться. Вместо этого принял позу лотоса и начал поглощать энергию. Привычно было ощущать, как ниточки магической энергии потянулись прямо в моё средоточие, находящееся в груди, наполняя его. Таким образом я накапливал энергию в течение часа и лишь когда понял, что полностью восстановился, отправился в глубины своего сознания.
Закрыв глаза, через мгновение я оказался в своём внутреннем саде. Он представлял собой небольшое пространство, переливающееся разными цветами. А в центре находился объект, который отдалённо напоминал пятиконечную звезду, в которой переливались все цвета радуги.
Сейчас мне, наверное, надо объяснить, что из себя представляет внутренний сад. Это пространство, существующее в сознании магов. Именно в нём находятся все искусства и наследия, которые выбирает маг. Чтобы подниматься на более высокие ступени, нужно не только использовать различные плетения, но и тренировать своё магическое искусство во внутреннем саде. Однако данная тренировка отнимает много магической энергии. Именно поэтому, прежде чем отправиться сюда, я полностью восстановил свой резерв с помощью медитации.
Всего искусств может быть три. Первое начальное магическое искусство тренируется на первых четырёх ступенях. Когда маг переходит с Продвинутой ступени на ступень Духа, то тренировка начального искусства больше не даёт никакого прогресса. Так что на данном уровне могущества нужно брать себе новое, среднее искусство, которое будет работать с четвёртой по восьмую ступени. Однако когда маг переходит на девятую ступень Повелителя, то история повторяется, и уже нужно брать третье, высшее искусство.
Но настало время приступить к тренировке. Я начал представлять сложные образы и символы и мысленно накладывать их на проекцию радужной звезды. Так, как было прописано в моём магическом искусстве, созданном дедом. Всё это я уже делал великое множество раз. К сожалению, несмотря на всё моё упорство и все старания, прогресс был едва заметен.
И дело было в том, что моё искусство низкой скорости развития. Вообще, искусства бывают низкого, среднего и высокого уровня развития. Чем быстрее скорость развития, тем скорее маг сможет переступить на новую ступень. При таком раскладе, по идее, все должны стремиться получить искусство с как можно более высокой скоростью, чтобы как можно быстрее стать могущественнее. Однако тут всё было не так просто. Ведь чем ниже скорость развития у искусства, тем сильнее база и тем более могучим маг может стать в будущем.
Давая такое искусство, дед желал мне добра. Однако кто знал, что всё так обернётся. Теперь же, без мощных зелий, направленных на развитие, я не смогу быстро повышать ступени.
Тренировка шла длительное время, пока я не понял, что выдохся. Тогда я закончил работу над искусством и вернулся в реальный мир. Там уже светало. На город опустился белый туман, через который невозможно было разглядеть даже дома, стоявшие напротив. Однако мне нужно поспать. Я ещё не находился на высоких ступенях, когда сон просто–напросто не нужен для нормального функционирования организма. Всё заменяет магия.
Тем временем я повернулся на бок и заснул, надеясь, что это приведёт к ещё одному воспоминанию из беззаботного детства.

* * *

Я находился на до боли знакомом живописном лугу у самого берега океана. Передо мной стоял дед. На его старческом лице была удовлетворённая улыбка, и шестилетний я улыбался ему в ответ.
— Ирос, сегодня я научу тебя основам магических плетений, — заявил дед.
— Деда, наконец–то я смогу сам создавать заклинания! — захлопал я руками.
В ответ дедушка кивнул.
— Да, сегодня мы начнём заниматься этим. Итак, Ирос, плетения — это магический конструкт или, иначе говоря, алгоритм. Каждая часть плетения отвечает за определённую функцию. А вместе они превращаются в действующую структуру.
— Алгоритм? Функция? Я не знаю таких слов, — непонимающе замотал головой.
— И неудивительно, ведь это слова из другого мира, — серьёзным тоном объяснил дед.
— Другой мир? О чём ты, деда? — спросил шестилетний я, не понимая.
— Придёт время, и я всё тебе расскажу. Пока что принимай это как данность, — дед нахмурил брови. — Суть в том, Ирос, что большинство магов просто заучивают плетения и пользуются ими, не понимая, как они работают. Такие заклинатели никогда не получат истинное могущество. Лишь те, кто способен создавать и усовершенствовать плетения, могут стать действительно великими! — торжественно разъяснил дед.
— Тогда я хочу научиться создавать и усовершенствовать плетения! Я очень хочу быть великим! — запрыгал на месте я от возбуждения.
— Не торопись, внук. Именно этому я тебя и научу. Начнём мы с самых базовых вариаций плетений. Несмотря на то, что они базовые, на самом деле их великое множество. И только когда ты выучишь все возможные узоры, мы перейдём к настоящим заклинаниям. Также я научу тебя тому, как материализовывать различные вещества. Для начала ты должен научиться делать свои плетения видимыми для окружающих. Чтобы ты понимал, можно сделать так, чтобы плетение видел только ты, либо сделать его видимым для всех. Когда будешь творить магию среди посторонних, ты должен всегда скрывать плетение от их глаз, чтобы они не смогли его повторить. Только когда занимаешься со своим наставником или учишь кого–то, можешь сделать плетение видимым для окружающих, — пояснил дед.
— Хорошо. Давай учиться! — радостно заявил маленький я.
Я отлично помню весь последующий год. Дед учил меня базовым узорам. И хоть за столько времени я так и не научился использовать ни одно плетение, но всё равно тренировался до потери пульса. Так как верил деду беспрекословно. Когда же мне исполнилось семь лет, наставник наконец решил обучить меня первому заклинанию.
Я, немного подросший за этот год, стоял перед своим дедом с улыбкой на лице.
— Ирос, ты большой молодец. За год ты выучил великое множество узоров. Конечно, ты знаешь далеко не все, однако этого должно хватить для создания и усовершенствования. Теперь пришло время научить тебя первому полноценному плетению, — торжественно заявил дед.
— Наконец–то, деда, я так этого ждал! — начал скакать я от радости.
— Итак, Ирос, внимательно смотри за тем, что я тебе покажу. Я буду делать медленно, чтобы ты смог запомнить.
В тот же момент дед вытянул руку вперёд, и прямо перед ним из тонких нитей различных цветов начало формироваться заклинание. Нити переплетались, закручивались, сплетались между собой в причудливых узорах.
Через пять минут медленного создания плетения заклинание было завершено, и сгусток уплотнённого воздуха полетел в ближайшее к нам дерево. Я с восторгом на лице наблюдал, как этот воздушный сгусток врезался в него, переломав ствол у самого основания.
— Это плетение называется «воздушным кулаком». Ты запомнил, как его создавать, или мне ещё раз тебе показать? — спросил дед, с прищуром посмотрев на меня.
— Не надо, деда. Я уже всё запомнил.
— Отлично! — довольно улыбнулся дед. — Пойми, Ирос. Великое множество магов будут только запоминать, как создавать такое заклинание, несколько месяцев, а то и дольше. Ты же смог так быстро запомнить его лишь потому, что благодаря знанию узоров плетений понимаешь, как это заклинание работает. С твоими знаниями ты можешь без проблем разложить это плетение на составляющие. А теперь попробуй сам создать «воздушный кулак», — потребовал дед.
В ответ я сосредоточенно кивнул и начал создавать своё первое выученное полноценное плетение. Однако не прошло и минуты, как магические нити развоплотились. Потерпев провал, расстроенно посмотрел на деда, однако по его выражению лица понял, что он ни капельки во мне не разочарован.
— Ничего страшного, внук. Одно дело запомнить, как устроено плетение, а совсем другое — создать его. Не расстраивайся. Пробуй, пока не получится, — подбодрил меня дед.
В ответ я кивнул и продолжил попытки. Мне потребовалось два дня, чтобы полностью освоить плетение.
И вот наконец позвал дедушку, чтобы показать ему результат.
Сосредоточившись, я начал плести заклинание. Магические нити сплетались далеко не так изящно и виртуозно, как у деда. Однако пока что это был предел моих возможностей. И вот наконец плетение было завершено. Маленький «воздушный кулак» сорвался с моих рук и полетел в сторону леса. Однако, к сожалению, по дороге развоплотился.
— Умница, Ирос. Ты большой молодец! — похвалил меня дед.
В этот момент я был горд собой как никогда раньше. Ведь только что создал своё первое заклинание.
— Ну а теперь попробуй максимально упростить выученное тобой плетение, — огорошил меня дедушка.
— Упростить. Но зачем? Оно и так отлично работает, — возразил я.
— Ирос, запомни одно правило. Чтобы плетение было максимально эффективным, нужно создавать его с наименьшим количеством элементов, максимально упростив. В таком случае оно затратит минимальное количество энергии и появится максимально быстро. Очень важно так делать, если ты хочешь стать величайшим магом! — объяснил дед, потрепав меня по макушке.
— Я понял тебя, деда. Хорошо, я попробую, — вновь сосредоточился на работе с плетениями.
Следующую неделю я пытался упростить выученный «воздушный кулак» настолько, насколько это было возможно. Когда у меня получалось сделать более эффективное плетение, дед меня хвалил, однако всё равно говорил, что его можно сделать ещё эффективней. И вот, всего через месяц дед наконец остался доволен.
— Молодец, внук. Ты смог упростить плетение воздушного кулака практически до нужного уровня, — улыбался дед во весь рот.
— Деда, ты хочешь сказать, что можно сделать ещё лучше? Столько времени на это потратил, а так и не получилось, — расстроенно пробурчал я.
— Не расстраивайся, Ирос. Ты и так справился на отлично. Если честно, даже удивлён. Я был уверен, что это займёт у тебя больше времени.
После этих слов дед создал «воздушный кулак», и я понял, что его вариант более эффективный, чем мой.
— Это самое лучшее плетение «воздушного кулака», на которое я способен, — объяснил дед. — А теперь пришло время показать, какие заклинания ты будешь изучать в обозримом будущем, — продолжил он, хитро улыбнувшись.
Он поднял руку вверх, и из неё прямо в воздух выстрелил яркий луч света.
— Это плетение основано на лазере, созданном в другом мире. Однако никто в Алондаре, кроме меня и в будущем тебя, не поймут это название. Так что лучше называй это «лучом света».
После слов дедушки из его руки прямо в воздух вылетел небольшой сгусток пламени и чуть погодя взорвался в небе мощным и эффектным взрывом.
— А это умение работает по принципу боеприпасов объёмного взрыва. Можешь называть его «огненным взрывом».
Чуть погодя дед сплёл ещё одно плетение, и прямо перед ним появилась прозрачная тонкая плёнка.
— Это базовый щит Инеаля. Его знает и умеет им пользоваться практически каждый маг ниже ступени Духа. И всё потому, что этот щит затрачивает минимальное количество магической энергии и даёт универсальную защиту, что идеально для магов низких стадий. Маги же высоких стадий обычно осваивают более высокоуровневые щиты, основанные на стихийной магии. Кстати, я в своё время тесно общался с магом, создавшим это заклинание. Инеаль действительно настоящий гений. И вот последнее заклинание, которому я тебя обучу, — сказал дед серьёзным тоном.
И в его руке появился огонь чёрного цвета.
— Это пламя будет невероятно полезно на низких ступенях и станет бесполезным на более высоких. Однако всё равно из всех заклинаний, которые я создал, «чёрным огнём» горжусь больше всего. А всё потому, что это заклинание делает бесполезным «базовый щит Инеаля». Оно способно пройти сквозь базовый щит полностью, игнорируя его и при этом даже не разрушая структуру. Однажды, тесно общаясь и Инеалем, я поспорил с ним, что смогу сделать контрзаклинание против его самого известного плетения. Я бился над этим долгие полгода и однажды сделал невероятное открытие. Огонь, который сочетается с натриевым излучением, способен полностью игнорировать «базовый щит Инеаля». Знай, Ирос, ты научился «воздушному кулаку», будучи на начальной ступени мага. На этой ступени ты также сможешь освоить «базовый щит Инеаля». Однако только перейдя на ступень ученика, ты сможешь начать обучение «лучу света», «огненному взрыву» и «чёрному огню». Так что усердно тренируйся и вскоре прорвёшься на новую ступень, — гордо поведал мне дед.
Дедушка вывалил на меня кучу информации, так что я некоторое время стоял, молча переваривая его слова, пока наконец не задал очередной вопрос:
— Но деда, я впервые слышу про лазер, объёмный взрыв и натриевое излучение. Что это всё такое?
— Ирос, сейчас я всё тебе покажу и объясню.
Сказав это, дед снял с безымянного пальца кольцо, которое всегда носил с собой, и протянул его мне, сказав:
— Ты должен капнуть своей кровью на этот артефакт, чтобы иметь возможность им воспользоваться.
После этих слов дед осторожно провёл пальцем по моей ладони, и на ней образовался неглубокий порез. Подставив кольцо под падающую каплю крови, дед сказал:
— Сейчас я перенесу нас внутрь кольца. Ты только не пугайся.
Не успел я что–то возразить, как меня затянуло внутрь этого странного артефакта. В итоге мы с дедом появились в абсолютно белом пространстве. Всюду был лишь белый цвет. И полки, наполненные всевозможными книгами. Их было так много, что это даже пугало.
— Все эти книги содержат знания из другого мира. Их оставил мне мой наставник, — с гордостью поведал мне дедушка.
— Твой мастер прибыл из другого мира? — спросил семилетний я, широко распахнув глаза.
— Конечно нет. Есть такое направление в магии, которое называют видением. Видящие маги способны наблюдать в подробностях за происходящим в тысячах километров от них. Мой наставник же был величайшим видящим из всех. Он находился на двенадцатой Истинной ступени, и все три его магические искусства были специализированы на видении. Если обычный видящий способен смотреть вдаль на тысячи километров, то мой мастер смотрел на миллионы километров вперёд, если не на миллиарды. Однажды он совершил невозможное и смог пронести своё видение за границу нашего измерения. Он начал путешествовать своим взором по другим измерениям и однажды нашёл планету, населённую людьми, которые не обладали ни каплей магии. Однако компенсировали это технологиями. Они были способны создавать металлические машины, которые летали по небу. С помощью технологий и без применения магии они создали артефакты, способные передавать голос на множество сотен километров. И это лишь малая часть того, что эти люди изобрели. И называется этот мир Землёй. Мой наставник потратил целых два века для изучения языка землян и перевода их книг на язык Алондара.
История, рассказанная моим дедом, показалась мне невероятной. Однако я верил своему деду беспрекословно. Так что не видел причин усомниться в его словах.
— В ближайшее время твоя задача — прорваться на ступень Ученика, а также прочесть максимум книг из этой библиотеки. Я укажу те книги, которые тебе следует читать в первую очередь, а какие ты можешь прочесть потом. Но главное, Ирос. Никогда и никому не показывай это место. Никогда и никому не говори об этих книгах и о знаниях, в них хранящихся. Ты понял меня?
— Хорошо, деда. Я никому ничего не скажу!
— Хорошо, — улыбнулся дед. — Тогда начинай читать книги, времени у тебя предостаточно.
Долгое время после этого разговора я изучал знания из далёкого мира, именуемого Землей. Читая книги, я узнал множество невероятных, граничащих с безумием вещей. Однако многое мне также стало понятно. А главное — я понял, что величайшим сокровищем был не могущественный пространственный артефакт, а знания, хранящиеся в нём.

Глава 5 

Когда я проснулся, был уже день. Туман рассеялся, на голубом безоблачном небе ярко светило солнце. Умывшись, я вышел из своей комнаты и, пройдя по коридору, спустился в зал. Народу в нём немного убавилось, но, тем не менее, охотников было достаточно. Среди них я заметил и тех, что не верили моей вчерашней победе над Гарпом.
— Эй, старик, малец пришёл. Пора бы тебе рассказать о расследовании и наказать мальчишку за враньё! — крикнул один из охотников.
Но тут из двери своего кабинета вышел старый маг и, строго оглядев присутствующих и приветливо кивнув мне, произнёс:
— Мы провели полномасштабное расследование и выяснили, что всё, что сказал новичок — чистая правда. Гарп убил остальных членов группы, однако получил при этом серьёзные раны. Рагнар же смог его добить. За этот поразительный поступок он получает награду в виде всей стоимости заказа, а также мы повышаем его ранг охотника до второго. На этом всё. А вы, молодой человек, можете получить свои потом и кровью заработанные деньги у меня в кабинете.
После слов старика начался гомон. Мало кто верил, что четырнадцатилетний Ученик способен убить монстра на две ступени выше его. Однако охотники доверяли словам главы отделения.
— Ну малец даёт, — удивлённо сказал один из охотников.
Его слова подхватили остальные, и вот уже весь зал заполнился удивлёнными криками.
Я же не стал наблюдать за происходящим. Важнее для меня было, наконец, получить долгожданную награду. Зайдя в кабинет, старик подошёл к небольшому сундуку, стоявшему в углу комнаты, и после нескольких манипуляций с плетениями открыл его. В нём оказалось столько денег, сколько я никогда ранее до этого не видел. Кварцевые, азуритовые, малахитовые монеты.
Старик достал двенадцать азуритовых монет и закрыл сейф. Если учесть, что одна азуритовая монета стоила десять кварцевых, то это была немаленькая награда. Особенно для нищего меня. Когда старый маг протянул мне деньги, я тут же спрятал их в свой кошель.
Старик посмотрел на меня отстранённым взглядом и спросил:
— Ирос, куда ты теперь?
— Я должен выполнить задание, которое дедушка дал мне перед смертью. Для этого я обязан добраться до храма Мельтаса, который находится в столице Аспии.
— Ну что же, удачи тебе, Ирос. Мне кажется, мы больше никогда не встретимся. Так что я хотел бы сказать тебе кое–что напоследок.
— Я вас внимательно слушаю, — произнёс серьёзным голосом.
— Я вижу, что ты сгораешь от ненависти. Пожалуй, так было бы с любым, кто пережил то, что пережил ты. Послушай старого опытного человека, эта ненависть тебе вредит, уничтожает изнутри. Ты, наверное, подумал, что я предлагаю тебе простить тех ублюдков, сделавших такое с твоей семьей. На самом деле нет. Наоборот, ты должен взращивать в себе эту ненависть и брать из неё силы, энергию для будущих свершений. Она должна не уничтожать тебя, а наоборот, делать сильнее. Сделай это чувство своим топливом для развития, и тогда ты добьёшься великих вещей.
Слова старика показались для меня прозрением. Действительно, зачем мне уничтожать себя же своими эмоциями? Лучше я за счёт желания мести стану сильнее и превращу жизнь моих врагов в ад.
— Спасибо за мудрый совет, — я от чистого сердца поблагодарил старика, открывшего для меня совсем другое свойство знакомой эмоции.
— Теперь ты можешь идти. Удачи тебе, Ирос, — пожелал мне маг.
С этими словами я покинул кабинет. В зале меня встретили настороженным молчанием. Я спокойно прошёл через него и наконец оказался на улице. Здесь я вдохнул чистый воздух полной грудью. Посмотрел вверх на слепящее солнце и пошёл к выходу из города. По пути зашёл на рынок, купил себе хорошую холщовую сумку вместо моей уже изрядно потрёпанной, а также прикупил продуктов в дорогу.
Подготовившись таким образом к путешествию, с лёгким сердцем отправился к воротам.

* * *

Я шёл по пыльной дороге, ведущей в столицу. Солнце припекало, несмотря на то, что на улице было утро. Хорошо хоть около места моей ночёвки нашёлся ручей, и я пополнил свои запасы воды, поместив их в пространственное кольцо и оставив себе лишь небольшую флягу. Шёл второй день моего путешествия. Однако самой большой проблемой была не усталость, а скука от монотонной ходьбы. Мне просто–напросто надоело идти. То и дело я размышлял о том, как было бы здорово сейчас ехать в удобной карете и заниматься развитием своего магического искусства. Да я, наверное, сейчас согласился бы и на телегу.
Мои размышления прервали шум и какой–то странный вой впереди. Пройдя ещё пару десятков метров, я увидел огромную карету, богато отделанную золотом. Оглобли с дугой сиротливо лежали на земле, лошадей видно не было. Карета стояла недалеко от дороги, а вокруг неё шёл бой. Трое магов, один из которых был на продвинутой ступени, а двое других Адепты. Перед ними висели щиты, которые пытались прорвать шесть огромных пантер с отливающей багровой шкурой.
Я сразу вспомнил, как в Бестиарии назывались эти твари. Пантеры Хаоса. И причём все шесть находились на ступени Ученика. За ними раскинулось импровизированное поле боя, которым стала опушка леса, тянущегося вдоль дороги. На нём валялось с десяток обожжённых трупов животных и не менее двух десятков магов и воинов с изуродованными зубами и когтями телами.
Оценив ситуацию, понял, что маги вряд ли смогут справиться с атакующим их тварями. Тем более, что, судя по их виду, они были измотаны. Сейчас они бомбардировали пантер всевозможными огненными заклинаниями. Как я понял, Продвинутый был магом молнии, а остальные — магами огня. Конечно, Пантеры Хаоса не имели такой стойкости к огню, как, например, тот же самый Гарп, но тем не менее, эффективность их была слабой.
Открылась дверь кареты, и оттуда вылетели две молнии, попавшие одной из нападавших пантер в лоб. Тварюга, взвизгнув, покатилась по траве и, несколько раз дёрнувшись, замерла. Но это был временный успех. Оставшиеся пятеро усилили натиск. Хотя все их атаки не отличались разнообразием и заключались в прыжках на щиты магов, которые, как я понял, уже еле держатся. Вновь открылась дверь, но на этот раз молнии ударили мимо, пантера умудрилась отпрыгнуть, уйдя из–под удара.
Дилемма: помогать или нет, встала передо мной в полный рост. Но что–то подсказывало — надо вмешаться. Я осторожно приблизился, стараясь, чтобы меня не заметили, и, вложив максимальную силу в заклинание «воздушного кулака», отправил его в полёт в ближайшую ко мне пантеру, добавив к нему «луч света». И тут мне повезло. В это время опять открылась дверь кареты, и две молнии ударили именно в ту животину, которую я выбрал своей целью.
Она попыталась уйти из–под удара, и у неё это получилось, но одновременно её морда развернулась ко мне. «Луч света» прошил её глаз, а «воздушный кулак» угодил в грудь, швырнув на одну из пантер. В результате с обиженным визгом сразу две твари оказались на земле. И надо отдать должное магам, они не растерялись.
В образовавшийся своеобразный клубок ударила «шаровая молния» вместе с двумя «огненными шарами». Воздух наполнился отчаянным визгом, и из двух пантер, наконец–то расцепившихся, поднялась только одна. И то она была изрядно помятой и сильно хромала на правую лапу. И сейчас раздумывала, нужно ли ей вмешиваться в драку или лучше отступить. В конце концов, она выбрала второй вариант и захромала в сторону леса.
Но в этот самый миг оставшиеся трое тварей практически одновременно прорвали щиты и вцепились в магов, сразу ставших беззащитными. В тесном ближнем бою маг, не умеющий фехтовать или драться, ничего не сможет сделать.
Я бросился к ним и сразу атаковал, сделав упор на «воздушные кулаки». Друг за другом три плетения врезались в пантер, терзающих магов. Двое из них покатились по траве, а третья ударилась всей своей тушей в дверь кареты и сползла на траву. Карета затряслась, но выдержала удар, и вновь открывшаяся дверь подарила поднимающейся пантере две молнии, отправившие её обратно на землю. Мой «луч света» довершил дело.
Тем временем, я оказался около кареты, и одного взгляда, брошенного на трёх магов, хватило, чтобы понять — они не жильцы. У двоих было разорвано горло, а у третьего пантера буквально откусила половину головы.
Далее я запустил в уже поднимавшихся помятых монстров сразу два «огненных взрыва», вложив в них оставшуюся долю своего запаса, и бросился на землю, закрыв голову руками. Грохнуло знатно. Глухой стук рядом напомнил мне о карете. Покосившись на неё, я увидел, что она чудом удержалась на месте.
Когда дым рассеялся, моему взгляду предстали два изуродованных трупа последних противников. Битва была закончена.
Я почувствовал, как на меня накатывает усталость. Свой резерв в этой битве я, похоже, исчерпал до дна. Тяжело вздохнул и прислонился к колесу кареты. Открыть дверь сил мне уже не хватало. И закрыл глаза.

* * *

— Господин, господин, — я очнулся от того, что меня аккуратно трясли за плечо.
Надо мной склонился лысый мужчина с каким–то подобострастным выражением на лице. Мужик был одет в камзол, вышитый золотом, и смотрел на меня как на Мельтаса, внезапно появившегося перед ним. Интересно, куда я попал? И что это за карета?
— Как вы себя чувствуете?
А эти слова были произнесены мелодичным женским голосом, в котором мне послышались заботливые нотки. Интересно, это мне мерещится?
— Вы встать можете? — допытывался мужик.
— Не думаю, — выдавил наконец я, — если поможете, то попробую.
Меня подняли под руки, и вскоре я уже сидел в карете и обалдело смотрел на восседавших напротив парня и девушку. От такого зрелища у меня даже прошла сонливость, вызванная опустошением средоточия.
Парень, подросток моего возраста с растрёпанными золотистыми волосами и глазами цвета голубого неба. Даже я признаю, что парнишка был на редкость привлекательный и миловидный.
Кстати, девушка была очень похожа на него. Сразу видно, что они брат и сестра. И похоже, девушка тоже была моего возраста. Те же золотистые волосы и красивое лицо.
Стройная фигура, которую совсем не скрывало длинное платье. Достаточно широкое декольте не прятало уже оформившейся груди. Это была не девочка, а уже полностью сформировавшаяся молодая девушка. И безусловно, она была крайне красива.
Надо сказать, что одеты мои новые знакомые были не просто богато, а роскошно. На парне был какой–то замысловатый камзол, на котором золота и драгоценных камней было, на мой взгляд, неприличное количество. На ногах изящные сапожки.
Платье на девушке было произведением искусства. Конечно, я не разбирался в женской одежде, но даже мне удалось оценить, как оно сидело на стройной фигурке девушки. Похоже, я нарвался на какую–то знатную семейку.
— Спасибо вам! — произнесла девушка, ласково глядя на меня. — Если бы не вы!
— Если бы не вы, — подхватил её фразу парень, — эти твари нас бы уже разорвали. Я о таких и не слышал никогда.
— Это Пантеры Хаоса.
— Пантеры Хаоса? — парень с девушкой переглянулись.
— Ты много знаешь, — заметил парень. — Как твоё имя?
— Рагнар, — ответил я
— Рагнар…
— Просто Рагнар, — успокоил я его, — а вас как зовут?
— Я Анаким, третий принц Аспии, — представился парень.
— А меня зовут Мелиан, я его родная сестра.
Что тут сказать. Я лишь невероятным усилием воли сохранил на своём лице спокойствие. Спас принца и принцессу. Вот подвезло–то.
— У вас была охрана, а почему…
Но мне не дали закончить. Карета несколько раз вздрогнула, и в неё заглянул тот самый мужик, что разбудил меня после боя.
— Ну что, Некит, нашёл лошадей? — спросила у него Мелиан.
— Да, ваше высочество. Сейчас поедем. Завтра утром мы должны быть в столице. Надеюсь, больше никаких неприятностей с нами не случится. А достопочтенный маг… — он обратился ко мне.
— Рагнар.
— Достопочтенный маг Рагнар, я королевский кучер. Вы будете сопровождать нас?
На меня теперь смотрели и брат с сестрой.
— Мы бы очень хотели попросить вас об этом, — произнесла девушка и обворожительно улыбнулась.
— Мой отец, король Аспии, отблагодарит тебя, если ты довезёшь нас до королевского замка, — добавил принц.
— Да, он щедро тебя наградит! — добавила принцесса.
— Что ж, это очень хорошая новость. Тогда я еду с вами, — сообщил своим новым попутчикам, сделав вид, что делаю им огромное одолжение. Надо же, как удачно всё сложилось. Доеду на карете, да ещё награду получу. И в компании красивой девушки…
— Отлично, — радостно заявил кучер, — тогда отправляемся.
Он закрыл дверь. Карета качнулась, раздался свист хлыста, и мы поехали.
— А вы откуда, Рагнар? — поинтересовалась у меня Мелиан.
— Из далёкой деревни, — сообщил я.
— А зачем идёте в столицу?
— Мне нужно посетить Храм Мельтаса, — честно ответил я.
— Достойное желание, — кивнул принц.
— Ты такой сильный. Кто обучал тебя магии? — поинтересовалась принцесса.
Проверив ауры своих спутников, я понял, что они оба на ступени Ученика и только перешли на неё.
— Меня учил магии мой дед, — хмыкнул я.
— Он был членом корпуса Меридиан? — спросила она, смотря на меня своими большими голубыми глазами.
— Да, — не стал я врать.
Меридианы — это орден боевых магов Аспии. Его члены были военной мощью этого королевства. Однако Аспия слаба, и по сравнению с другими военными образованиями Меридианы так же слабы. Так почему в таком случае деда во всём мире называли Сильнейшим из Меридиан, если быть сильнейшим среди слабых — это такое себе достижение? Если дед был одним из самых талантливых магов своего времени, почему тогда его назвали именно так? Ответа на этот вопрос я не знал.
— Ты, наверное, тоже хочешь служить на благо Аспии и стать членом корпуса Меридиан, — предположил третий принц Анаким Аспийский.
— Нет уж, не надо мне такого счастья, — хмыкнул я.
— Но почему? — непонимающе посмотрел на меня принц.
— Да потому что не хочу связывать себя с забытым Мельтасом королевством, — резко ответил я.
После этого ответа оба королевских высочества с удивлением уставились на меня. Принц с раздражением, а принцесса с каким–то любопытством.
— Первобытный Мельтас никогда не забывал о нас. Именно он хранит мир и процветание на наших землях, — возразил принц.
— Ты вообще понимаешь, что сейчас говоришь? — рассмеялся я. — Мельтас, по–твоему, хранит мир и процветание Аспии. Серьёзно? Аспия прозябает в нищете. Может вам в столице это и не так заметно, но во многих сёлах людям нечего есть. На улицах городов полно нищих. А что ты скажешь по поводу могущества наших магов? Да будь люди Аспии хоть в десять раз более талантливые в магическом развитии, чем маги других передовых государств, это нам бы не помогло. Потому что ресурсов для развития нет. Ресурсов нет, понимаешь? — нахмурился я. — В Аспии тяжело достать нормальные зелья для развития, а найти хорошее магическое искусство вообще невыполнимая задача. Наши маги вечно будут сидеть на низких ступенях развития без ресурсов. А по поводу мнения Мельтаса о нас… Ты должен знать, сколько магов Аспии и членов корпуса Меридиан получили наследие Мельтаса. Сколько людей обрели крупицу силы нашего Первобытного?
— Отец говорил, что среди Меридиан есть трое человек с наследием Мельтаса, — стыдливо опустил голову принц.
— Всё даже хуже, чем я думал. Трое. Понимаешь? У эльфов Анаераса почти каждый владеет наследием Арианны. Оборотни по всему миру получают наследие Кенона. Вампиры обретают силу Лилиан. Даже среди гномов гораздо больше обладателей наследия Рэндела. И это при том, что этот Первобытный славится тем, что очень сложно ему угодить и получить его наследие. А в Аспии всего лишь трое счастливчиков. Замечательно. Что тут ещё сказать.
После моей проникновенной речи в карете наступила тишина. Нарушила её Мелиан:
— Возможно, ты прав, — невесело заметила она, — однако я уверена, что мой старший брат изменит Аспию в лучшую сторону. Отец всегда так говорит.
— Ты про наследного принца Аспии? — поднял я брови.
— Да, у него обязательно всё получится, — уверенно добавил принц.
— Ну что же, поглядим, — хмыкнул я.
Судя по лицам королевских высочеств, ко мне было много вопросов, но я уже чувствовал, как возвращается сонливость.
— Извините, но мне надо восстановить силы, — сообщил я им и, приняв позу лотоса, что на деревянной раскачивающейся лавке было непросто, погрузился в медитацию…
Теперь вместо монотонной ходьбы я мог отключиться от внешнего мира, тренировать своё магическое искусство и медитировать, поглощая энергию. Этим я и занялся.

Глава 6 

Третий принц Аспии — Анаким Аспийский, смотрел на спасшего их с сестрой парнишку. Рагнар оказался невероятно сильным для ступени Ученика, что было совершенно непонятно. Он покосился на Мелиан. Его красавица сестра дремала. А вот ему сон не шёл. Не давали покоя произошедшие с ними события. Принц не верил в случайности. Одновременное нападение такого отряда сильных тварей… слишком невероятно. Они напали внезапно, и лишь поэтому больше половины охраны сразу оказалось убиты. Расслабились не только стражники, но и маги, а когда начался смертельный бой, силы стали настолько неравными, что его исход казался совершенно ясным.
Бой принц толком не видел, они с сестрой лишь помогали молниями, стараясь не высовываться из кареты, но то, что он увидел после боя, легко восстанавливало его картину. Без Рагнара им бы точно пришёл конец. Да и потерять всю охрану и магов… Теперь в карете путешествовало два слабеньких мага и непонятный сильный Ученик. Остаётся надеяться, что ехать им недолго и больше неприятностей не случится.
Кстати, новый попутчик оказался весьма занятным. Сейчас он умудрялся балансировать на лавке и поглощать магическую энергию, медитируя.
А ведь Анаким тоже вполне мог тренироваться в своём магическом искусстве, но не делал этого. У него не было выдающегося таланта в магии. Не было большой совместимости искусства с внутренним садом. Да, он был магом молнии, но даже у его сестры получалось гораздо лучше, чем у него. Мелиан считали перспективной. Так зачем, если у него их нет? Этих самых перспектив? Зачем рвать жилы?
Он вспомнил о словах Рагнара по поводу Аспии и отношения к ней Первобытных. Честно говоря, они взбесили принца. Мельтас забыл его королевство? Да как только у него повернулся язык подобное сказать! Он всегда наблюдает за ними. Ведь в столице есть Храм Мельтаса, и ему постоянно возносятся молитвы. И никогда он не отвернётся от Аспии. И вообще, что он обращает внимание на слова глупого мальчишки? Откуда тот может знать промысел Первобытных? Всё это просто слова.
Но что интересно, откуда в обычном рядовом маге низкой ступени развития такая сила? Он практически в одиночку справился с тройкой монстров! Ладно, он это ещё выяснит. А как Мелиан смотрела на парня. Он никогда не замечал у неё такой любопытный и какой–то странный взгляд. Хотя в этих непредсказуемых женщинах он не разбирался. Пока… Но опыт–то уже был… Принц задремал, тоже убаюканный равномерным покачиванием кареты.

* * *

Солнце ярко освещало поляну. На этот раз это было другое место, не то, что раньше. Поляна была близко к небольшим скалам, отвесными склонами, обрывавшимся в океане. Волны, накатываясь одна за другой, бились об них, с шумом разлетаясь пеной и брызгами об скалистый берег. Девятилетний я стоял перед своим дедом, греясь в солнечных лучах. За прошедшее время с прошлого сновидения я стал выше, однако остался таким же худым, как и прежде. Дед же совершенно не изменился. Всё тот же могучий Валнар Валленштайн. На нём была бежевая рубаха, а на старческом лице были надеты всё те же очки в роговой оправе.
— Ирос, сегодня мы с тобой поговорим о Первобытных. Что ты о них знаешь? — серьёзным тоном спросил дед.
— Знаю, что Первобытный — это последняя, тринадцатая ступень магического развития, — радостно заявил я, почесав подбородок.
— Что ещё ты знаешь о Первобытных? — пытливо спросил меня дед.
— Я знаю, что разные расы поклоняются разным Первобытным. Люди, в свою очередь, поклоняются Мельтасу.
— Правильно. А ты знаешь, сколько всего Первобытных существовало? — спросил дед, прищурив глаза.
— Их всего было десять, — уверенно ответил девятилетний я.
— Так и есть. Много тысячелетий назад существовало ровно десять магов, которым не было равных. Они смогли достичь максимально возможной ступени магического развития, став Первобытными. Однако в один момент все они погибли, — сказал дед, нахмурив брови.
— Как они могли одновременно погибнуть, если они были самыми сильными и вряд ли кто–то мог их убить? — недоверчиво спросил девятилетний я.
— Никто не знает, из–за чего погибли Первобытные. Однако кое–что они оставили после своей смерти. А именно — множество своих храмов по всему Алондару. Там Первобытные оставляли частичку своего сознания. Так что даже сейчас есть возможность поговорить с Первобытным в его храме, если он того захочет.
— Но если всё ещё можно пообщаться с Первобытным, то ведь можно и спросить у кого–то из них, из–за чего они умерли, — заметил девятилетний я.
— Ты прав, Ирос. Много кто спрашивал у Первобытных, почему они умерли, однако те не желают поведать нам эту тайну. Ирос, а что ты знаешь насчёт наследий Первобытных? — с прищуром спросил дед.
— Я ничего об этом не знаю, — признался я.
— Тогда я тебе всё сейчас расскажу. Каждый Первобытный может поделиться с любым достойным магом крупицей своей силы. Это называется наследием Первобытного. Получившие наследие становятся последователями того Первобытного, чьë наследие получили.
— Наверное, Первобытные выбирают своих последователей только из рас, которые им поклоняются, — предположил девятилетний я.
— Чаще всего так и есть, однако существует немало случаев, когда достойные маги получали наследия Первобытных, которым их расы не поклонялись. К слову, каждый Первобытный ценит в магах свои определённые качества. Так что часто случается, когда один Первобытный посчитал тебя достойным своего наследия, а другой вдруг решил, что ты недостоин крупицы его силы.
— Деда, а какими наследиями ты обладаешь? — спросил девятилетний я.
— У меня есть наследия Первобытного человека — Мельтаса, и Первобытного дракона — Симмалиона, — улыбнулся краем рта мой дед.
— У тебя есть целых два наследия, и к тому же, одно из них наследие Первобытного дракона! Здорово! — воскликнул я.
— Симмалион больше всего ценит в магах благородство. Так что мне есть чем гордиться, — улыбнулся мой дед. — А по поводу того, что у меня два наследия, так это ещё не предел. Самые талантливые маги могут иметь одновременно три наследия. Я в своё время не успел получить третье.
— А что будет, если принять четыре наследия? — спросил девятилетний я.
— Тогда внутренний сад человека разрушится от избытка силы, и он умрёт, — вздохнул дед. — Это невероятно сложно — выдержать такое магическое напряжение.

* * *

Когда я проснулся, было уже утро. Солнечный свет попадал в небольшое окошко кареты, слепя мне глаза. Приняв сидячее положение и размяв спину, я встретился глазами с своими спутниками. Они уже проснулись и сейчас завтракали хлебом с сушёным мясом и овощами. Между лавками появился небольшой импровизированный столик, на котором разместились три набора из бокала и тарелки. На лавке стоял сосуд с какой–то вкусно пахнущей жидкостью.
— Присоединяйтесь, Рагнар, — пригласила меня Мелиан, и мне не надо было повторять дважды.
Я вдруг почувствовал, что невероятно проголодался, поэтому два куска хлеба с вяленым мясом были проглочены буквально в один присест.
— Спасибо, — поблагодарил я.
Принцесса кивнула, Анаким вопросительно посмотрел на меня.
— Вы восстановились? — поинтересовался он. — Насколько я понял, вчера вы исчерпали весь резерв…
Я провёл быстрый осмотр и убедился, что всё в порядке, о чём сообщил очень интересующемуся моим здоровьем принцу. Но, в принципе, его можно было понять. Сейчас охраны у королевских отпрысков не было… точнее, была, но лишь в моём лице.
— Кучер сказал, что до столицы уже немного. Часа через четыре будем, — сообщила девушка, разглядывая меня своими чудными изумрудными глазами.
«Какая же она красивая…» — мелькнула у меня мысль, и в этот миг карета дёрнулась и резко ускорилась.
Анаким встревоженно посмотрел на нас и, вскочив с лавки, открыл переднее окошко, выходившее к кучеру.
— Что случилось?! — крикнул он.
— Спрячьтесь, — в ответ прокричал кучер, — нас преследуют, я попробую оторваться!
Карету немилосердно трясло, в боковые окна можно было разглядеть только проносящиеся мимо деревья. Я услышал свист стрелы и короткий крик с того места, где находился кучер. В следующую минуту карета замедлила ход и остановилась.
— Сидите здесь, — приказал я испуганно смотревшим на меня принцу и принцессе, — и будьте готовы мне помочь. Даже ваши молнии будут для меня подспорьем.
Дождавшись утвердительных кивков, причём принцесса выглядела явно бодрее струхнувшего Анакима, я вылез из кареты.
Первое, что увидел — на полном ходу верхом на лошадях к нам приближаются преследователи. Не меньше десятка. Из них пятеро маги. У всех остальных были луки. Быстро посмотрев на карету, я увидел, что кучер замер на своём месте, и в глазу у него торчала стрела с чёрным оперением. Видимо, он получил её, неосторожно высунувшись из кареты. Лошади спокойно стояли и косились на меня, негромко фыркая.
Тем временем, в меня полетели стрелы. Приближающиеся враги заметили появившуюся рядом с каретой удобную мишень. Я поставил щит Инеаля, и стрелы отскочили на землю. Придётся принимать бой. Даже если бы я сейчас занял место кучера, вряд ли мы бы смогли оторваться. Тем временем, враги приблизились на расстояние, на котором я мог определить их силу. Ощутив их ауры, я понял, что маги находятся на четвёртой Продвинутой ступени, остальные же обычные люди, но, судя по всему, с продвинутыми воинскими умениями. М-да. Вряд ли я смогу справиться с таким количеством противников. Но я не мог бросить своих спутников, тем более, что мне была обещана награда, и думаю, за двойной спасение своих детей король точно не должен поскупиться. Так что оставался один путь — бежать!
— Спрыгиваем и бежим за мной в лес. Быстро.
Анаким и Мелиан мгновенно оказались рядом со мной. Я бросился бежать в сторону близкого леса. Мои спутники, оценив опасность, приближающуюся к карете, устремились за мной.
— Ставьте щиты! — крикнул я на бегу. — Там хорошие стрелки.
Сообщил я, судя по всему, вовремя. Оглянувшись, увидел, что стрелы не достигли своей цели. Всадники свернули с дороги, но всё–таки, на наше счастье, явно не успевали. Рядом со мной громыхнул «огненный шар». Затем второй. Я петлял, как заяц, мешая магам прицелиться, и вот наконец спасительный лес. Кстати, он, к моей радости, оказался на удивление густым, и всадникам в нём явно делать было нечего.
Мои спутники ускорились и влетели в лес следом за мной. Судя по обгорелой одежде и небольшому ожогу на лице, принца всё–таки зацепило. Мелиан вроде не пострадала. И опять мне понравилось, что в её глазах не было страха.
— Как вы? — поинтересовался у принца.
— Всё в порядке, — кивнул тот.
— У вас есть переговорный артефакт? — задал я очень важный вопрос.
— Да, конечно, — кивнул Анаким.
— Тогда запроси помощь из дворца. Скажи, что вы в лесу и вас преследуют.
В итоге принц сделал всё так, как я сказал, и мы побежали. На этот раз вёл нас Анаким, который крикнул на бегу, что много раз охотился в этом лесу и ему тут знакома каждая тропка. Я вопросительно посмотрел на девушку, и та кивнула, подтверждая слова брата.
Бежали мы долго, пока не начали выдыхаться. По словам принца, оставалось немного. Тем более, теперь мы бежали по тропе, сначала узкой, но постепенно она перешла в широкую.
— Может стоит углубиться глубже в лес? — поинтересовался я у нашего проводника, но тот заверил, что скоро появятся стены столицы, и по нормальной дороге мы быстрее до них доберёмся. Честно говоря, логика была странной, но я решил положиться на его слова. И оказалось, зря. В который раз убеждаюсь, доверять в этом мире можно только себе.
А пока мы вынуждены были остановиться, чтобы передохнуть. Я мог продолжать бег, но мои спутники уже выбились из сил. Если верить их прерывистому дыханию, на ещё один долгий забег их скорее всего не хватит. Когда мне показалось, что мы всё–таки оторвались, я остановил бег. Принц сделал то же самое, он прерывисто дышал.
Отдыхали мы минут пятнадцать, после чего уже собирались продолжить бег, как перед нами появилось двое магов. Увидев искомую цель, они переглянулись и направились к нам. «Два Адепта», — определил я. Учитывая, что у обоих около ладоней начали появляться электрические разряды, я понял, что они маги молнии. Это насколько же надо быть уверенным в собственной победе, чтобы играться магией, выдавая свою стихию прямо перед боем.
Я покосился на своих спутников. По их решительному взгляду я понял, что они готовы сражаться до последнего. Однако хоть противник был силён, у меня была контрмера на их магию молнии.
Этому плетению научил меня дед. Что ж, сейчас у меня появился шанс его применить… на крайний случай, если не получится, использую «чёрный огонь». Надеюсь, успею. Но рискнуть стоило.
Молния — это движение электронов между положительным и отрицательным зарядом. В свою очередь, основа магии молнии в Алондаре — это способность перемещать электроны, тем самым создавая заряд.
Дед говорил, что большинство плетений молнии создают перед магом отрицательный заряд и на цели атаки положительный. Тогда–то мне пришла в голову одна идея. А что, если убрать из некоторого количества молекул воздуха электроны, окружив этим воздухом вражеского мага молнии? Тогда электрически нейтральные молекулы станут положительно заряжены, и при попытке атаковать молнией наш противник шандарахнет сам себя.
— Ну что, детки, — тем временем, проговорил один из магов, которые остановились в десяти шагах от нас, — не сопротивляйтесь и быстро сдохнете.
— Уверен? — осведомился я, чувствуя взволнованное дыхание спутников за спиной.
— Ещё бы, — ухмыльнулся говоривший.
— Но девчонку, думаю, убьём чуть позже… — заметил второй, плотоядно оглядывая вздрогнувшую принцессу. — После того, как поиграемся с ней.
Я промолчал, подготавливая нужное плетение и мысленно поблагодарив болтливость и позерство своих противников, затем выкинул руку вперёд, провоцируя противников на атаку, и выпустил плетение. Для моих противников это был просто порыв ветра… знали бы они, что это за ветер.
— Будешь сопротивляться? — хмыкнул один из них.
После чего оба мага одновременно подняли руки, на которых и до этого плясали электрические разряды, и попытались атаковать.
То, что произошло дальше, показало эффективность придуманного мной плетения. Фактически маги совершили самоубийство, так как выпущенные ими молнии ударили в них же, превратив в обгорелые трупы.
— Как такое возможно? — изумлённо спросила Мелиан, но я не стал вдаваться в объяснения, довольно грубо пояснив, что нам нужно бежать, так как врагов много, а времени у нас мало. И мы вновь побежали вперёд.
Когда лес начал редеть, путь нам вновь перегородило двое магов. Они, судя по всему, устроили тут засаду. Как оказалось, кроме тех с кем я расправился до этого, были и другие маги, патрулирующие лес. Лошади мирно стояли в стороне, пощипывая траву.
— Говорил же, в лес надо! — выразил я своё возмущение, останавливаясь.
Принц и принцесса последовали моему примеру, а Анаким, видимо, чувствуя свою вину, даже слегка покраснел.
Стоящие перед нами маги были одеты в чёрные плащи с капюшонами, которые не позволяли разглядеть их лица. Выглядели они, на мой взгляд, слишком самоуверенными. С другой стороны, почему бы и нет? Кого им бояться? Троих ребятишек на степени Ученика? Просто смешно.
Один из магов вальяжно потянулся к пластинке на своей шее и, поднеся этот предмет ко рту, произнёс.
— Я нашёл их. Все ко мне.
Мелек его подери, да это переговорный артефакт. М-да, скоро тут будут их товарищи. У нас имеется единственный шанс — прорваться через этих двоих, пока к ним не подоспела помощь. Повезло ещё, что двое магов молнии, которых я победил с помощью своего научного плетения, оказались глупее и самоувереннее новых противников и не сообщили наше местоположение по голосовому артефакту.
Тем временем, вперёд выступил маг, который сообщил о нашем местонахождении.
— Слушай, парень, — вальяжно обратился он ко мне. — Ты, я вижу, достаточно сильный маг, пусть и Ученик. Меня впечатлили твои навыки. Ты смог уйти вместе с балластом от стольких превосходящих тебя в могуществе магов. У меня к тебе предложение. Зачем нам биться? Отдай нам королевских детей и можешь идти на все четыре стороны. Мы тебя не тронем. Обещаю. Слово мага.
— Ты можешь нас оставить. Ты и так очень многое для нас сделал. Не нужно умирать здесь вместе с нами, — вдруг сказал Анаким, чем сильно меня удивил. На мгновение мне даже показалось, что в его голосе прослеживались нотки стали. Теперь он уже не казался наивным мальчишкой. Я встретился взглядом с Мелиан, и она кивнула, подтверждая слова брата. В её глазах была обреченность.
Несмотря на данное мне разрешение, я понял, что не могу бросить своих спутников. Я дал слово, что доеду с ними до столицы. И кстати, мне обещали за это хорошо заплатить. И я буду убегать от двух магов, пусть они и выше меня по уровню? Не дождётесь. Но решил всё–таки уточнить один вопрос.
— Что вы собираетесь делать с ними? — спросил я у мага.
— Убить. Что же ещё, — ответил маг.
— Нет, так не подходит, — нагло заявил я ему. — Лучше ты послушай. Если вы позволите нам пройти, я, так и быть, оставлю вас в живых!
После моих слов маг оторопел, и когда до него дошёл смысл сказанного, человек в плаще прерывисто рассмеялся. К его смеху присоединился второй маг.
— Какой забавный мальчик. Мы сильнее тебя на целую ступень. Что ты можешь нам противопоставить?
— Многие, кто стоял на моём пути, считали так же. Однако я жив, а они уже нет, — сказал я с вызовом.
Маг смерил меня своим взглядом и ответил:
— Ну что же, если ты хочешь умереть, то дело твоё, ты сам выбрал свою судьбу.
После этих слов маг вытянул правую руку вперёд, и перед его ладонью начал формироваться огненный шарик. Шар всё увеличивался в размерах и вот наконец сорвался с места и полетел в нашу сторону.
— Ставим щиты, — негромко приказал я. — И ударьте вашими молниями по второму магу!
Встав перед своими спутниками, я создал щит Инеаля, влив в него приличную дозу магической энергии. Когда «огненный шар» столкнулся с щитом, прозвучал взрыв. Щит просел, но выдержал.
— С тобой будет непросто, но так даже интереснее…
В следующий миг во второго мага ударили две молнии. И тут нам повезло. Этот самодовольный идиот явно недооценил нас и не поставил щит Инеаля, видимо, решив, что его товарищ справится один…
Обе молнии угодили ему в лицо, причём одна точно в глаз, а вторая обожгла щеку. Схватившись за изуродованное лицо, маг упал на колени и взвыл от боли. Один противник выведен из строя.
— Идиот… — добавив длинное грязное ругательство, его спутник усилил атаку. В меня полетели огненные вихри, чем–то напомнившие мне мои смерчи, но только огненные. И опять щит справился с атакой, но, судя по всему, надолго его не хватит. Да у нас и нет времени долго сражаться. Вот–вот должны были появиться остальные преследователи, и тогда нам точно конец!
Я перешёл в атаку. Ко мне присоединились ещё две молнии моих спутников, но они бессильно растаяли в щите мага. Я швырнул подряд несколько «огненных взрывов», добавив «луч света».
После серии атак ветер отнёс дым в сторону, и я увидел слегка почерневшего, но ехидно улыбающегося мага. Он успел восстановить свой щит, но, тем не менее, я заметил, что моя атака нанесла ему небольшой урон. Он морщился от боли, и на его щеке расплылось пятно ожога.
Да уж. Сразу чувствовалась разница между мной и противником. То, что тот был на ступень выше, не давало мне шансов на быструю победу.
— Я могу так вечно биться. Ты не сможешь уйти отсюда, мальчишка, — засмеялся маг.
И тогда я решил пойти на решительный шаг. Мне пришлось использовать козырь. Скомбинировав «огненный взрыв» с «чёрным огнём», я создал действительно мощное плетение, особенно на низких ступенях. Так что, вытянув руку вперёд, отправил сгусток черного огня в сторону противника. Ничего не подозревающий маг, продолжавший ехидно улыбаться, держал перед собой «базовый щит Инеаля», однако сгусток «чёрного огня» прошёл сквозь этот щит, как будто его не было.
И сразу после этого взорвался. Обожжённый маг с криками боли завалился на бок. Огонь быстро начал распространяться по его телу, пожирая плоть жертвы. Плащ не был ему помехой, так как уже сгорел, открыв обнажённое тело с множеством чёрных ожогов.
— Ты. Как? Это невозможно! — прохрипел противник. — Кто ты?
Однако я не стал ждать, когда тот оклемается, и тут же выстрелил ему в голову «лучом света», прошив её насквозь.
Второй маг по–прежнему сидел на коленях и, тонко подвывая, баюкал свою голову, закрыв руками повреждённое лицо. Я не мог оставить в живых врага, который видел мой чëрный огонь. Так что, прицелившись, я прошил насквозь голову мага с помощью «луча света».
— У нас мало времени, — повернулся я к своим спутникам, которые, открыв от изумления рты, смотрели то на поверженного мага, то на меня, — вы с принцессой залезайте на одну лошадь, я на вторую, и уходим. Быстрее! С минуты на минуту могут появиться преследователи, которых вызвал этот урод!
Последние слова, видимо, послужили толчком к действию для королевских деток.
Мы сорвались с места и спустя минуту уже скакали во весь опор по тропе. Вскоре вдали показались стены столицы. Но едва мы выбрались из леса и по широкой дороге понеслись к видневшимся в километрах пяти от нас воротам, за нами на дорогу выскочили оставшиеся преследователи. Задержись мы буквально ещё на немного, и всё было бы печально. Я ощутил спиной, как маги открыли огонь, и следом за этим засвистели стрелы. Но на этот раз напоминать о щитах было не надо. Я увидел появившийся сзади щит, прикрывший принца и принцессу. Свой же поставил, едва мы выехали из леса.
Щиты трещали от напора заклинаний. Несколько раз рядом со мной взрывались «огненные шары», но нам везло. Спасительные ворота приближались. Я уже думал, что мы оторвались, но в этот миг очередной «огненный шар» угодил прямо перед носом лошади с моими спутниками. Та взвилась на дыбы, и они оказались на земле… И тут я услышал трубный звук рога. Из леса вдруг начали выскакивать вооружённые люди. Судя по одинаковой броне, это была явно регулярная армия. Слава Первобытным, что запрошенная помощь наконец прибыла. И на этот раз стрелы полетели в сторону наших преследователей. Те, увидев такой поворот, обратились в бегство. За ними, улюлюкая, понëсся большой отряд всадников, непонятно каким образом появившийся на дороге.
Я, облегчённо вздохнув и поблагодарив Мельтаса за спасение своей жизни, подошёл к уже поднявшимся после падения принцу и принцессе.
— Где ты научился «чёрному огню»? Это же плетение, которое умел использовать только Сильнейший из Меридиан, — сразу напал на меня Анаким, и судя по виду его сестры, она тоже желала знать ответ на этот вопрос.

Глава 7 

Однако я не успел им ответить. Ведь в следующий момент к нам подошёл рыцарь в блестящих латах с грубым лицом и коротким ëжиком чёрных волос. Шлем он держал под мышкой. За ним стояло пять солдат, которые глубоко поклонились. Рыцарь же лишь изобразил кивок.
— Его Высочество Анаким и Её Высочество Мелиан. Мы отправили на ваши поиски несколько отрядов. Что случилось? Где карета? А ваша охрана? Почему вы в таком виде?
— Генерал Томмел, — в голосе принца звякнул металл, — прекратите заваливать нас вопросами!
— Ваше Высочество, — поклонился рыцарь чуть ниже, — извините меня.
— Вчера на нас напали «Пантеры Хаоса», — начал объяснять Анаким. — Они и уничтожили нашу охрану. Могли убить и нас, но нам помог вот этот человек. Рагнар.
Он показал на меня, и я почувствовал на себе взгляды всех присутствующих.
— А сегодня, — тем временем продолжил принц, — на нас совершили нападение какие–то маги. И опять же, только благодаря Рагнару мы вырвались! Более подробно мы расскажем об этом во дворце. Вы же попробуйте сначала поймать оставшихся магов. И мы бы хотели отправиться во дворец! Ты до сих пор чего–то ждёшь?
— Да, — поклонился генерал, — сейчас всё будет готово!
После этого разговора всё быстро закрутилось. Как по волшебству появилась ещё одна карета, и нас всех троих в неё загрузили. На этот раз сопровождало нас как минимум пятьдесят всадников, из которых половина была магами. Нас попросили не высовываться, пока карета не доберётся до королевского дворца. И даже завесили окна, так что городом я явно полюбоваться не смогу.
— Так откуда ты знаешь плетение «чëрного огня»? — с придыханием спросила принцесса.
— Это вас не касается, — жёстко ответил я, — более того. Если всплывëт, что я владею «чëрным огнëм», у меня будут серьëзные проблемы. Так что я прошу вас никому об этом не говорить.
— Рагнар. Ты нас спас, и мы тебе очень благодарны. Так что не сомневайся. Мы не выдадим твою тайну,. — заявил принц.
— Постой. Ты говорил, что тебя обучил магии твой дед. Получается, что ты внук Сильнейшего из Мердиан! — вдруг выпалила Мелиан.
Стоит признать котелок у неё варит. Меня разоблачили.
— Да, ты права. Я внук Валнара Валленштайна, — тяжело вздохнув, произнёс я.
— Невероятно, — округлил глаза Анаким.
— Если бы не видела «чёрный огонь», не поверила бы, — добавила девушка, изучая меня своими зелёными глазами.
— Это факт, — пожал плечами. — А я просто странник в этом королевстве. И, кстати, ещё член Гильдии Охотников.
После моих слов наступила пауза, которую нарушила принцесса:
— А какой он вообще, ваш дед? — спросила она.
Что я мог рассказать? Для меня дед был самым близким человеком, заменившим одновременно и отца, и мать. Своих родителей я совсем не помню. Дед говорил, что они погибли, но подробностей у него я выяснить не смог. Он просто не хотел разговаривать на эту тему. Как и сестра, которая, как мне казалось, что–то знала, но на мои вопросы не отвечала.
В принципе, я так и ответил на вопрос Мелиан.
— А почему вы один? Он отпустил вас? — не унималась она.
— Он умер, — ответил я коротко, — а точнее, его убили.
— Ой, — прижала руки к щекам девушка, — простите меня.
Анаким же только нахмурился и промолчал. Но было видно, что эта новость его сильно расстроила. Дальнейший путь мы провели в молчании.
После небольшого толчка я рискнул откинуть занавески и увидел, что мы въезжаем в распахнутые высокие бронзовые ворота. Карету сразу окружил десяток солдат, и их командир, представительный усач в парадном костюме, открыл дверь кареты и низко поклонился.
— Прошу вас, выходите, ваши высочества.
Сначала из кареты выбрались мои спутники, а следом уже я. Оглядевшись, понял, что стою во дворе величественного и сурового дворца из тёмного камня. Я не разбирался в архитектуре, лишь обратил внимание на его стрельчатые окна и узкие башенки. Дворец был окружён высокой каменной стеной, через ворота в которых мы и проехали.
— А вы Рагнар… — повернулся ко мне усач.
— Просто Рагнар, — скромно ответил я.
— И это вы помогли их высочествам? — скептически осведомился тот.
— Уважаемый Роентен, — вмешался в наш разговор явно возмущённый принц, — вы подвергаете сомнению наши с Мелиан слова? Вы маг–менталист или глава дворцовой стражи?
От такого вмешательства усач немного побледнел, поклонившись принцу, извинился и многословно заверил, что, конечно, верит ему. Следом он сообщил, что всех нас срочно ждёт король Аспии Эсмон Второй.
В сопровождении усача и четвёрки солдат, представляющих своеобразный почётный караул, мы вошли во дворец.
Немного поплутав по коридорам, поднялись по широкой лестнице и очутились перед массивными золотыми вратами. Как прошептал мне принц, это были двери в тронный зал. Но мы в него не пошли, а повернули направо и, ещё попетляв немного, остановились около скромной двери из чёрного дерева, которую охраняли двое магов ступени Адепта. Зашли мы уже только втроём. Наши сопровождающие остались в коридоре. Комната, в которой мы оказались, на мой взгляд, была довольно скромной на фоне той позолоты, ковров и лепнины, что в больших количествах встречались мне по дороге сюда. Прокрашенные в голубой цвет стены. Широкий массивный стол и несколько шкафов, расставленных вдоль стен и забитых книгами. Пушистый ковёр на полу и около одного из шкафов несколько мягких кресел и небольшой круглый столик. Скромно, но уютно…
— Папа!
Мои спутники бросились к высокому дородному мужчине в серебристой мантии с короткой бородкой и длинными спадающими на плечи золотистыми волосами. Понятно теперь, откуда у детей такие волосы. На вид лет пятьдесят, но подтянутый и… опасный. По ауре я определил, что он находится на ступени духа.
— Мне уже сообщили, что произошло. Эх, ну и заставили же вы меня поволноваться, я уже хотел головы начать рубить, а то совсем расслабилась секретная служба, — раздражённо заметил король, — это уже переходит все границы. Моих детей пытаются похитить посреди белого дня совсем рядом со столицей! Ничего, мы обязательно найдём этих негодяев!
Его взгляд остановился на мне и сразу стал изучающе–оценивающим. Внимательно оглядев меня с ног до головы, он как–то скептически усмехнулся.
— Так, значит, вот какой ты, герой, — задумчиво произнёс он.
— Рагнар, ваше величество, — поклонился я.
Король удивлённо приподнял правую бровь.
— Рагнар… а фамилия?
— Просто Рагнар.
— Видимо, у вас, молодой человек по имени просто Рагнар, немалый талант, раз вы смогли такое провернуть. А по виду и не скажешь.
— Внешний вид часто обманывает! — заявила принцесса, приковав к себе внимание короля.
— Я знаю, дочка, — улыбнулся Эсмон Второй, — и благодарен тебе, Рагнар, за спасение своих детей…
В этот момент раздался стук, и в кабинет вошли два человека.
Молодой юноша лет семнадцати с длинными золотистыми волосами и такими же голубыми глазами, как у Анакима. Вместе с ним шёл мужчина неприметной внешности, одетый в серую мантию.
— Юный спаситель моих детей, хочу познакомить тебя с первым принцем Аспии Гидеоном Аспийским и командиром Меридиан Меротом Антарским, — пафосно заявил король, внимательно наблюдая за моей реакцией. Но здесь его ждало разочарование. Её просто не было.
Когда я переключился на восприятие ауры, то почувствовал, что первый наследный принц Аспии находится на Продвинутой ступени, что было довольно впечатляюще для его возраста и подобного королевства. В свою очередь, командир Меридиан был на ступени Эксперта. Стоит отдать ему должное, он был самым сильным магом, которого я встречал за свою жизнь, если исключить деда, конечно. Однако я сильно не обольщался. В могущественных королевствах и империях с его ступенью он был бы лишь рядовым бойцом, а не командиром корпуса боевых магов.
— Я счастлив познакомиться, Ваше высочество, — поклонился я, — как с вами, так и с уважаемым Экспертом.
— На Гидеона тоже было совершено нападение, как и на тебя, Анаким. Это произошло вчера, но слава Первобытным, затея не удалась. Эти идиоты устроили магическую схватку в центре города! Охрана уничтожила нападавших, к сожалению, в живых не осталось никого. Надеюсь, что кого–нибудь из ваших преследователей мы поймаем. Очень хотелось бы допросить их, — в голосе короля звякнул металл, — поэтому на нынешний момент мы не знаем, кто стоит за нападениями, но обязательно выясним это.
— Я счастлив, что вы успели помочь принцу и принцессе, — вдруг заговорил командир Меридиан скрипучим голосом. — Вы герой, молодой человек. Но вот меня очень интересует, как юноша на ступени Ученика смог помочь в бою с явно превосходящими силами врага. Мы пока не знаем подробностей, но несомненно, их высочества нам всё расскажут.
— Рагнар очень талантливый маг, — произнёс Анаким.
— И мы ему помогали! — добавила принцесса.
— Я старался, как мог, — пожал я плечами.
— Всё равно это странно.
Мерот недоверчиво посмотрел на меня, но видимо, присутствие свидетелей, горячо защищающих их спасителя, помешало ему что–то ещё сказать. Тем не менее, он вдруг резко сменил тему.
— Такой талант сильно бы пригодился Меридианам. Молодой человек, вы не планируете поступить в нашу академию?
— Нет, не планирую, — ответил я.
— Что же, очень жаль, — скрипуче ответил Мерот, — а почему, можно узнать? Так вы получите возможность поднять свою ступень и научиться многим нужным вещам.
— Спасибо, — кивнул, решив не обострять отношения с магом такого уровня и не объяснять, почему я, такой слабенький Ученик, не хочу поступить в академию Меридиан королевства Аспия, — обязательно подумаю на этот счёт.
— Подумай, — удовлетворённо кивнул мой собеседник.
После этих слов ко мне повернулся наследный принц Аспии и дружелюбным тоном сказал:
— Рагнар, ты спас моего брата. Теперь я твой должник.
Я хотел было ответить, но сам себя одёрнул. Я всё–таки перед королём, пусть и такого заштатного королевства, как Аспия. Не стоит показывать неуважение. Поэтому я произнёс стандартную форму, которой научил меня дед. Как ни странно, в моё домашнее образование входили и уроки этикета. И я сейчас мысленно поблагодарил его.
— Я принимаю ваш долг, Ваше Высочество.
После этой фразы королевская семья переглянулась. Я что–то не то сказал? Вроде всё как дед учил.
— Ты уверен, что не хочешь назвать свою фамилию? — поинтересовался у меня неугомонный Мерот.
— У меня её нет. Я даже родителей своих не помню… — развёл я руками.
— Так, Мерот, хватит пытать нашего героя своими каверзными вопросами, — улыбнулся король. — Мы ещё не поговорили об его награде. Поверь, Рагнар, я никогда не скуплюсь, когда надо оценить благородный поступок! Подойдёшь к моему казначею, он выдаст тебе награду.
— Спасибо, — поблагодарил я.
— Со своей стороны Орден Меридиан тоже не хочет быть неблагодарным к спасителю королевских детей, — проскрипел Глава Меридиан, — вот, возьми, Рагнар. Это поможет тебе в твоём магическом развитии.
Он протянул мне небольшой мешок, в котором, судя по звону, лежало несколько склянок.
— Думаю, ты сам разберёшься, что к чему, — первый раз за всё время улыбнулся Мерот.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я его, — конечно разберусь.
— Тогда уж прими и от меня подарок, — заметил наследный принц, — этот амулет поможет тебе в плохой ситуации. Это одноразовый артефакт. Если ты исчерпаешь запас своей магической силы, он поможет единовременно полностью восстановить его. Просто сожми его для активации.
А вот это был действительно королевский подарок. Такие штуки стоили весьма дорого.
Я горячо поблагодарил принца.
— И самое главное, вы теперь официальный друг королевской семьи, — торжественно произнёс Эсмон Второй. — Если что–то будет надо, обращайтесь.
Я ещё раз поблагодарил всех присутствующих и покинул кабинет короля в сопровождении Анакима, вызвавшегося проводить меня. Его желание сильно удивило короля и Мерота. Я их прекрасно понимаю. Это же скорее всего нарушение королевских правил и традиций. Принц провожает простолюдина! Где это видано? Но они ничего не возразили, а лишь проводили нас явно заинтересованными взглядами.
Анаким проводил меня к казначею, пузатому бородачу, который, презрительно осмотрев меня своими маленькими чёрными глазками, тяжело вздыхая, выдал награду. Причём при этом косился на стоявшего рядом принца, который повторил несколько раз, что я официальный друг королевской семьи.
С неохотой мне был вручён мешочек с сорока азуритовыми монетами. Что ж, достаточно щедро. Учитывая, что при прощании принц дал мне ещё один мешочек с двадцатью монетами. Несмотря на моё нежелание его брать, мне просто всучили этот мешочек.
Он посоветовал мне нормальную таверну, в которой мы договорились встретиться завтра вечером. Зачем ему это надо, я не знал. Но он явно хотел о чём–то поговорить.
Шагая по брусчатке местных улиц в направлении той самой таверны, которую мне посоветовал принц, я размышлял о том, что король был далеко не плох.
Он думал, что я простолюдин, и всё равно обращался ко мне с таким уважением. К тому же, меня, подозрительного паренька, умудрившегося на ступени Ученика защитить королевских детей от превосходящего по силе врага, не стали мурыжить дознаватели, как это могло случиться. В общем, впечатление о королевской семье и командире Меридиан у меня остались положительные. Хотя мне казалось, что вот кто–кто, а Глава Меридиан с удовольствием провёл бы со мной допрос с пристрастием. Но, как ни странно, я его прекрасно понимал. Будь на его месте, тоже бы почуял в этом деле что–то неладное.
Наконец добравшись до таверны, носившей гордое имя «Великий Маг», я вошёл внутрь. Принц не обманул. Меня встретили чистый зал и россыпь круглых столиков, за которыми сидели посетители, кстати, выглядевшие достаточно опрятно. По крайней мере, лохмотьев я на них не увидел. В углу на небольшой сцене что–то бренькал пожилой менестрель с каким–то неизвестным мне длинным музыкальным инструментом. Ко мне подскочил полноватый лысый мужичок с длинными усами.
— Чего желаете, дорогой гость? — задал вопрос толстяк. — Я хозяин этой таверны. Хотите покушать? Или комнату на ночь? Такому господину, как вы, мы предоставим лучший номер.
М-да. Судя по хитрому выражению лица, пройдоха ещё тот.
— Мне бы одну комнату. Пока на сутки, — объяснил я трактирщику.
— Две кварцевые монеты, будьте добры, — сказал толстяк, хищно улыбнувшись.
Рассчитавшись, я вместе с ним поднялся по деревянной лестнице, где мне показали мои апартаменты. Узкая кровать и деревянная тумбочка, вот и вся мебель. Но мне большего и не надо было. Всё равно это лучше, чем ночлег в лесу. Хозяин ушёл, а я решил перед завтрашним посещением Храма Мельтаса не терять времени даром. Сняв с себя кожаную броню и ботинки, я улёгся на кровать и переместил сознание во внутренний сад.
Ближайшие шесть часов я тренировал своё начальное магическое искусство. Наконец завершив тренировку и выйдя из внутреннего сада, почувствовал усталость и то, что меня клонит в сон. Не стал противиться этому чувству и заснул, готовясь увидеть очередное воспоминание из беззаботных деньков моего детства.

* * *

Я находился внутри нашего дома в деревне, в котором жили я, брат, сестра и дед. Дом был просторным и, наверное, самым большим в деревне. По крайней мере, в нём расположились четыре комнаты, столовая, библиотека и кабинет деда. За окном моросил дождь, и в кресле–качалке, укрывшись пледом, сидел мой дед. Я же устроился на стуле напротив. Мне было одиннадцать лет. Высокий и худой паренёк, вот каким я тогда был.
Покачиваясь в кресле–каталке, дед сказал:
— Ирос, пришло время поведать тебе важные вещи. Что ты знаешь про Великую войну за господство?
— Она проходила около двухсот лет назад. Ты рассказывал, что принимал в ней участие, — немного погодя, ответил я.
— Верно. Однако знаешь ли ты, из–за чего эта война началась? — дед задал вопрос, пытливо посмотрев мне в глаза.
— Люди в таверне говорили, что война началась из–за ресурсов и территорий, — ответил одиннадцатилетний я.
— Так считает большинство жителей Алондара. Однако это знание — ложь. Всё было совсем не так.
— Но из–за чего тогда война началась на самом деле?
— Причина этой войны заключается в желании завладеть фрагментами ключа, — объяснил дед.
— А что за ключ? Что он открывает? — нахмурившись, спросил я.
— Этого я тебе не могу сказать, так как давал клятву. Однако у меня есть для тебя задание. Сейчас мы отправимся внутрь пространственного кольца, и я тебе всё покажу.
Сказав это, дед встал и вытянул руку. Я почувствовал, как моё сознание помутилось, и в следующий миг оказался в уже знакомом месте. Здесь везде был белый цвет и всюду стояли полки с книгами. После того, как мы здесь оказались, дед повёл меня в центр библиотеки, где на небольшой колонне находилась шкатулка. Открыв её, дед достал чёрный, как будто поглощающий свет фрагмент минерала. У него были острые резкие углы. Однако что больше всего меня удивило, так это то, что я как будто ощутил зов ключа. Мне показалось, что если не прятать ключ в шкатулку, то я буду способен почувствовать его местоположение.
— Это один из пяти фрагментов ключей, которые существуют в Алондаре. Именно из–за них и началась Великая Война за Господство.
— Но дедушка, откуда у тебя этот фрагмент?
— Всего в этой войне участвовали три фракции. Последователи Мельтаса в лице многих человеческих королевств и империй объединились в одну фракцию. Второй стороной был торговый союз, который, будучи невероятно богатым, смог нанять огромное количество могущественных магов в свои ряды. И третьей фракцией стали оккультисты, которые объединили в своих рядах некромантов, вампиров и оборотней. Эти три могущественные фракции устроили войну за фрагменты ключей. Было много других сил, которые присоединялись к каждой стороне конфликта. Я же воевал на стороне Мельтаса. По итогу войны один фрагмент был заполучен оккультистами, один осел в руках торгового объединения. И один остался у последователей Мельтаса. Первобытный Мельтас доверил мне хранить этот фрагмент ключа. Однако я чувствую, что мне недолго осталось жить. Так что прошу тебя после моей смерти отправиться в столицу в храм Первобытного Мельтаса. Там Первобытный скажет тебе, кому ты должен передать ключ. Это моя последняя воля, — хмуро поведал мне дед.
— Дедушка, ты ещё долго проживешь, не говори так, — возмутился я.
— Ирос, я не вечен. Яд в моём организме прогрессирует. Я и так достаточно пожил.
Услышав эти слова, я нахмурился.
— Ещё одна вещь. С этого дня ты должен постоянно вливать энергию в ключ. Не реже раза в неделю, — строго объяснил мне дед.
— Но зачем? — не понял я.
— Если не вливать энергию в ключ, то вокруг него будет распространяться скверна. Так что, пожалуйста, не забывай это делать.
— Хорошо, — я кивнул головой.
И дальше это стало моей обязанностью. После того, как я стал вливать магическую энергию в фрагмент ключа, мне начали сниться реалистичные сны из моего прошлого. Там я ощущал всё как будто на самом деле, но не мог ничего самостоятельно сделать. Эти сны преследуют меня до сих пор.
Дед говорил, что это нормально и когда он вливал энергию в ключ, ему тоже снились эти сны. Однако если раньше для меня это были лишь странные сновидения, то теперь, после того, как моего деда убили, а сестру с братом похитили, эти сны стали в тягость. Ведь мне было больно видеть их снова и снова и не знать, где сейчас мои брат и сестра и что с ними стало. Мне было больно видеть каждую ночь как будто бы живого деда и осознавать, что он пал от рук одного из тех ублюдков на моих глазах. Но с другой стороны, я получил возможность вновь переживать мгновения счастливого детства. На самом деле, я сам не понимал, хочу видеть эти сны или нет. До сих пор так и не смог разобраться в своих чувствах.

Глава 8 

Проснувшись на утро следующего дня, умывшись и приведя себя в порядок, я переместился внутрь кольца. Оказавшись в его белом пространстве, направился в сторону небольшого столба, на котором лежала шкатулка с фрагментом ключа, что меня так манил. Пришло время напитать фрагмент своей магической энергией. Открыв шкатулку и достав кусок чёрного минерала, я начал напитывать его энергией. Холодный на ощупь ключ постепенно нагревался под моим воздействием. Закончив, положил фрагмент обратно в шкатулку и вернулся из пространственного кольца обратно.
Одевшись в свою кожаную броню, вышел из комнаты. Спустившись вниз, заказал себе завтрак и, расправившись с мясом и овощами, запив это лёгким вином, направился в храм. Пришло время поговорить с Первобытным Мельтасом.
На улице вновь ярко светило солнце. Узнал, где находится Храм, у прохожих. Оказалось, что не так далеко от таверны. Вскоре я стоял на площади, вымощенной белыми плитами.
Храм Мельтаса представлял из себя монументальное сооружение из белого камня. Ряды мраморных колонн, бесчисленные фрески на стенах, изображавшие какие–то батальные сцены. Я поднялся по широким ступеням, ведущим в храм, и прошёл через распахнутые тяжёлые бронзовые двери. Внутри стены тоже были расписаны теми же самыми батальными картинами. Потолок был украшен причудливыми переплетающимися узорами, вдоль них стояли высокие бронзовые канделябры. От множества горящих свечей было светло. В центре расположился алтарь храма, представляющий собой массивный прямоугольный кусок камня. На нём был выгравирован сложный символ, который поражал своим совершенством. Дед рисовал его очень быстро, я же, сколько ни пытался, не смог это сделать. Я отлично знал, что это за символ. Знак Мельтаса.
Я подошёл вплотную к массивному монументу и мысленно обратился к Мельтасу. Именно так, как мне говорил поступить дед.
— Мельтас, я пришёл, чтобы отдать фрагмент ключа.
Но мне никто не ответил. Я настойчиво повторял эту фразу, пока наконец в моей голове не прозвучал голос.
— Как я понимаю, меня посетил юный внук Валнара Валленштайна. С какой целью ты пришёл?
Голос Мельтаса пробирал до глубины души. Казалось он звучал из каждого угла храма, тем не менее, слышал его только я. После короткой паузы Мельтас продолжил. На этот раз в его голосе звучала печаль.
— Вижу, твой дед погиб. Печально, действительно печально. Он был могучим магом и моим верным последователем.
Дед предупреждал меня, что осколки сознаний Первобытных способны читать мысли. Так что я предполагаю, что Мельтас узнал всё это из моей головы.
— Я пришёл, выполняя последнюю волю деда, чтобы отдать вам фрагмент ключа, — мысленно объяснил я.
— Возможно, тебе не придётся отдавать его мне, — ответил голос в моей голове.
— То есть?
— Ирос Валленштайн. Твой дед выполнял важную миссию по поиску ключей, однако он не справился с заданием. Хотел бы ты занять его место и послужить мне во благо всего Алондара? Твоей задачей станет найти недостающие четыре фрагмента ключей.
Сказать, что я удивился, значит, не сказать ничего. На кой Мелек Первобытному Мельтасу предлагать мне подобное? Я всего лишь слабый маг на ступени Ученика. Разве нет более достойных кандидатов?
— Но почему именно я? — мысленно я задал вопрос, хотя тот, кто со мной говорил, слышал все мои мысли.
— У тебя есть потенциал, Ирос Валленштайн. Потенциал, о котором ты даже не подозреваешь. А, сейчас ты слаб, но что такое время для магов? Лишь пыль. В будущем ты вполне можешь выполнить данную тебе миссию, в отличие от твоего деда.
— А зачем вам нужны ключи? — я задал резонный вопрос.
— Пока что я не могу открыть тебе эту тайну. Настанет момент, и ты всё узнаешь. Пойми, от этого зависит судьба всего Алондара и всех, кто его населяют. Ты послужишь благому делу. Итак, Ирос Валленштайн, готов принять мою волю и волю твоего деда? Взамен ты получишь моё наследие и станешь сильнее. Это поможет тебе найти брата с сестрой и отомстить за смерть Валнара Валленштайна. Также я буду оказывать тебе содействие. Ты сможешь получать от меня ресурсы для развития. Конечно, в этой дыре я вряд ли смогу тебе сильно помочь. Однако одного моего слова в могучей империи Кельтон хватит, чтобы его исполнили.
Я задумался. Когда–то мой дед согласился на ту же миссию. Наверное, у него были свои причины. К тому же, быть под покровительством Первобытного многого стоит. Благодаря этому я смогу стать могущественнее в более короткие сроки. Это было мне нужно так сильно, как никогда ранее. К тому же, слова про судьбу всего Алондара. Я не знал, что Мельтас имел ввиду, однако дед ему помогал. Значит, это действительно что–то важное.
— Хорошо, согласен, — мысленно сказал я.
— Отлично, Ирос. Тогда сейчас ты получишь моё наследие. Будь готов принять его…
После его слов моя голова вдруг начала раскалываться от дикой боли. Схватившись за неё, упал на колени. Меня как будто выворачивали изнутри. Горела каждая клеточка моего тела. Боль становилась всё сильнее и сильнее, пока вдруг неожиданно не отступила, оставив меня валяющегося на полу.
С трудом я поднялся и только тогда заметил, как на ладони правой руки разгорается символ золотистого цвета. Это был тот же знак, что и на монументе перед мной. Это был символ Мельтаса.
— Это метка, которая означает, что ты принял моё наследие. Покажи её любому моему последователю, и тот тебе поможет. Также, если ты почувствуешь, что метка жжётся, это значит, что я, Мельтас, вызываю тебя в любой свой храм.
Сделав паузу, он продолжил:
— У меня есть для тебя ещё один подарок. Вижу, из–за искусства с медленной скоростью развития ты не можешь переступить через порог ступени Ученика. Но тебе подарили зелья, способные ускорить этот процесс. Я тоже дам тебе их. В памяти настоятеля этого храма я увидел, что королевство закупило набор зелий для прорыва на ступень Адепта для второго принца Аспии. Собственно, мне плевать на развитие подобных ничтожеств, так что лучше эти зелья получишь ты. Никто в этом королевстве не станет перечить моему слову. Подожди, когда жрец придёт. Я дам ему задание отдать тебе все купленные зелья.
Ждать пришлось недолго. Вскоре человек в чёрном плаще с капюшоном, из–за которого не было видно его лица, появился в храме. Внезапно он остановился и резким движением откинул ткань с лица. Его лицо исказилось. Пребывая в благоговейном трепете, настоятель подбежал к массивному камню, на котором был изображён символ Мельтаса, и склонился в низком поклоне. По мере течения времени выражение лица настоятеля менялось. И, повернувшись ко мне, маг, заикаясь, сказал:
— Я не могу ослушаться воли Первобытного Мельтаса. Все нужные зелья вскоре будут здесь.
Я догадывался, что Мельтас мысленно говорил жрецу. Мне очень интересно, как отреагирует второй принц Аспии, когда узнает, что его лишили возможности прорваться на ступень Адепта. Думаю, во Дворце могут и забыть о моих заслугах и о том, что я официальный друг королевской семьи. Прошло полчаса, и наконец жрец вернулся с коробкой, в которой был десяток зелий в стеклянных сосудах. Дрожащими руками жрец передал всё это великолепие мне и, откланявшись, покинул храм.
— Принимай одно такое зелье раз в два месяца и не забывай при этом активно развивать своё искусство. С таким талантом тебе бы не понадобились ресурсы для достижения ступени Адепта, однако то искусство, которое дал твой дед, изменило ситуацию.
— Большое спасибо, Первобытный Мельтас. Я приложу все усилия и однажды добуду все пять фрагментов ключей для вас, — сказал, низко поклонившись.
— Не забывай, моё наследие усиливает магию огня и света. Так что теперь созданные тобой плетения этих стихий будут гораздо сильнее. Ну а теперь можешь идти. Тебе предстоит долгий путь к истинному могуществу. Я делаю ставку именно на тебя.
Ещё раз поклонившись, я вышел из храма, направившись в сторону трактира, в котором остановился. По пути погрузился в раздумья.
Честно признаюсь, у меня мысли разбегались. Несмотря на мои последние слова, сказанные Мельтасу, я не был уверен в правильности сделанного выбора. Куда мне сравниться с дедом, если даже у того не получилось выполнить эту миссию. Но отступать было поздно. Я отмечен Первобытным, и выбор сделан.
С такими невесёлыми мыслями, добравшись до места назначения, я кивнул трактирщику и без лишних слов поднялся в свою скромную комнату. Теперь надо было заняться делом. Мне не терпелось принять первое зелье и посмотреть, как наследие изменило мой внутренний сад. Усевшись на кровать, я не стал раздеваться и, тут же достав из пространственного кольца один флакон с зельем, выпил синюю жидкость из сосуда. Сделав это, я тут же почувствовал прилив сил и эйфорию. Теперь пришло время посетить внутренний сад.
Через мгновение концентрации я оказался в пространстве, переливающимся множеством цветов. Всё как обычно. В середине внутреннего сада находилась пятиконечная звезда радужного цвета. Однако кое–что изменилось в этой обстановке. Сбоку внутреннего сада появился маленький золотистый шарик. Я догадался, что это и было наследие Мельтаса. Сейчас оно только зарождалось и было не слишком могущественно. Однако пройдёт время, наследие окрепнет и станет основой моей силы.
Налюбовавшись на золотистый шарик, я решил поработать над своим магическим искусством. Начав накладывать на пятиконечную звезду образы и символы, почувствовал сильный отклик. Воплощение моего искусства вибрировало и входило со мной в резонанс. Было понятно, что зелье действует отлично. С такими успехами мне понадобится намного меньше времени, чтобы пробиться через границу ступени.
Закончил я развитие к вечеру. Тут вспомнил, что меня же должен был ждать третий принц. Поспешно спустившись вниз, осмотрелся. Никого похожего на принца пока в таверне не наблюдал. Да и народу в ней было не так много. Выделялся лишь один человек, сидевший в глубине зала и одетый в серый плащ с капюшоном. Излюбленная одежда магов Аспии, как я посмотрю. А самое главное — капюшон закрывает лицо…
Я устроился за свободным столиком, заказал еды и кувшин яблочного сидра. Что ж, подождём.
Когда мне принесли заказанное и я уже собирался приступить к трапезе, за мой стол опустился тот самый человек в плаще, на которого я обратил внимание. Он чуть приподнял капюшон, и я увидел перед собой Анакима Аспийского собственной персоной.
— Ого, — покачал я головой, — неплохо замаскировались, ваше высочество.
— Слушай, Ирос… давай на «ты», — недовольно попросил принц, — мы с тобой не на балу.
— Да нет проблем, — пожал я плечами, — ты что–то хотел мне сказать? — поинтересовался у гостя. — А то я поужинать хотел.
— Да я ненадолго, и так еле из дворца ускользнул. После наших вчерашних приключений охрану усилили. Расследование идёт полных ходом. Меридианы землю роют.
— Понятно, но ты так и не сказал, чего хочешь.
Принц вздохнул.
— Через год мы с сестрой поступаем в Академию Меридиан. Не хочешь с нами?
— Нет, — коротко ответил я, — не хочу. Тот же ответ я дал Главе Меридиан. Я сам по себе. Такой вот уж уродился.
— Жаль, — принц, на мой взгляд, даже не удивился отказу, — но ты подумай. Кстати, Мелиан просила передать тебе ещё раз свою благодарность за спасение. Хотела тоже прийти, но отсутствие нас двоих точно бы обнаружили. Но она тоже с тобой хочет встретиться!
Я, честно говоря, слегка растерялся. Принцесса? Со мной? Ну спас я её и брата. И что с того?
Всё это в более мягкой форме я попытался донести до принца, но, по–моему, напрасно. Он заявил, что не знает, зачем сестре встречаться со мной, но, мол, это сделать мне обязательно надо. Сказал, принцесса хочет мне какой–то подарок сделать и всё такое. В общем, нёс чушь. Но честно говоря, вспомнив короля, я подумал, что вряд ли местный правитель будет рад подобной встрече. Посмотрим, может получится её избежать. Принцесса была красивой девушкой, но за таких обычно отрубают головы, не разбираясь, кто прав, а кто виноват… А пока уходить из города я не планировал. Но тем не менее, прямого ответа принцу я так и не дал. А затем перешли на другие темы и целый час просто разговаривали. Я только удивлялся невежеству сидящего напротив меня отпрыска королевской семьи. Он не знал ничего. Как это он ещё не считал, что крестьяне едят булки с маслом и спят на мягких перинах.
Кстати, как собеседник, он оказался вполне нормальный, а также показал себя хорошим слушателем. Пришлось провести небольшую лекцию о реалиях жизни в королевстве. В общем, час пролетел быстро.
Следующую неделю я потратил на развитие магического искусства. Выходил, только чтобы заплатить за комнату. Через неделю маленький золотистый шарик в моём внутреннем саду увеличился до размеров яблока. Это означало, что наследие Мельтаса окрепло и теперь я наконец могу протестировать его влияние на мою магию. Для этого я решил отправиться в отделение местной гильдии охотников и получить у них задание на истребление монстров. Кстати, принцесса так и не появилась, никаких записок мне больше не передавали, чему я был несказанно рад.

* * *

Мелиан задумчиво смотрела на раскинувшийся перед ней дворцовый сад. Сейчас, в разгар лета, он завораживал своей красотой. Изумрудно–зелëная трава, аккуратные дорожки, выложенные фигурной плиткой, причудливой формы деревья, своей раскидистой кроной дающие защиту от палящего солнца, клумбы цветов, пёстрыми пятнами разбросанные то тут, то там. Несколько красивых фонтанов, украшенных мраморными статуями. Всё это всегда успокаивало принцессу, и когда ей было грустно или портилось настроение, именно её любимая беседка в этом прекрасном саду служила лекарством от всех невзгод.
Но сейчас, судя по всему, даже излюбленное средство не помогало. С того момента, как они, спасённые внезапно появившимся незнакомцем, вернулись во дворец, прошло несколько дней, но, тем не менее, она не могла выкинуть из головы Рагнара… то есть Ироса.
Мелиан сама себе удивлялась. До сих пор ни один из её знакомых и друзей, которых, если признаться, во дворце было немного, не заставлял её испытывать подобные ощущения. Аспия не была консервативной страной, да и отец принцессы Эсмон Второй не отличался целомудрием, любовниц у него было много. Но со своими детьми он вёл себя строго. Хотя, насколько было известно девушке, Анаким уже сумел продвинуться на этой стезе, благо мать природа одарила его очень привлекательной внешностью, которой юноша ещё не научился в полной мере пользоваться. Однако пройдёт не так много времени, прежде чем Анаким станет тем ещё сердцеедом.
Вообще, с братом у неё были очень близкие отношения. Мать их рано умерла, и поэтому они остались вдвоём на попечении нянек, так как монарху быстро наскучила возня с детьми, да и не королевское это дело. Поэтому Анаким всегда был её лучшим другом и они постоянно делились самыми сокровенными тайнами между собой. Поэтому от брата не укрылось, что парнишка, скрывающийся за чужим именем, ей понравился. А учитывая, что он внук в прошлом сильнейшего мага Аспии…
В общем, как ни странно, но Мелиан понимала, что влюбилась. Она даже попросила брата организовать встречу с Иросом, но потом, когда Анаким вернулся с согласием, неожиданно испугалась. Вот о чём она будет говорить с парнем? Он отказался отправляться в Академию Меридиан, а как бы ей хотелось его там видеть. Хотя может ей удастся его уговорить? От Мелиан не укрылось, какими глазами парнишка смотрел на неё. Так здорово было бы оказаться с ним в одном классе!
Принцесса улыбнулась, представив это, но сразу нахмурилась. Появились проблемы, о которых она не подумала, пытаясь назначить Иросу свидание.
Да и, к тому же, покинуть дворец оказалось весьма сложным предприятием. Анакиму проще, он парень. И за ним не следят с таким упорством, как за единственной дочерью. Как выяснилось, её служанки докладывали о каждом шаге принцессы главной фрейлине двора, сухой пятидесятилетней швабре, которая была «старой девой» и любила вымещать свою неудовлетворённость на подчинённых. Понятно, что на принцессу она это распространить не могла, зато жаловалась королю постоянно. То одно не так, то другое не этак. Хорошо ещё, что отец воспринимал эти жалобы с большой долей иронии.
Она знала, что батюшка уже начал подыскивать ей жениха, и если получится найти его из более сильного королевства, её и спрашивать не будут. Захолустная Аспия мало кого интересовала, и удачный брак был политически важным делом. Никто не стал бы интересоваться её мнением. И это в последнее время заставляло принцессу нервничать. Она чувствовала, что после знакомства с Иросом Валленштайном её уверенность в том, что она сможет достойно встретить свою судьбу, которую готовил ей отец, дала трещину.

* * *

Я медленно шагал по брусчатке, направляясь в Гильдию Охотников. Её отделение занимало солидное двухэтажное здание из жёлтого кирпича и не шло ни в какое сравнение с той, в которой меня приняли в ряды охотников. Зайдя внутрь, я увидел деревянные столики, за которыми сидели охотники. К моему удивлению, одежда и броня людей, сидящих здесь, не сильно отличались от обмундирования охотников, которое я видел до этого. Те же кожаные брони, кирасы, мечи и дешёвые мантии. Кое–где за столиками сидели и побогаче одетые, которые сразу выделялись на общем фоне.
Появившись, я получил порцию изучающих любопытных взглядов, но, видимо, оценив меня, присутствующие решили, что я недостоин их внимания. Чему, честно признаюсь, нисколько не расстроился.
Я подошёл к стене заказов и начал изучать объявления. Мне нужно было найти подходящий заказ, который будет доступен для моего второго ранга охотника. Осматривая один заказ за другим, я наконец наткнулся на подходящий вариант. Стая аметистовых волков терроризировала деревню, расположенную недалеко от столицы. В стае находятся много особей, находящихся на ступени Ученика. Это, на мой взгляд, было единственное задание для второго ранга, которое мне подходило. Именно на этих монстрах я и решил проверить свои возросшие благодаря наследию Мельтаса навыки.
Сорвав объявление с доски, отправился в сторону стойки администрации. За ней на стуле разместилась симпатичная черноволосая девушка, одетая в облегающие кожаные брюки и кожаную жилетку. Как я понял, именно она принимала и утверждала заказы. К ней стояла очередь, и я пристроился в её конец за каким–то верзилой, который, мрачно покосившись на меня, занялся изучением спины стоявшего перед ним охотника. Мне пришлось ждать пятнадцать минут, пока до меня дошла очередь. Надо отдать девушке должное, она работала быстро.
Когда я оказался перед стойкой, то протянул ей свою карточку охотника. Девушка взяла её с моих рук и вставила в разъëм специального артефакта, с помощью которого ментально получила информацию обо мне.
— Итак, охотник Рагнар второго ранга. Вы уже нашли себе команду и выбрали задание из перечня? — посмотрев на меня своими выразительными голубыми глазами, спросила девушка.
В ответ я протянул ей листовку, которую снял с доски заданий.
— Отличный выбор. С кем вы пойдёте на задание?
— Я пойду сам. Мне не нужна команда, — хмыкнул я.
— Рагнар, погодите. Это непростое задание, — она удивлённо посмотрела на меня. — Вы сами не справитесь. Вам нужна команда.
— В условиях задания нет ограничений по количеству магов. Так что имею полное право идти туда в одиночку, — немного нагло поведал я.
Администратор смерила меня каким–то странным взглядом, хмыкнула и сказала:
— Ладно, в задании действительно нет ограничений. Я выдам вам его, но если вы там погибнете, гильдия охотников не несёт за это ответственности.
— Как и в том случае, если бы я был в команде, — улыбнулся я.
По–моему, Гильдия Охотников ни за что не несёт ответственности. Очень удобно, знаете ли.
— Именно, — девушка вздёрнула подбородок. — Вам на выполнение задания будет дана одна неделя. В случае, если вы не приступите к тому времени, будет начисляться штраф. А теперь следующий.
Отойдя от стойки, я спрятал листок с информацией о расположении деревни, выданный мне, и вышел из Гильдии. Решив не откладывать это дело в долгий ящик, пошёл в сторону главных ворот.
Выбравшись из города, я осмотрелся. Солнце немилосердно палило, на прозрачно–голубом небе не было видно ни облачка. Вдалеке я увидел лес, из которого мы выбирались с моими королевскими спутниками. Но мой путь лежал в противоположную сторону. Туда, где возвышались горы, которые в прошлый раз не заметил.
По утрамбованной грунтовой дороге я шёл два часа. Сначала мне навстречу попадалось много людей, но постепенно с удалением от города поток схлынул, и мимо проезжали лишь одинокие телеги или проносились кареты.
Изучив ещё раз выданную мне карту, я свернул к дороге и направился к горам, которые теперь стали совсем близкими. Пещера, где обитали аметистовые волки, располагалась в самом начале предгорий. Под ногами захрустели камни, сменив привычную траву.
Вскоре я увидел деревню. Небольшая, домов на шестьдесят. Я не стал в неё заходить и, обогнув, продолжил путь к своей цели. Где–то здесь в одной из пещер засела стая аметистовых волков. Насколько я помнил из Бестиария, эти твари были прекрасными скалолазами и устраивали свои лежбища именно в пещерах. Ещё через час передо мной вырос довольно крутой скалистый склон. Если бы я был обычным магом ступени Ученика, то мне бы понадобилось снаряжение для скалолазания или пришлось бы искать тропинки для обхода. Они наверняка тут были. Однако у меня имелись артефактные ботинки, которые позволяли преодолевать любые препятствия без особых проблем. Поэтому я не стал тратить время и, активировав поступь ветра, начал подниматься по воздуху, как по ступенькам.
Таким образом я несколько раз преодолевал препятствия, но, слава Мельтасу, вскоре появилось подобие тропы, извивающейся среди нависавших над ней скал. Когда же я добрался до отмеченного на листовке места, солнце уже начало спускаться, готовясь к приходу ночи. Однако поступь ветра отобрала слишком много энергии. Я понял, что мне нужно восстановить запас. Для отдыха выбрал широкую каменную площадку, которую закрывал небольшой козырёк, являвшийся своеобразный защитой от дождя. Достал незадолго до этого приготовленное мной зелье для восстановления энергии. Откупорив крышку, выпил содержимое.
После этого сел в позу лотоса и начал медитацию. В зелье содержалась сконцентрированная магическая энергия, которую я изъял из ядра убитого мною Гарпа. Ведь именно ядра являются аналогом средоточия у монстров. Жаль, что этих зелий у меня оставалось очень мало. Всего две бутылки. Надо будет пополнить запас. Вскоре я почувствовал тепло в животе и начал процесс поглощения.
Время текло неспешно, и на землю опустилась ночь. А затем мою медитацию прервал появившийся аметистовый волк. Он был небольшого размера, всего метр в холке. Его шерсть отливала фиолетовым цветом. Волк с интересом осмотрел меня и, видимо, оценив как добычу, которая ему по зубам, решил напасть. Весьма смелое решение, так как он находился примерно на моей ступени.
Волк совершил стремительный прыжок, целясь в горло. Однако не успел он своими зубами добраться до моей шеи, как «луч света», выпущенный из правой руки, именуемый в другом мире лазером, пронзил зверя насквозь. После этого тот безжизненной тушей рухнул на камни. Я же с удивлением посмотрел на свою правую руку, на ладони которой горел золотым светом символ Мельтаса.
Не ожидал такого. В этот раз «луч света» был совсем другим. В отличие от предыдущих использований, когда он лишь на мгновение вонзался в жертву острой иглой, в этот раз он жёг мою цель в течение целых двух секунд, образовав настоящий луч, а не просто тонкую полоску. Насколько же он стал мощнее? Судя по всему, это произошло благодаря наследию Мельтаса. Я почувствовал воодушевление. Моя сила росла. Придёт время, и я обязательно воплощу все свои планы в реальность. Сжав кулаки, пошёл в сторону логова аметистовых волков, на которое недвусмысленно показывала карта.
Логово располагалось в пещере. Подойдя к ней поближе, я встретил ещё двух фиолетовых тварей. Зарычав и оскалив зубы, они сразу приготовились к прыжку. И тут мне в голову пришла интересная идея. Что если мне использовать на этих волках ультразвук? Научное определение этого термина гласит, что ультразвук — это звуковые волны, имеющие частоту выше воспринимаемых человеческим ухом. Обычно под ультразвуком понимают частоты выше двадцати тысяч герц. Также мне было известно, что ультразвук вызывает панику у животных с Земли. Так что, по идее, то же самое должно происходить и с монстрами. Что же, сейчас мы это узнаем.
Прежде чем аметистовые волки успели совершить прыжок в мою сторону, я сплëл «воздушную сеть», которая окутала волков, не давая тем встать на лапы. В итоге оба монстра только и могли, что угрожающе рычать на меня. Однако на своих низких ступенях они не были способны выбраться из ловушки. И вот, когда противник схвачен, пришло время для экспериментов. Так что я начал создавать плетение ультразвука, подбирая нужную для этих монстров частоту. К сожалению у меня не было нужных приборов и поэтому мне приходилось делать всё методом тыка. Сначала волки просто продолжали рычать. Тогда я продолжил менять частоту, и вот, наконец увидел первые изменения в их поведении. Аметистовые волки вдруг замолчали, смотря на меня испуганными глазами. Тогда я понял, в каком направлении двигаться, так что через пять минут экспериментов волки перешли на жалобный вой, и их попытки убежать от меня стали ещё более отчаянными. Когда я понял, что лучше подобрать частоту звука у меня не получится, то решил оборвать жизни этих монстров. Вытянув руку вперёд, я выпустил красный сгусток огня. На большой скорости плетение полетело в сторону двух волков, и раздался мощный взрыв. Хоть всё это произошло в метрах пяти от меня, всё равно почувствовал обжигающий воздух взрыва. Столп огня поднялся вверх, освещая всё пространство перед пещерой ярким светом.
Как показала практика, наследие Мельтаса крайне эффективно. При том же расходе энергии заклинания огня и света получались намного мощнее. И стоит учитывать, что эта сила ещё не раскрылась в полной мере. Радуясь увеличению боеспособности, я не заметил, как множество аметистовых волков появилось передо мной. Видимо, они пришли на звук взрыва. Ну что же, это даже хорошо, что я выманил их из логова.
Но монстры почему–то не нападали, и я уже решил сам отправить их в ад, как вдруг они расступились, пропуская огромного сородича. Появился вожак стаи. Гигантский, два метра в холке. На фиолетовой вытянутой морде явно читались интерес и недовольство тем, что его побеспокоили. Волк внимательно посмотрел на меня и, зевнув, показал ряд острых зубов впечатляющего размера. И самое главное — вожак стаи был по силе не Адептом, а имел могущество, равное Продвинутой ступени. Я осознал, что в гильдии охотников мне дали ложную информацию, либо волк с фиолетовой шерстью успел неплохо усилиться за время, что прошло с вывешивания объявления. В любом случае, меня ожидала тяжёлая схватка.

Глава 9 

Я стоял перед стаей аметистовых волков, готовясь дать бой. Вожак отошёл в сторону, выбрав роль наблюдателя, оставив меня разбираться с своими сородичами. Ну что же, это мне только на руку. Сначала разберусь с твоими шестёрками, а потом вплотную займусь тобой.
Окружившие меня аметистовые волки уже были готовы к прыжку, чтобы добраться до меня и разорвать горло. Однако я не был намерен позволять им это сделать. Так что решил применить ультразвук, который только что тренировал.
В данный момент мне нужно было деморализовать целую стаю аметистовых волков, и ультразвук как нельзя кстати мог в этом помочь. Так что я тут же создал нужное плетение, прилично влив в него магической энергии. Как только я это сделал, готовые разорвать меня в клочья волки прижали свои морды к земле и заскулили. Они не могли сбежать, так как их вожак ясно дал им понять, чего от них ждёт. Однако подойти ближе к источнику ультразвука они тоже не были способны. И всё это было мне на руку. Если бы я не владел этим плетением, то мне пришлось бы сойтись с ними в серьёзной схватке. А так, пока враг деморализован, я могу без проблем его уничтожить.
Так что, расставив руки в сторону скопления волков, я влил треть резерва в два «огненных взрыва». Не забыв при этом защититься «базовым щитом Инеаля» со всех сторон. И в этот момент прозвучал взрыв настолько мощный, что гора, на которой я стоял, затряслась. Воздух наполнился визгами и воем обожжённых волков, которые смогли выжить в этом огненном аду. Передо мной валялись изуродованные трупы тех, кто не смог пережить мою атаку. Однако, посмотрев в сторону вожака стаи, я понял, что он остался цел и невредим. Видимо, крепкая шкура защитила его от воздействия огня и жара. К тому же, я целился по скоплению мелких волков, а не в него. А также было понятно, что создаваемый мной ультразвук не действует на вожака так же эффективно, как на остальных. Ведь в то время, когда я использовал созданное мною плетение, аметистовый волк, находящийся на Продвинутой ступени, в отличие от других в его стае, лишь поморщился, тогда как те были в панике.
Те звери, что выжили, получили серьёзные травмы и ожоги и не могли продолжать бой. Так что я остался один на один с этим фиолетовым монстром, находящимся на Продвинутой ступени. И судя по его глазам, он был не на шутку взбешён итогами первой части боя. Неудивительно. Я лишил его практически всей стаи. Ну что же, да начнётся битва!
Как будто услышав мои слова, массивный волк поднял свою лапу, и после взмаха на ней появился прозрачный силуэт когтей. Они полетели в мои сторону и, столкнувшись с «базовым щитом Инеаля», развоплотились. Однако я почувствовал, что немалое количество магической энергии было потрачено на мою защиту.
Что тут сказать. Это монстр на Продвинутой ступени. Неудивительно, что он владеет подобными навыками. Было понятно, что вожак стаи просто проверял меня. И в следующий раз нападёт уже серьёзно.
Как и думал, вожак аметистовых волков пошёл в наступление. Он совершил мощный прыжок в мою сторону. Однако я успел отправить «воздушный кулак», влив приличную долю энергии, и отскочить, уйдя из–под удара. Заклинание ударило в грудь массивного волка, и тот покатился по склону горы кубарем, не задев меня. Но это продолжалось недолго. Он затормозил и, вскочив на лапы, протяжно завыл. Ему явно не понравилось, как я с ним поступил. Я хотел добить его ещё одним «огненным взрывом», но враг оказался на удивление проворным. Он в один миг, цепляясь за каменные выступы своими мощными когтями, взлетел на горный склон. Он с яростью взирал на меня с высоты своего роста. Однако не предпринимал активных действий, уяснив, что легко меня победить ему не получится. Я тоже наблюдал за противником, готовясь к продолжению схватки.
Вытянув руку вперёд, я вновь атаковал «огненным взрывом». Сгусток огня на большой скорости врезался в волка, и от грохота у меня на мгновение заложило уши. Лицо обдало горячим воздухом. Однако, посмотрев на вожака стаи, я понял, что тот практически не пострадал. Крепкая шкура монстра, находящегося на Продвинутой ступени, защитила его от взрыва. Лишь тёмные разводы сажи на его шерсти и ставшая из фиолетовой черной морда подтверждали, что совсем недавно там, где он стоял, произошёл взрыв.
Вожак стаи смерил меня гневным взглядом. Всем видом он показывал яростную злобу к какому–то человечишке на ступени Ученика, который доставляет ему много проблем. Однако и для меня всё складывалось не в лучшую сторону. Я потерял больше двух третей своего резерва. Вскоре просто не смогу ему сопротивляться.
Волк открыл свою пасть и издал яростный рык, оглушивший меня. Я осознал, что это звуковая атака. Надо было внимательнее читать Бестиарий. Хотя, думаю, это знание мне сейчас бы вряд ли помогло. Краткой дезориентации хватило, чтобы вожак смог подобраться ко мне вплотную и вспороть кожаную броню. Острые когти прошли через неё как нож сквозь масло. В итоге я почувствовал сильную боль в боку. Ошмётки кожаной брони окрасились кровью. Зашипев, я закусил губу. Ну а волк, видимо, решил закусить мной.
Он широко открыл свою пасть, готовясь откусить мою голову. Я же, находясь в отчаянии, пошёл на единственное открывшееся для меня решение. Протянул руку вверх и влил всю оставшуюся энергию в «огненный взрыв», направив его прямо в морду вожака стаи. Сгусток огня влетел в пасть волка, и тот от неожиданности захлопнул её, проглотив мой заряд. Через мгновение он взорвался изнутри. Куски его тела разлетелись в стороны, забрызгав меня обожжёнными внутренностями. Взрывной волной меня швырнуло в сторону, добавив к ране в боку ещё ушибы и ожоги.
Хрипя от боли, дрожащими руками я сдёрнул с пояса стеклянную колбочку, которую всегда там носил на всякий случай, но до этого момента ни разу не использовал. Зелье заживления ран. Откупорив крышку, выпил содержимое колбы и забылся в восстановительном сне.
Проснулся я, дрожа от холода. Наступило утро, и огромный солнечный диск медленно поднимался из–за горизонта. Долго же я спал. Ощупав тело через превратившуюся в лохмотья броню, я понял, что раны затянулись, однако не полностью. Ожоги на руках и лице пульсировали какой–то тупой болью. Поднявшись, я сжал зубы от того, как отозвался мой раненый бок на резкое движение. Зелье заживления ран не способно исцелить человека полностью. Это больше похоже на первую помощь. Для того, чтобы полностью заживить раны без последствий для организма, мне нужен маг–целитель.
Скрипя зубами, я осмотрелся вокруг. Среди того мясного фарша, в который превратился вожак стаи, в четырёх метрах от себя я заметил фиолетовый камень с прожилками размером с абрикос. Это было ядро вожака аметистовых волков. Оно мне и было нужно. Именно с помощью этого я смогу доказать администрации гильдии охотников, что их заказ содержал ошибку. И я намерен сполна получить компенсацию за их прокол.
Доковыляв до ядра монстра, я положил его в своей кошель, висящий на поясе. Теперь же пришло время возвращаться в столицу и искать там целителя. Так я и поплёлся в сторону главного города Аспии. Вновь пользовался своими ботинками. Хорошо хоть теперь пришлось это делать меньше, спускаться всё–таки — это не подниматься. Но всё равно приходилось идти медленно, чтобы лишний раз не бередить раны. В полдень сделал небольшой привал и перекусил. Но чем ближе становилась столица, тем чаще мне приходилось отдыхать.
Когда я добрался до ворот города, уже наступил вечер и я был измотан до последней степени. Стража пропустила меня, даже не спросив, кто я, видимо, мой внешний вид был настолько плачевным. Хоть на этом спасибо.
Прохожие провожали меня недоумевающими взглядами. Но, на моё счастье, я увидел знакомую до боли вывеску. Лекарь. Ещё несколько минут я пытался стучать в дверь, с трудом, но у меня это получилось.
Открыла мне пожилая женщина и, увидев моё состояние, громко крикнула:
— Рассет, быстрей сюда!
Это было последнее, что я помнил, после чего меня накрыла тёмная волна беспамятства.
Очнулся я в кровати. Прислушавшись к своему телу, облегчённо вздохнул. Боль ушла. Откинув простынь, которой меня накрыли, осмотрел тело. Раны превратились в уже зажившие бледные шрамы. Похоже, ещё неделя, и никаких следов не останется. Значит, я всё–таки добрался до целителя. Тут в комнате появился маленький вертлявый мужичок с грязными сальными волосами. Увидев, что я сижу на кровати, он сразу исчез, и через несколько минут в комнату зашла женщина. А… вспомнил я… именно она мне открыла дверь.
— Меня зовут Зельда. Я целительница, — сообщила она мне. — Дай–ка я тебя осмотрю.
Её сильные руки опрокинули меня на кровать, и в следующий миг я почувствовал разлившееся по всему телу тепло. Она водила своими светящимися белым светом руками надо мной минут десять, после чего удовлетворённо кивнула.
— Вы здоровы, молодой человек, — сообщила она мне, — шрамы исчезнут через пару недель. У вас на редкость выносливое тело. Сколько вы прошли с теми ранами?
— Не знаю, — признался я, — наверное, весь день шёл от предгорий.
— Это впечатляет, — покачала головой Зельда и с уважением посмотрела на меня.
— Сколько я вам должен? — моя рука потянулась к сумке, которая спокойно лежала на этом же стуле.
— Две азуритовые монеты, — ответила Зельда.
Расплатившись и ещё раз поблагодарив женщину, я оделся и покинул её дом.
Вернувшись в таверну, привёл себя в порядок и, удобно устроившись на кровати, начал медитацию. Двенадцати часов мне хватило, чтобы восстановить свой запас энергии. После чего я со спокойной душой заснул. А с утра, позавтракав, направился в Гильдию Охотников. Пора выбивать из неё компенсацию за заказ, который оказался намного сложнее, чем говорилось в листовке.
Расплатившись с недовольным трактирщиком за проживание, — всё–таки меня не было двое суток, а комнату он никому не сдал, надеясь, что я вернусь, — отправился в гильдию охотников.
Зайдя в неё, сразу занял место у стойки администрации. Когда очередь подошла ко мне, та же девушка–администратор, что и в прошлый раз, смерила меня любопытным взглядом.
— Как понимаю, вы выполнили задание? Если да, мне нужно подтверждение этого. Но, наверное, нет? Тогда…
Я достал ядро монстра из кошеля и с возмущённым видом кинул ей. Девушка–администратор поймала ядро и, проведя по нему пальцем, сказала:
— Действительно, это ядро аметистового волка. К тому же, довольно сильного.
— Надо сказать, что слишком сильного, — огрызнулся я. — В задании было указано, что вожак стаи по силе сопоставим со ступенью Адепта, а он оказался на Продвинутой ступени.
После этих слов девушка зависла, с изумлением глядя то на ядро, то на меня. Я терпеливо ждал. Наконец она пришла в себя, обаятельно улыбнувшись, извинилась и быстро ретировалась, сказав, что идёт к своему начальству.
Спустя десять минут она вернулась, и с её лица не сходила улыбка. Нет, она, конечно, симпатичная и улыбка у неё приятная, но чему она, Мелек его дери, так радуется? Меня чуть не убили по их вине, а этой бабе ещё весело? Я ясно осознавал, что вряд ли когда–нибудь смогу даже представить, о чём думают женщины. Хотя интересно было бы прочитать их мысли. Забавно.
— Мы приносим свои извинения за предоставленные неудобства, — вздохнула девушка.
— Извинения? На кой Мелек мне ваши извинения? Из–за вашей ошибки я получил серьёзное ранение и только благодаря лекарю выжил! Между прочим, лекарь тоже стоит денег. Мне нужна компенсация, — с вызовом сказал я, будучи намеренным стрясти с этих скряг из гильдии как можно больше монет. — Помимо того, что вы и так должны мне заплатить.
Девушка–администратор не стала со мной спорить и ещё раз убежала к начальству. А вернулась уже с небольшим мешочком, в котором позвякивали монеты, и вновь рассыпалась в извинениях. В общем, обратно в таверну я возвращался с кошелём, который стал тяжелее на пятнадцать азуритовых монет. Из них пять были компенсацией. В общем, я был доволен.

* * *

Марна, как обычно, разговаривала с клиентом. И неожиданно увидела его. Тот самый паренёк, который отправился на самоубийственное задание. Ученик, который справился с подобным? Да нет, не может такого быть. Наверное, просто сбежал. Да, точно, так и есть.
Теперь нужно подойти к нему и сказать, что он будет платить неустойку за проваленное задание. Пусть парнишка ей и нравился, но нужно различать личное и работу. Марна отлично это знала. Но что ему сказать? Хм-м. Внезапно ей пришло в голову посмеяться над парнем. Дождавшись, когда он появится перед её стойкой, она язвительно поинтересовалась:
— Как понимаю, вы выполнили задание? Если да, мне нужно подтверждение этого. Но, наверное, нет? Тогда…
Парень улыбнулся и полез в кошель.
Выполнил? Он? Этот Ученик? Да нет, это невозможно. Она приготовилась к тому, чтобы услышать отказ от задания. И наверное, полез он в кошель за деньгами на штраф. Однако то, что произошло дальше, привело девушку в состояние шока.
Парень достал из своего кошеля не деньги, а ядро монстра. И что было самое удивительное — Марна сразу поняла, что это ядро монстра Продвинутой ступени. Она не могла ошибаться. Несмотря на свой юный возраст, девушка была отличным администратором. Она уже три года работала в столичной гильдии и не никто не мог сказать, что она плохо выполняла свои обязанности.
Однако откуда у этого Рагнара ядро монстра такой высокой ступени. Украл? Купил? Выиграл в карты? Всё новые мысли появлялись в голове Марны. Однако реальность оказалась совсем иной.
— Действительно, это ядро аметистового волка. К тому же, довольно сильного.
-— Надо сказать что слишком сильного, — огрызнулся парень. — В задании было указано, что вожак стаи по силе сопоставим со ступенью Адепта, а он оказался на Продвинутой ступени.
Что? Это шутка? Ученик убил аметистового волка такой высокой ступени? Да быть такого не может! Нужно срочно идти к боссу. Он точно знает, что происходит.
Марна застала своего начальника сидящим за столом и, как обычно, накачивающегося дешёвым вином. Хотя таковым его можно было назвать только в империи Кельтон. В Аспии этот напиток мог позволить себе только богач.
— Шеф, тут такое! Он пришёл! — залепетала Марна.
— Кто он? — не понял дородный мужчина.
— Он победил! Убил волка! — продолжала лепетать девушка.
— Какого, к Мелеку, волка? Что с вами, женщинами, не так? Можно нормально мне всё объяснить? — возмутился шеф.
Марна сделала несколько глубоких вздохов, чтобы успокоиться. И только тогда объяснила всё по порядку.
— Мне пришло сообщение лично от короля Анаераса, в котором говорится, что он заинтересован в этом парне. Нам сказали не трогать его и по возможности оказывать содействие.
Услышав эту информацию, Марна ещё несколько минут стояла с открытым ртом, хлопая глазами. Девушка никогда бы не поверила, что Ученик может заинтересовать такую невероятную личность, как король Эльфов.
После этих мыслей девушка выбежала обратно в зал и теперь уже смотрела на парня совершенно другими глазами. Тот, в свою очередь, стоял как ни в чём не бывало, нагло зевая.
— Мы приносим свои извинения за предоставленные неудобства, — вздохнула девушка.
— Извинения? На кой Мелек мне ваши извинения? Из–за вашей ошибки я получил серьёзное ранение и только благодаря лекарю выжил! Между прочим, лекарь тоже стоит денег. Мне нужна компенсация, — ответил парень. — Помимо того, что вы и так должны мне заплатить.
Пришлось ещё раз возвращаться к шефу, который без разговоров вручил ей мешочек с деньгами и предупредил, чтобы она как следует извинилась перед парнем.
Вернувшись, она выполнила приказ своего начальника и провожала взглядом парня, пока тот не вышел из таверны. Вот Мелек его дери. Может попробовать его соблазнить? Хотя он совсем мелкий. А, нет, не совсем. Дети аметистовых волков Продвинутой ступени не убивают!

* * *

После визита в гильдию я несколько дней просто тренировал искусство каждый день. Чередовал только с небольшим отдыхом и перерывами на еду. От их высочеств больше записок не было, так что я окончательно расслабился.
В один из таких небольших перерывов я лежал на кровати в номере трактира, когда вдруг неожиданно метка Мельтаса на правой руке загорелась, и я почувствовал жжение на коже ладони. Я сразу же понял, в чём дело. Меня вызывал Первобытный.
Стояло раннее утро. Мой путь лежал в сторону храма Мельтаса. И чем ближе я приближался к храму, тем меньше жгло руку. Вскоре передо мной вырос белокаменный храм. Я вновь залюбовался его изяществом и красотой. Но не стал останавливаться и рассматривать сооружение, как в прошлый раз. Вместо этого, не сбавляя шага, направился в сторону входа.
А внутри храма, стоя у алтаря, меня уже ждал всё тот же жрец, который не так давно выдал мне зелья для продвижения на ступень Адепта. Я, кстати говоря, вспомнил, что выпил одно из зелий пару дней назад. Теперь следующее смогу принять только через два месяца. Но уже сейчас я чувствовал значительный прогресс в развитии.
Когда я подошёл ближе к алтарю, в моей голове вновь прозвучал величественный голос Мельтаса:
— Ирос Валленштайн, я рад, что ты откликнулся на мою просьбу посетить храм.
Про себя я подумал, что на просьбу это было не похоже, скорее на требование. Попробуй откажись. Потом до меня дошло, что скорее всего Мельтас прочитал эту мысль у меня в голове. Однако он ничего не стал говорить по этому поводу.
— И что же великому Мельтасу понадобилось от скромного меня? — не удержался я от сарказма, но Первобытный вновь не обратил на мой тон никакого внимания.
— Для расширения твоего кругозора и ускорения развития я решил дать тебе интересное задание. Тебе ничего не будет угрожать, так как за тобой приглядит мой жрец и ты на время получишь кольцо «огненного покрова».
К своей радости, я знал, что это за кольцо. Артефакт, создающий покров огня на теле мага. Очень мощная защита, хочу я сказать. На определённое время тело покрывается огнём, и маг становится похож на огненного элементаля. Если самой примитивной защитой является «базовый щит Инеаля», средней — стихийные щиты, то стихийный покров — это уже высокий уровень.
Стоит также сказать, что, кроме «огненного покрова», существуют ещё каменный, ледяной, водный, воздушный и множество других видов. На самом деле, плетение покрова можно использовать, только начиная со ступени Повелителя. Однако существуют высокоуровневые артефакты, подобные этому колечку, позволяющие на короткий срок получать неуязвимую защиту высокого уровня. Однако я без понятия, что такая штука забыла в Аспии.
Мои мысли прервал жрец. Он убрал капюшон с головы, и я смог разглядеть его получше. Он казался не старым, скорее мужчиной среднего возраста, но неопрятный вид, грубая щетина, глубоко посаженные серые глаза, смотрящие на меня с безысходностью, делали из него почти старика. В общем, вид у жреца был на редкость потерянный. Вот, выходит, как выглядят верные служители Первобытного?
Тяжело вздохнув, жрец протянул мне то самое кольцо, о котором говорил Мельтас. Я взял его в руки и с интересом начал рассматривать. На первый взгляд, обычный кусок серого металла. Ничего, что бы давало понять, что в твоих руках могущественный артефакт, я в нём не находил.
— Одень, — посоветовал жрец, — чтобы активировать артефакт, просто влей в него немного магической энергии. Сделай это только в момент смертельной опасности.
— Понял, — сказал, надевая кольцо.
— Хоть я и считаю, что с твоей ступенью участвовать в этом — фирменное самоубийство, однако ослушаться Мельтаса я тоже не могу.
— А в чём, собственно, заключается задание? — спросил с интересом.
Мне действительно стало любопытно, в какую аферу меня втянул этот Первобытный засранец. Кто бы что ни говорил и хоть теперь я и являюсь последователем Мельтаса, но я не был верующим. Я не превозносил Мельтаса, не ставил его выше всех остальных. Для меня он был тем, кто достиг самых высоких вершин могущества. Одним из основателей магии. Да, я его уважал, но не превозносил.
— Ты что–нибудь знаешь о личах? — ошарашил меня жрец.
Знал ли я что–то о личах? Ещё как знал. Настоящие машины для убийств, существа, в прошлые времена выкашивающие сотни тысяч жизней, а затем превращающие убитых в нежить. Те, кем пугают матери своих чад. И Мельтас хочет послать меня сражаться с такой тварью?
— Да, знаю, — ответил я, нервно сглотнув.
— И ты знаешь, как появляются личи? Почему их так сложно убить? — сощурил глаза жрец.
— Личами становятся через много лет после смерти мёртвые некроманты. Именно поэтому тела всех последователей запретных искусств сжигают, — ответил я, взяв себя в руки.
Стоит напомнить, что дед очень многое мне поведал при жизни. А потом я сам читал в библиотеке не только Бестиарий, но и другие книги о существах Алондара. Так что про личей мне известно многое.
— Их сложно убить, потому что они способны создавать филактерии. Пока не уничтожишь все, лич будет возрождаться снова и снова. Именно поэтому эти твари хорошо прячут свои источники вечной жизни. Если это можно так назвать.
— Какой знающий молодой человек, — хмыкнул жрец, — моё имя Сиегил.
Представившись, жрец протянул мне руку, чтобы пожать.
— А ты, как я понимаю, Ирос Валленштайн. Внук Валнара Валленштайна, — кивнул жрец.
После его слов я понял, что, по–видимому, Мельтас рассказал жрецу о тайне моего происхождения.
— По вашим вопросам я понял, что нам нужно будет сражаться с личём? — неуверенно уточнил я.
— Именно так. Как ты знаешь, двести лет назад во время Великой Войны за Господство Аспия стала полем боя. Всего в нашем королевстве было убито несколько магов–некромантов. Однако тело самого могущественного из убитых так и не было найдено. Мы знали, что однажды это время придёт и Лич восстанет. И вот, не так давно в столице начали пропадать люди. Примерно в это же время я почувствовал скверну. Это точно Лич.
— Какая ступень была у некроманта, который превратился в лича? — спросил я, затаив дыхание.
— Одиннадцатая. Бессмертный, — спокойно ответил Сиегил.
Нам конец. Лич, возродившийся после смерти Бессмертного некроманта. Он должен обладать такой силой, с которой никто в Аспии не справится. Стоит сказать, что личи в итоге становились могущественнее некромантов, в теле которых возрождались. И это было большой проблемой. Однако они становились невероятно сильными не сразу, а со временем. Так что я ясно осознавал, что лича нужно остановить прямо сейчас. Пока есть такая возможность.
— То, что люди пропадают, означает, что Лич собирается создавать филактерии или уже создал. Если второе, то мы обязаны найти их и уничтожить. Не так давно на окраине столицы мы обнаружили постройку, вокруг которой почернела и сгнила трава. Это одно из проявлений скверны. Сейчас мы пойдём к месту самого большого её скопления и осмотрим всё там. Будь готов применить кольцо «огненного покрова» в любой момент.
В ответ я кивнул. Сиегил неспешным шагом направился в сторону выхода из храма.
Мы шли по улицам столицы, направляясь к самым её окраинам. Сразу чувствовалась разница с центром города. Бедно одетые люди, грязь, проститутки, провожающие нас с жрецом жадными глазами. Серые покосившиеся дома, не знавшие ремонта пару сотен лет. И полубандитского вида народ, смотревший на нас оценивающими взглядами. Но видимо, что–то в нас было такое, раз местные бандиты явно предпочитали не связываться с идущими по улице мужчиной в одежде жреца и подростком. Вскоре перед нами предстал старый заброшенный особняк, вокруг которого трава почернела, издавая гнилостный запах.
Покосившийся ржавый забор окружил его. Выломанная калитка валялась на земле. Сам серый, изъезженный временем, с полуосыпавшейся штукатуркой дом подозрительно глядел на нас чёрными провалами окон. Обшарпанная входная дверь была приоткрыта и, скрипя, покачивалась на ветру.
— Иди за мной и будь готов к опасности, — сказал Сиегил.
Подойдя к входу, ступая на отвратительно чавкающей траве, жрец левой рукой сплëл «огненный шар», а правой начал открывать дверь. Со скрипом засов отворился. Жрец зашёл в дом, а я следом за ним. И та картина, которую я увидел, вызывала лишь отвращение и страх. Эти Личи — действительно страшные создания.

Глава 10 

Внутри весь первый этаж представляя собой настоящую мясобойню. По всему периметру дома валялись изуродованные и окровавленные тела людей. Всюду была кровь, очень много крови. Пол полностью оказался покрытым кроваво–красной кашей из крови, кишок и костей. Грудные клетки мертвецов были разорваны в клочья. Меня замутило, но я удержался, подавив рвотные позывы.
— Наши самые страшные опасения оправдались. Филактерия уже создана. И возможно, даже не одна, — произнёс Сиегил, вытирая пот со лба.
— Почему у всех этих людей разорваны грудные клетки? — спросил я.
Дед рассказал мне многое, но далеко не всё. Так что я знал про существование филактерий, однако не представлял процесс их создания.
— Чтобы создать филактерию, нужно изъять множество средоточий из тел магов и объединить их в одно с помощью цветка скверны.
Теперь я понял. Источником силы личей был самый важный орган для любого мага.
Мы вышли из особняка, и я жадно вдохнул свежий воздух.
— И где этот лич смог найти цветок скверны и что это вообще такое?
— Он необходим для создания филактерии. В Аспии существует четыре посаженных в землю цветка скверны. Ты, наверное, спросишь: раз это единственный и важнейший ингредиент для создания филактерии, почему тогда мы не уничтожили их? И дело в том, что без этих цветков не обойтись. В магической энергии, разлитой в воздухе, всегда присутствует небольшое количество скверны. Именно её поглощают цветки. Если подобных растений не будет, то скверна будет накапливаться, что приведёт к большим проблемам.
Дедушка рассказывал мне, что такое скверна. По сути, это некая энергия, которая вызывает гниение всего, на что влияет. Однако странно, что дед не рассказал мне про цветки скверны и для чего они нужны. Наверное, просто не успел это сделать. Порой я думаю, сколько всего он мог мне ещё рассказать и научить.
— Что нам теперь делать? — спросил я, нахмурившись.
— Нужно послать сообщение в корпус Меридиан, чтобы они проверили, пропали где–то цветки скверны или нет.
Сказав это, Сиегил взял висящую на цепочке на его шее металлическую пластинку и начал передавать голосовое сообщение.
У меня тоже висел на шее переговорный артефакт. Совершенно забыл о нём. Мне его дал ещё дедушка, но я так и ни разу его не использовал, просто некому было передавать сообщения.
По рассказам деда я прекрасно знал, как такая штука работает. Эти артефакты способны передавать голосовое сообщение на ограниченное расстояние. Стоит сказать, что с помощью подобного предмета не получится передать сообщение куда угодно в Алондаре, в том числе на другой континент. В этом мире просто не существовало переговорных артефактов, работающих на таких огромных расстояниях.
Однако это не значит, что нельзя было поддержать связь между континентами. Для примера, владелец гномьего банка, чьи филиалы есть почти в каждом государстве Алондара, придумал, как реализовать подобное. По сути, в океане между континентами плавали магические передатчики. Нужно было отправить сообщение на один подобный, а тот, в свою очередь, транслировал сообщение на другой, и так постепенно сообщение доходило на другой континент к получателю. То есть гномий банк выполнял не только функцию международного банка, но и был, по сути, почтой.
Подробно разъяснив кому–то из корпуса Меридиан их задачу, Сиегил разжал руку, и переговорный артефакт вновь повис у него на шее.
— Я дал задание проверить наличие цветков. Нам с тобой остаётся только ждать сообщения. Пока что можешь идти туда, где ты живёшь. Я свяжусь с тобой, как только получу ответ. Кстати, у тебя есть переговорный артефакт?
— Есть, — кивнул я головой.
— Тогда давай свяжем их, чтобы я всегда мог отправить тебе сообщение.
Я не стал спорить. Мы вдвоем с Сиегилом взяли в руки свои переговорные артефакты. В отличие от того, что у жреца, мой был сделан из бронзы. Я поднëс свою пластинку к его. Связь была установлена.
— Отлично, теперь и ты, и я сможем отправлять друг другу сообщения. На этом на сегодня всё. Я с тобой свяжусь, как только что–то станет известно.
— Да, — я вдруг вспомнил важную вещь, — никто не знает, что я Ирос Валленштайн. Так что для тебя я просто Рагнар. Надеюсь, ты понимаешь, что настоящее моё имя никто не должен знать!
— Конечно, Рагнар, — серьёзным тоном ответил жрец.
На этом мы расстались. Он остался около особняка, как объяснил, ожидая прибытия кого–то из Меридиан, а я направился в сторону таверны. Добравшись до своей комнатки, я решил сосредоточиться на тренировке магического искусства. То время, что я находился во внутреннем саде, текло для меня незаметно. Когда вернулся в реальный мир, уже был поздний вечер. Видимо, пришло время заснуть и увидеть очередной сон из прошлого.

* * *

Я проснулся на следующий день от того, что переговорный артефакт, висящий у меня на шее, нагрелся. Это означало, что кто–то отправил мне сообщение. И я догадывался кто. Хотя тут додумался бы любой дурак. Ведь пластина была связана только с артефактом Сиегила.
Взяв предмет в руку, я услышал мысленное сообщение жреца.
— Рагнар, у нас проблемы. Жду тебя у храма Мельтаса. Расскажу всё на месте. Поспеши.
Дослушав сообщение до конца, я глубоко вздохнул. Проблемы, связанные с личём — это уже не проблемы, а настоящая катастрофа, и мне не нравилось, что я чувствую себя в этом деле совершенно беспомощным. С своим нынешнем уровнем могущества я вряд ли смогу помочь.
Однако я не стал гнобить себя этими переживаниями и, постаравшись не думать о них, встал с кровати, оделся и, спустившись вниз, быстро перекусил. Ничего страшного, из–за лишних пятнадцати минут мир не погибнет. После чего направился в сторону храма Мельтаса. Когда уже подходил к храму, то заметил, что на храмовой площади меня встречает Сиегил, держа за вожжи двух лошадей с сёдлами.
— В чём дело? Зачем нам лошади? Мы что, куда–то направляемся? — подозрительно поинтересовался я у него.
— У нас проблемы, — хмуро ответил тот. — Выяснилось, что три цветка из четырёх украдены. Остался ещё один. Скорее всего вскоре его тоже попытаются украсть. Наша задача — выследить вора и допросить.
— Но почему вы узнали об этом только сейчас? Почему рядом с цветками не было охраны? — спросил я возмущённым голосом.
Как забавно. От цветов зависит будущее Аспии, а эти кретины не удосужились просто поставить охрану?
— Находиться долгое время рядом с цветком опасно, — объяснил жрец, от которого не укрылось моё возмущение. — Однако я лично оставил сразу сигнальную сеть и барьер возле каждого цветка. Сигнальная сеть против нежити. Если бы любая нечисть перешла границу сети, то я и корпус Меридиан тут же об этом бы узнали. Барьер же находится непосредственно вокруг цветка. Он создан, чтобы люди, случайно зашедшие в те места, не смогли приблизиться к цветку достаточно близко. И самое пугающее, что сигнальные сети не давали оповещения о нежити, и барьер тоже на месте. Однако при всём этом трёх цветков из четырёх уже нет.
— Может ли такое быть, что Лич или созданная им нежить смогли пройти мимо сигнальной сети незамеченными? — спросил я, нахмурившись.
— Невозможно. Будь Лич хоть в десять раз сильнее, чем мы предполагаем, он всё равно не смог бы пройти мимо этой сигнальной сети, — нахмурился Сиегил.
— Тогда, как мне кажется, у лича есть сообщник среди людей Аспии, — сделал я предположение.
— Мы тоже так подумали. Вскоре мы это узнаем. Сейчас наша задача — как можно быстрее добраться до оставшегося цветка скверны и устроить там засаду. Благо этот цветок находится всего в четырёх часах езды от столицы.
— Тогда по коням? — хмыкнул я, разглядывая свою лошадь.
Меня езде на лошади толком не учили, если не считать нескольких уроков, данных дедом, которые я, к своему стыду, не помнил. Пришлось жрецу объяснять мне, как управлять ей. Его объяснения заставили меня вспомнить то, чему учил дед, и я взобрался на лошадь.
То же самое сделал и Сиегил. Мы выехали из города и направились на север. Постепенно поля сменились лесом, неожиданно выросшим по обе стороны дороги. Мой первый раз езды на лошади оказался весьма познавательным. И конечно, после двух часов нашего путешествия я натёр себе всё, что только мог. Так что вздохнул с облегчением, только когда вместе с Сиегилом свернули в лес и через полчаса скачки среди густых деревьев в конце концов остановились. Сиегил не стал привязывать наших лошадей к стволу дерева или куда–то ещё. Вместо этого жрец просто похлопал их по крупу, и те резво ускакали вдаль.
— Мы не можем оставлять здесь лошадей. Вор может увидеть и понять, что его ждёт засада.
Собственно, так я и думал. После своих слов жрец молча пошёл вглубь леса, а я последовал за ним. Мы шли всё глубже, пока перед нами не появилась поляна, в центре которой находился крайне необычный цветок, окружённый прозрачным барьером. Стебель этого растения был белого цвета, когда сам цветок оказался чернильно–чёрным. Цветок скверны, это мог быть только он. Также я осознал, что не заметил никаких следов сигнальной сети для нежити. Видимо, Сиегил был в этом хорош.
— Теперь нам осталось незаметно спрятаться и дождаться прихода вора, — заявил Сиегил, направляясь к высокому дереву с густой листвой.
— Но ты же сказал, что рядом с цветком опасно находиться, — остановил я его.
— У нас с тобой есть наследие Мельтаса, — объяснил жрец, — оно защищает нас от скверны, выделенной цветком.
Подойдя ближе к стволу, Сиегил резво взобрался на дерево и скрылся в густой листве. Я последовал за ним и вскоре оказался стоящим на деревянной платформе, установленной прямо вокруг ствола дерева. Здесь уже сидел Сиегил в позе лотоса, медитируя. Это было идеальное место для засады, поляна вместе с цветком как на ладони и при этом нас самих не было видно. Видимо, члены корпуса Меридиан подготовили это место для нас. Наверное, здесь нет других магов из корпуса, потому что так засаду будет проще обнаружить. Так как особых альтернатив не было, я решил последовать примеру жреца.
Шло время, день сменялся ночью, а ночь днём, и так незаметно прошло пять суток. Большей частью мы медитировали. Вскоре запасы еды начали подходить к концу, и мы уже начали задумываться о том, чтобы вернуться пополнить запасы. Если точнее, жрец хотел отправить меня за ними в ближайшую к нам деревню. Но наконец вор явил себя.
Я прекратил медитацию, когда кто–то начал тормошить меня за плечо. Открыв глаза, я увидел Сиегила, показывающего пальцем в сторону цветка. И дело было в том, что к нему приближался человек. На вид ему было не больше семнадцати лет. Русые волосы, довольно привлекательное лицо, одежда из дорогой ткани. Парень шёл в припрыжку, насвистывая незнакомую мне мелодию. Подойдя к цветку, юноша достал из кармана кольцо и протянул руку с неизвестным мне артефактом к прозрачной плёнке барьера. Когда кольцо коснулось защиты, в ней появилась небольшая дыра, которая начала расширяться, пока не стала такого размера, что через неё мог бы пройти человек. Юноша же не замедлил ей воспользоваться.
Именно в этот момент Сиегил спрыгнул с дерева, начав плести боевое плетение «огненного шара», и угрожающим голосом крикнул:
— Если хочешь жить, то отойди от цветка и расскажи всё, что знаешь про лича!
После слов Сиегила улыбка слетела с лица юноши, и его лицо стало серьёзном. Парень начал плести плетение, и вокруг него тут же стало образовываться множество ледяных шипов. Один из них коснулся барьера, после чего тот с хлопком распался.
— Ты смог достичь ступени Мастера лишь в возрасте старика. Разве имеет право жалкий слабак говорить со мной в таком тоне? — презрительным голосом спросил юноша.
Настолько резкая смена поведения застала врасплох даже меня. И тут стоит сказать про уровень могущества этого юноши. Ведь тот, кто пришёл украсть цветок скверны, находился на ступени Мастера, как и Сиегил. Однако при этом был во много раз младше жреца Мельтаса.
После словесной перепалки «огненный шар» и «ледяные шипы» одновременно были выпущены магами друг в друга. Битва двух Мастеров началась.
Сразу после того, как противники выпустили свои первые плетения, они тут же поставили перед собой стихийные щиты. Прямо перед юношей вырос щит изо льда, а перед жрецом Мельтаса появился огненный щит из красного пламени. Столкнувшись с льдом, «огненный шар» взорвался, от чего щит начал плавиться. Однако прошла лишь секунда, и защита тут же начала восстанавливаться вновь, зарастая льдом.
Также стоит упомянуть, что взрыв «огненного шара» Сиегила был не намного мощнее, чем мой «огненный взрыв», когда я вливал в своё плетение половину резерва. Если учитывать, что жрец Мельтаса на четыре ступени выше меня, то разница между стандартным плетением «огненного шара» и придуманным моим дедом «огненным взрывом» очевидна. Последнее гораздо мощнее и эффективнее, и я с трудом могу представить, насколько мощным оно станет, когда я поднимусь в ступенях могущества.
Однако не только «огненный шар» столкнулся с щитом, но и шипы попали в «огненный щит». После их столкновения шипы расплавились, а щит стал пылать заметно меньше. И начался бой на истощение. Оба Мастера перекидывались плетениями дальнего боя, будучи уверенными, что противник выдохнется первым. Друг в друга летели «огненные шары» и «ледяные шипы». А я подумал, что мне это уже начало надоедать. Неужели это всё, на что способны маги на ступени Мастера? Сильно в этом сомневаюсь.
И вот наконец на поле боя случилось нечто новое. «ледяной щит» не выдержал и распался на осколки. В этот момент Сиегил развоплотил свою защиту и тут же создал новое плетение. В каждой руке жреца Мельтаса появилась гибкая огненная плеть. Взмахнув руками, он направил их в сторону противника, и вскоре «огненные плети» обмотали тело мага льда, не давая тому возможность двигаться.
— Ты обездвижен, так что если хочешь жить, тебе придётся ответить на мои вопросы, — угрожающим тоном сказал Сиегил.
— К Мелеку твои вопросы! — с желчью выкрикнул юноша.
И тут же я почувствовал, как начало холодать. А источником этого холода был маг льда. Постепенно воздух становился всё более холодным, из–за чего моё тело начало дрожать. Не легче было жрецу Мельтаса. А так как в руках у него были две «огненные плети», то и создать плетение для обогрева тела он не мог. Однако в то время, как мы с Сиегилом дрожали от холода, маг льда чувствовал себя вполне себе комфортно. Я отлично знал, что за плетение использовал маг льда. Оно называется «морозный холод». Во время применения этого заклинания температура в пространстве вокруг мага резко понижается. Нам с Сиегилом ещё повезло, что этот юноша всего лишь на ступени Мастера. То же плетение на самых высоких ступенях может понизить температуру до абсолютного нуля. Страшная вещь в руках могущественного и опытного мага.
Постепенно «огненные плети», сковывающие мага льда, начали ослабевать. И осознав, что его плетение не работает, Сиегил развоплотил его. Освободившись, маг льда размял руки и с презрительной улыбкой спросил:
— Не замёрз ещё, старик?
— Тебе не уйти, ты ответишь на все мои вопросы, уж поверь мне, — нахмурившись, ответил Сиегил.
— Мечтай, — хмыкнул маг льда.
— Даже если я тебя не смогу остановить, сейчас это место окружают маги из корпуса Меридиан. Тебе не уйти.
— Да что мне до вашего корпуса. В вашей Аспии одни слабаки, — презрительно хмыкнул маг льда.
— Но остановить тебя сил нам хватит, уж поверь, — огрызнулся Сиегил.
Презрительно улыбнувшись, маг льда вытянул руку в сторону, и в ней тут же начало воплощаться ледяное древко. Постепенно удлиняясь, оно превратилась в ледяное копьё. Осознав, что вскоре маг льда кинет в него это оружие, Сиегил создал «огненный щит». Однако стоит заметить, что из–за холода защита получилась слабее.
Презрительная ухмылка так и не сошла с лица мага льда. Замахнувшись, тот кинул ледяное копьё, которое на большой скорости устремилось к щиту. Перед самым броском Сиегил, видимо, заподозрил, что дело плохо. Так что резко перекатился в сторону. И это было верное решение. Ведь копьё прошло сквозь защиту без особых проблем, и плетение распалось.
Жрец Мельтаса прерывисто дышал, было видно, что его силы на исходе. В то время как маг льда не выглядел сильно уставшим. Презрительно улыбнувшись, юноша вновь вытянул руку, в которой опять начало формироваться «ледяное копьё». Однако в этот раз Сиегил решил не дать возможность своему противнику закончить плетение. Так что жрец Мельтаса создал «огненный шар», который был в два раза крупнее предыдущих. Было понятно, что он влил туда немало энергии. Вскоре это заклинание полетело прямо в сторону мага льда. Из–за чего тому пришлось выбросить из руки ещё не успевшее образоваться копьё и вновь создать «ледяной щит».
Массивный «огненный шар», столкнувшись с щитом изо льда, тут же взорвался. Пламя разлеталось в разные стороны. Стоит сказать, что из–за этого мощного взрыва у меня заложило уши. В мою сторону тоже прилетело остаточное пламя. Из–за чего мне пришлось поставить перед собой базовый щит.
Когда пламя утихло, я увидел перед собой стоящих друг перед другом магов огня и льда. Сиегил прерывисто дышал, в то время как его соперник был не сильно уставшим.
— Ты меня достал. Придётся использовать это плетение, хоть я его ещё полностью не освоил, — презрительно заявил парень.
Сказав это, юноша вытянул руки вперёд, начав формировать заклинание. Вскоре ступни Сиегила примерзли к земле, не давая тому сдвинуться с места. И тогда за мгновение вокруг жреца Мельтаса образовался шар изо льда, заключая Сиегила внутри себя. Плетение было реализовано настолько быстро, что это даже пугало. И он называет его не полностью освоенным? Что подобный монстр забыл в Аспии?
Данное умение называлось «ледяной тюрьмой» и было придумано, чтобы сковывать противника, не давая тому шанса выбраться наружу. На высоких ступенях этот шар из льда был способен самовосстанавливаться даже без участия мага, что не давало шансов на высвобождение. Думаю, вы поняли, выбраться оттуда Сиегилу будет ой как непросто.
Выдав очередную презрительную ухмылку, маг льда посмотрел в ту сторону, где на дереве сидел я, и во всеуслышание сказал:
— А ну–ка вылезай оттуда. То, что ты всего лишь маленький Ученик, не делает тебя мастером маскировки.
Мелек его дери, он всё–таки меня заметил. Что мне теперь делать? Извиниться и сказать, что я не имею к этому жрецу никакого отношения? Или просто попытаться убежать? Ну не сражаться же мне с ним, в конце концов. Я не был безумцем и отлично понимал, кого я могу победить, а против кого у меня нет ни единого шанса. Тут, позволю заметить, был второй вариант.
Я уже было хотел спуститься и поговорить с этим ледяным монстром, однако тут моё внимание привлекла «ледяная тюрьма», в которой был заключён Сиегил. Она начала светиться. Маг льда нахмурился, переключив своё внимание на ледяной шар. Пришло ещё полминуты и с оглушительным взрывом плетение разлетелось на части. Хорошо, что я успел поставить «базовый щит Инеаля», потому что иначе меня бы продырявил осколок льда, отколовшийся от заклинания.
После того, как способность была уничтожена, Сиегил предстал перед нами во всей своей красе. Жрец вытянул правую руку вперёд, и на его ладони засветился символ Мельтаса, вокруг которого вырисовывалась золотая окружность. Такого не было у меня, хоть я и владел наследием Мельтаса. Так что я сделал предположение, что эта окружность является отличительной чертой, присущей только жрецам Первобытного.
— Видит Мельтас, я не хотел использовать наследие, однако ты вынудил меня это сделать. Что же, тем хуже для тебя, — спокойным голосом сказал Сиегил.
Увидев символ Мельтаса и окружность, лицо мага льда изменилось.
Пропали спесь и презрение, теперь маг льда казался скорее шокированным, чем презрительным. И тогда произошло то, что шокировало уже нас с Сиегилом. Склонившись в глубоком поклоне, маг льда во всеуслышание произнёс:
— Приветствую многоуважаемого жреца Мельтаса. Прошу простить презренного меня за то, что напал на вас и оскорбил своими словами. Я готов принять любое наказание!
Мелек его дери. Что здесь вообще происходит?

Глава 11 

Маг льда продолжал стоять в глубоком поклоне. А мы с Сиегилом не понимали, что, собственно, сейчас происходит. Если этот человек приспешник лича, то тогда почему он поклонился, как только узнал, кто такой Сиегил? Всем известно, что последователи Мельтаса, а тем более жрецы, являются самыми опасными и ненавистными магами для любой нежити. Огонь и свет — типы магии, которые наносят наибольший урон по осквернённым телам, так что любой последователь Мельтаса будет неприятным противником для этих тварей. А жрец — тем более.
Если же он не слуга возродившегося некроманта, то всплывает важный вопрос. Какого Мелека он крадёт цветки скверны и передаёт их личу?
— Встань прямо и отвечай на мои вопросы, — приказал только через десять секунд пришедший в себя Сиегил.
После слов жреца Мельтаса маг льда тут же разогнул спину и посмотрел на него взглядом, полным покорности.
— Зачем ты крал цветки скверны и доставлял их личу? — жёстким голосом спросил мой спутник.
— При всём уважении, господин жрец, это не цветки скверны, и я не знаю ни о каком личе, — спокойным голосом ответил маг льда.
— И что же это тогда, если не цветки скверны? — с издёвкой спросил Сиегил.
— Это редкий цветок, сильно понравившийся одной воистину прекрасной девушке, — сказал недавний противник с влюблённым выражением на лице.
И тут я, мягко говоря, сильно удивился. Сиегил вообще впал в ступор. И думаю, так отреагировал бы каждый окружающий это место член корпуса Меридиан, если бы был здесь.
То есть мы тут сражаемся во благо рода людского. Спасаем Аспию от страшной угрозы в виде лича. А этот кретин собирает цветочки своей бабе? И не розы там какие–то, а цветки скверны! Рядом с которыми и находиться–то опасно, если у тебя, конечно, наследия Мельтаса нет. Вы серьёзно?
— Да как… Ты… Да что… — растерянно забубнил Сиегил, пытаясь подобрать нужные слова. Было видно, что он просто не может поверить в тупость стоявшего перед нами мага.
Наконец успокоившись, жрец объяснил наивному молодому человеку, что он натворил:
— Это именно цветки скверны. Не так давно стало известно, что был возрождён Лич, и я лично видел место, где была создана одна из филактерий. Или ты сомневаешься в моих знаниях слуги Мельтаса? — с вызовом закончил он.
После слов жреца лицо мага посерело. Он схватился за голову и произнёс:
— Лич? Цветки скверны? Да не может такого быть! Но как же так?
— Сколько ещё подобных цветков ты украл для своей барышни? — устало вздохнул Сиегил.
— Ещё три, — пробубнил маг льда.
— Я полагаю, та девушка тебя обманула. Скорее всего она нежить, созданная личём. Тебя провели, как последнего идиота, — спокойно произнёс Сиегил.
— Да не может такого быть! Она красивая девушка и прекрасный человек! Это бред! — возмутился маг льда.
— Успокойся, — остановил раскрасневшегося парня служитель, — может так и есть, возможно, её, как и тебя, обманули, чтобы заставить собрать нужные ингредиенты для создания филактерий.
— Да, скорее всего именно так и есть! Кана не могла знать, для чего нужны эти цветки. Она просто замечательный человек. Она бы никогда не стала помогать твари, подобной личу, — начал сам себя уговаривать юноша, схватившись за слова собеседника как за спасательный круг.
Пока вёлся этот диалог, я спустился с дерева и подошёл ближе к двум магам.
— Расскажи, кто ты такой и откуда прибыл? — поинтересовался я у парня.
К этому времени тот уже немного успокоился и вновь вернул адекватное выражение лица.
— Моё имя — Айзек Тоширан. Я прибыл из империи Кельтон, — гордо поведал он нам.
После его слов наши с Сиегилом глаза вновь округлились. И нам было чему удивляться. Тоширан. Благодаря деду и своей любви к чтению мне было знакомо это название. Это имя носил один очень древний род империи Кельтон. Он специализируется на магии и рунах льда. И теперь всё стало на свои места. Только представитель данного рода может быть столь силён, используя магию этой стихии. К тому же, в столь юном возрасте обладать подобной силой… Нельзя сказать, что на это способен лишь член древнего рода, но таким людям будет добиться подобного явно проще, чем тем, у кого за спиной нет поддержки.
Также сразу стало понятно, почему маг льда настолько резко поменял своё поведение, как только узнал, что Сиегил — жрец Мельтаса. Ведь все в империи Кельтон поклоняются этому Первобытному. Вообще, империя Кельтон является самым могущественным государством из всех, где ему возносят молитвы. Любой жрец Мельтаса — многоуважаемая фигура на родине этого Айзека.
— И что представитель столь древнего и уважаемого рода забыл в нашем скромном королевстве? — задал я резонный вопрос.
— У Тоширан есть один обычай. Каждый молодой представитель нашего рода, достигнув ступени Мастера, тут же отправляется в путешествие по Алондару, чтобы лучше осознать свои возможности и понять, на что он способен в одиночку, без помощи семьи.
— Разве родители таких Мастеров и старейшины рода не боятся, что их чада погибнут во время путешествия? При всём уважении, ступень Мастера — это не тот уровень могущества, когда магу нечего бояться. Тебя легко может укокошить один Магистр, — заметил я.
— На этот случай у меня есть портальный артефакт! — сказал юноша, взяв в руку амулет, висящий у него на шее.
Он был сделан из металла серебристого цвета. Судя по красивым узорам, над амулетом поработал отличный ювелир.
— И что же делает этот портальный артефакт? Дай угадаю. Он телепортирует твою ценную тушку обратно в империю Кельтон, — съязвил я.
— Отнюдь, — хмыкнул Айзек, — стоит только мне сорвать или снять с себя этот амулет, как тут же сюда переместится мой прапрадед и задаст всем жару!
— И какая ступень у твоего уважаемого родственника? — нахмурившись, спросил Сиегил.
Видимо, жрец начал осознавать, что с ним бы случилось, если бы он навредил этому парню. Тут даже Мельтас его бы не спас.
— Мой прапрадед в данный момент находится на ступени Бессмертного, — во весь рот улыбнулся Айзек.
Однако кому было не смешно, так это Сиегилу. Его лицо в один момент посерело. Он понял, что ходил по краю.
— Так может ты снимешь свой амулет, и твой уважаемый родственник поможет нам найти и убить лича? Маг такого уровня точно справится с подобной задачей без проблем, — предложил я.
— А какая ступень у Лича? — нахмурился Айзек.
— Предположительно он Мастер, — ответил Сиегил.
— Нет, не вариант. Мой дед не станет тратить своё время на подобную мелочь. Скорее разозлится, что я вызвал его из–за такой ерунды, и зная его вспыльчивый нрав, возможно, он выместит свою злость на вашем же королевстве… — пожав плечами, предположил Айзек.
— Нет, нам такого не надо! — подал голос Сиегил.
И я, собственно, был согласен с жрецом. Пока я не достиг вершин могущества, мне лучше не встречаться с подобными личностями.
— Тогда что нам теперь делать? — спросил я поникшего спутника.
— Айзек, ты же можешь отвести нас к своей девушке? Нам нужно узнать, каким образом украденные тобой цветки скверны попали в личу, — обратился к магу льда Сиегил.
— Я отведу вас к Кане только в том случае, если вы пообещаете мне не вредить ей, — встал в позу Айзек.
— Давай договоримся иначе. Я пообещаю ей не вредить, но только в том случае, если твоя Кана не является нежитью. А у меня есть весомые подозрения на этот счёт, — предложил служитель Мельтаса.
— Это исключено. Какой вздор! Не может Кана быть нежитью, — возмутился парень.
— В таком случае тебе нечего опасаться, — ответил Сиегил серьёзным тоном. — Так что?
После слов жреца представитель рода Тоширан немного поразмыслил и через полминуты сказал:
— Хорошо. Хоть я и абсолютно уверен, что Кана не нежить, но чтобы доказать свою правоту, готов согласиться на то, что вы сможете ей навредить. Конечно, если она и вправду окажется нечистью, что, понятное дело, никогда не случится, — выдал тираду Айзек.
— По рукам, — кивнул мой спутник.
— Но как вы собираетесь проверять, кем является Кана? — нахмурил брови парень.
— «Свет инквизитора». Особое плетение света, которое абсолютно безвредно для живых и крайне губительно для нежити, — объяснил жрец.
— Это подходит, — кивнул головой маг льда.
— Теперь говори, где находится твоя Кана, — встрял я в разговор.
— Она живёт в деревне, которая находится недалеко от столицы. Я отведу вас к ней, — ответил наш недавний противник.
— Тогда я отправлю сообщение людям из корпуса Меридиан, которые окружили сейчас нас, чтобы они оставили нам три лошади, прежде чем покинуть это место.
— Но что с цветком скверны? — вдруг вспомнил я о цели лича.
После моих слов прислужник посмотрел на землю, где ранее был цветок и где ныне всё было изрыто из–за недавней битвы Мастеров.
— К сожалению, по нашей глупости цветок был уничтожен. Аспия потеряла все четыре средства, которые помогали убирать накопившуюся скверну. Когда разберёмся с личём, нам придётся обращаться к эльфам Анаераса за новыми цветками, — вздохнул Сиегил.
— А разве они не будут стоить огромных денег? — я сделал предложение.
— На самом деле нет. Чтобы бороться с накапливанием скверны, эльфы Анаераса предоставляют цветки бесплатно. Так что проблем возникнуть не должно, — ответил он.
— Довольно благородно с их стороны, — заметил я.
— Эльфы Анаераса вообще считаются самым благородным государством из всех. Особенно их король, который правит ими уже несколько тысяч лет, — заметил Айзек.
Сиегил отправил голосовое сообщение корпусу Меридиан, и после того, как мы вышли из лесной чащи, нас уже ждал юнец ненамного старше меня. Он держал на поводу трёх лошадей.
— Господин жрец, вот, как вы и просили, три лошади для вас и ваших спутников.
— Молодец, ты можешь идти, — отмахнулся от паренька Сиегил.
Мы оседлали лошадей и поскакали в ту сторону, куда повёл нас Айзек. В течение двух часов пришлось скакать без остановки. Между собой мы практически не общались. Но вот наконец наше путешествие закончилось, и мы въехали в небольшую деревеньку, состоявшую из пары десятков деревянных хибар. Спешившись, направились в сторону одного из жилищ. Когда мы уже подходили к дому Каны, из него вышла очень красивая девушка лет двадцати. У неё была женственная фигура, в высшей степени привлекательное лицо и длинная русая заплетённая коса, которая ей безусловно шла.
Неудивительно, почему Айзек потерял голову от этой дамы. Она явно не походила на замученную крестьянку, живущую в подобной деревушке. На мой взгляд, странный контраст. Нашего аристократа даже не остановило то, что это девушка совершенно не его уровня. Парень был из древнейшего рода Кельтона. Да даже принцесса Аспии не была бы ему ровней. А тут простушка из вшивой деревеньки, забытой Мельтасом. Большинство представителей древних родов посчитали бы подобное вздором. Но не Айзек…
Когда мы подошли ближе к девушке, та ослепительно улыбнулась и нежным голосом спросила:
— Мой милый Айзек. Кого ты привёл в мой дом?
Ну что же, дамочка. Пришло время выложить всё, что ты знаешь о личе. А Сиегил точно позаботится, чтобы ты говорила только правду.
— Милая, эти люди мои друзья. Ты не против принять их на некоторое время в гости? — влюблённым тоном попросил Айзек.
— Милый, ты же принёс тот замечательный цветок, о котором я говорила? Эти цветки такие красивые, они мне очень нравятся, — чарующим голосом поведала Кана.
Однако Айзек не успел ответить, так как Сиегил протянул руку и начал создавать плетение. Видимо, жрецу надоело воркование этой парочки, и он захотел поскорее проверить свою теорию о том, является ли Кана нежитью.
Когда представитель Мельтаса закончил создавать плетение, из его руки полился яркий свет. Когда он коснулся меня, я почувствовал умиротворение и спокойствие. Никогда бы не думал, что «свет инквизитора» будет так благотворно влиять на мага. Однако то, что начало происходить дальше, в один момент развеяло это состояние. Ведь когда плетение коснулось Каны, та завизжала, словно её резали… Кожа девушки потемнела, каждая вена набухла и стала чёрной, изо рта начали расти клыки, ногти превратились в длинные и острые заостренные когти, а зрачки и белки глаз стали чёрными, как ночь. В один момент ослепительная красавица превратилась в страшное чудовище, и её аура тут же возросла до Продвинутой ступени.
— Вурдалак! — выплюнул Сиегил с отвращением.
— Жрец Мельтаса! — скрипучим голосом, полным ненависти и злобы, сказала Кана.
Осознав, что её раскрыли, девушка–вурдалак рванула от нас, пытаясь убежать в сторону леса. Однако разве может нежить, находящаяся на Продвинутой ступени, убежать от Мастера? Так что мой спутник не сплоховал и за мгновение создал плетение «огненной сети». Широченная гибкая сеть из багрового огня полетела в сторону Каны. В итоге существо, что раньше было девушкой, упало на землю, надёжно скованное сетью, и начало отчаянно визжать. Огонь жёг её тело, от чего Кана испытывала сильную боль.
Стоит сказать, что пока всё это происходило, Айзек стоял с широко открытыми от шока глазами. Его лицо выражало множество эмоций, которые сменялись одна за другой. И его можно было понять.
— Ничтожества, хозяин вас покарает! Вы все обречены! — кричала тем временем тварь, бьющаяся в огненной ловушке.
— Говори, где прячется Лич! — гневно крикнул Сиегил.
— Да я скорее буду целую вечность жариться под «светом инквизитора», чем предам своего хозяина!
— Они были правы. Ты оказалась поганой нежитью, — сказал Айзек, заскрежетав зубами.
— Но ты отлично сыграл свою роль. Добыл три цветка. Какой же ты всë–таки тупой. Стоило мне пофлиртовать с тобой, и ты готов выполнить любую мою просьбу,. — рассмеялась Кана.
Сиегил продолжал удерживать «огненную сеть» и, чтобы добавить пыток и выбить у девушки–вурдалака признание, где находится тело лича, левой рукой создал более яркое плетение «света инквизитора». После этого я почувствовал ещё больше умиротворения и спокойствия. Я как будто попал в очень приятное и тёплое место. Вообще, теперь буду ждать, когда доберусь до ступени Мастера, чтобы научиться пользоваться этим плетением. Однако для Каны этот свет был ещё более мучительной пыткой. Она кричала, вопила, просила прекратить эту муку, грязно ругалась, обзывая нас последними словами, но не выдавала местонахождение своего хозяина.
Из–за громких и диких криков все селяне попрятались по своим избам, боясь выйти наружу. Но это нам, собственно, было на руку. Лишних свидетелей ещё не хватало для полного счастья.
— Даже на пороге смерти я не выдам хозяина! — крикнула Кана, и тут же её голова начала раздуваться и с громким хлопком лопнула, разлетаясь на кровавые ошмётки. Каким–то образом девушка–вурдалак покончила жизнь самоубийством. В какой–то мере я даже немного её уважал за такую сильную преданность.
Айзек, хмурясь, стоял перед трупом девушки. Когда он заговорил, в его голосе звучали стальные нотки.
— Клянусь. Я помогу вам в борьбе с личом чего бы мне это не стоило.
— Я принимаю твою клятву, Айзек Тоширан, — серьёзным тоном сказал Сиегил.
— Что теперь будем делать с личом, если учитывать, что единственная наша зацепка взорвала себе голову? — спросил я у него.
— Суть в том, что филактерии создаются не только для того, чтобы Лич мог возрождаться. Также они поглощают магическую энергию и передают её хозяину.
— Ты хочешь сказать, что чем больше магической энергии вокруг филактерии, тем больше магической энергии получает Лич? — понял я, к чему клонит жрец.
— Именно, — кивнул Сиегил, — когда он создаст три филактерии, а именно столько цветков есть у Лича, то точно впадёт в спячку. И чтобы восстановиться, ему понадобится много магической энергии.
— То есть лучшим решением лича будет поместить филактерии рядом с магическими источниками, — довёл я мысль Сиегила до кульминации.
— Именно так, иначе Лич не только не станет сильнее, ему также понадобится множество лет, чтобы выйти из спячки. Поместив филактерии возле магических источников, он станет сильнее и сможет выйти из спячки в рекордно короткие сроки, — подтвердил мои слова жрец.
— Скорее всего Лич связан с созданной им нежитью. То есть он уже знает о том, что вурдалак мертва, и понимает, что четвёртый цветок уже не получит, — продолжил я его монолог.
— А это означает, что если Лич собирался начать действовать после получения цветка, то, поняв, что этого не будет, может активизироваться именно сейчас, — добавил, нахмурившись, Сиегил.
— Дополняете мысли друг друга снова и снова. Вы прям как родственные души, — хмыкнул Айзек.
В ответ я сощурил глаза и презрительно на него зыркнул. Сиегил, конечно, неплохой мужик, но я не чувствовал, что жрец моя родственная душа. Как бы то ни было, любой последователь Первобытного такого уровня — фанатик. Я же не собирался быть им, несмотря на то, что выполнял поручения Мельтаса.
Вдруг переговорный артефакт послушника завибрировал. Жрец поднëс его к уху и начал слушать голосовое сообщение. Постепенно его лицо становилось всё более хмурым. Дослушав до конца, он разжал руку, и металлическая пластинка повисла на его шее.
— Что случилось? Не тяни, — спросил я.
Когда же он ответил, хмурыми стали и мы с Айзеком.

Глава 12 

— Только что я получил информацию, что три магических источника, находящиеся в Аспии, были одновременно атакованы нежитью. Все члены корпуса Меридиан, защищающие их, были перебиты.
— Три цветка, три филактерия, три магических источника. Всё сходится, — вздохнул я.
— Именно, — кивнул Сиегил, — полагаю, в каждом захваченном магическом источнике сейчас находится филактерия, которая постоянно и с большой скоростью поглощает магическую энергию, с каждой секундой делая лича сильнее и приближая время его пробуждения.
— Тогда что нам делать в подобной ситуации? — спросил Айзек, сжав кулаки до хруста.
— Если дать филактериям возможность дальше поглощать магическую энергию, то вскоре Лич станет настолько сильным, что мы не сможем с ним справиться, — объяснил жрец.
— Следовательно, нам нужно как можно скорее отправиться к ближайшему захваченному источнику и уничтожить филактерию. Потом сделать то же самое ещё два раза, — предложил маг льда.
— Полностью согласен с гордым представителем рода Тоширан, — съязвил я.
— А ты, малец, чего лезешь? Не видишь, взрослые важные проблемы решают? С твоими слабыми силëнками, находящимися на ступени Ученика, ты будешь нам только мешать. Так что ты определённо не пойдёшь с нами, — презрительно заметил Айзек.
— Боюсь, он пойдёт с нами, — тяжело вздохнул Сиегил.
— С чего это? — презрительно хмыкнул парень.
— Потому что так приказал Первобытный Мельтас.
Слова Сиегила привели молодого Мастера в замешательство. Представитель рода Тоширан переводил взгляд то на меня, то на жреца, пока наконец не задал вопрос:
— А с каких таких делов Первобытный Мельтас решил дать настолько идиотский приказ? Наверное, вы шутите. Уж простите, господин жрец, но я вам не верю.
— Вы считаете Первобытного Мельтаса идиотом? — нахмурился мужчина.
Мне надоел этот бессмысленный разговор, и я не хотел тратить время для того, чтобы кому–то что–то доказывать. Так что, вытянув руку вперёд, я активировал наследие, и на моей правой ладони загорелся золотом знак Мельтаса.
— Ещё вопросы? — изогнул я бровь.
Увидев знак, Айзек пришёл в замешательство. Однако вскоре смог взять себя в руки и обратиться ко мне уже совершенно другим тоном.
— Прошу прощения за свои слова. Первобытный Мельтас никогда не ошибается, и если он выбрал тебя в качестве своего последователя, то, очевидно, увидел твой скрытый потенциал, который не виден другим.
Что же, после таких слов я резко успокоился. На этого Тоширана даже злиться нормально не получается. Сначала оскорбляет, а когда узнаёт новые детали, тут же идёт с поклоном извиняться. Неужели все представители древних родов такие?
— Ну, раз вы всё между собой решили, то пришло время нам отправляться в путь к ближайшему захваченному магическому источнику, — вздохнул Сиегил.
— Ты предлагаешь нам троим штурмовать захваченное нежитью место? — хмыкнул я.
— Нас будет больше. Сейчас я отправлю голосовое сообщение, и на подходе к источнику нас будет ждать отряд магов. Мы, конечно, могли бы разделить силы и напасть на все три источника одновременно, но, как мне кажется, для начала рациональнее всего будет сконцентрировать все силы в одном месте, — объяснил Сиегил.
— Тогда пора садиться на лошадей и отправляться к источнику, — заметил Айзек.
Собственно, он был прав. Так что мы направились к нашим лошадям, которые спокойно паслись на лужайке, совершенно не испугавшись ни боя Сиегила с вурдалаком, ни истошных криков девушки. Спокойствию этих животных можно только позавидовать. Оседлав их, мы отправились в путь. Вообще, признаюсь, это довольно интересный опыт. И я понял, что начинаю привыкать к верховой езде. И даже получаю от неё удовольствие.
В этот раз мы отмахали немалое расстояние и остановились только тогда, когда наступил вечер. Как раз подвернулась небольшая поляна недалеко от дороги, на которой можно было переночевать.
К слову, каждый из нашей троицы имел при себе пространственное кольцо. Так что не надо было таскать с собой спальные мешки. Однако в чём я был уверен, так это в том, что моё пространственное кольцо было намного совершеннее, чем подобные у моих спутников.
Вскоре мы разбили небольшой лагерь. Сиегил сходил за хворостом и магией огня разжёг костер. Жрец вместе с Айзеком уселись перед костром, решив обсудить нынешнюю ситуацию с личом. Однако я не стал к ним присоединяться. Вместо этого залез в спальный мешок и заснул крепким сном. Не знаю, как моим спутникам, а мне требовался отдых.

* * *

Десятилетий я сидел на деревянной кровати. Напротив же на кресле умостился мой дед. А в руках он держал моего названного брата, Алека. Тому в тот момент было всего два года. Он был голосистым щекастым малышом. Сейчас он смотрел на меня своими большими карими глазами и улыбался.
— Ирос, сегодня я расскажу тебе про древние рода, — прервал мои размышления дед. — Большинство древних родов было создано ещё во времена, когда Первобытные были живы. Из поколения в поколение они передавали секретные магические знания своим наследникам. Например, руны. Чтобы ты знал, они незаменимы для создания артефактов. Однако знают руны и могут их использовать в основном только представители древних родов. Каждое новое поколение пытается улучшить руны своего рода. И так происходит тысячи лет. Именно поэтому руны древних родов настолько могущественны. Также только древние рода умеют наносить руны прямо на кожу магов. Такие называются магическими татуировками и дают огромное преимущество в бою. Как ты сам понимаешь, практически все артефакты, которые есть в продаже, создаются древними родами. Однако самые могущественные из них древние рода оставляют для себя. Такие магические предметы называются родовыми, и их сможет использовать только член определённого рода. Если представитель другого рода попробует использовать этот артефакт, у него ничего не выйдет. Теперь, думаю, ты понимаешь, почему древние рода самые богатые, а их представители самые могучие маги.
— Деда, а ты знаешь какие–то руны? — спросил десятилетний я с интересом.
— Я был в хороших отношениях с некоторыми древними родами, так что действительно знаю кое–какие руны, — ответил дед с улыбкой.
— Научи меня, пожалуйста! — возбужденно попросил я.
— Ещё слишком рано. Когда для этого придёт время, я тебя обязательно научу тебя.
Однако этому не суждено было сбыться. Дед погиб, так и не обучив меня ни одной руне.

* * *

Я проснулся ранним утром и сразу ощутил вкусный запах. Повернув голову, увидел, как Айзек стоял рядом с котелком, повешенным над костром, и готовил похлёбку. Жрец сидел неподалёку и, прислонившись к дереву, наблюдал за процессом приготовления. Именно от котелка и шёл этот вкусный запах. Зевнув, я потянулся и, выбравшись из спального мешка, подошёл к костру, где Айзек занимался готовкой. Заглянув в котелок, я ещё раз вдохнул этот чудный запах и понял, что пахнет рыбой. Видимо, это была рыбная похлёбка.
— Пахнет чудесно. Дашь попробовать? — спросил я у Айзека.
— Ещё не готово, — отмахнулся от меня парень.
— Я готов подождать, — сообщил ему я.
Прошло ещё полчаса, а я всё стоял рядом с Айзеком, наблюдая за процессом приготовления. Видимо, парню надоело такое внимание, из–за чего Айзек глянул на меня сощуренными глазами, сказав:
— Достал, будет тебе похлёбка. Давай тарелку, я тебе сейчас налью.
— Вот так бы сразу, — улыбнулся я парню.
Когда я достал тарелку и ложку из пространственного кольца, Айзек тут же налил мне своего супа. В этой похлёбке была не только рыба, но и картошка, редис и морковь. Съев первую ложку, я замычал от удовольствия. Как же это было вкусно! Рыба прямо таяла во рту.
— Неужели всех членов древних родов учат так прекрасно готовить? — спросил я, съев всё до последней капли.
— Не знаю насчёт всех, но представители рода Тоширан хороши во всём, что бы они ни делали, — пожал плечами Айзек.
— Ну да, куда нам, обычным смертным, до гордых представителей рода Тоширан, — съязвил я.
— Именно так и есть, — абсолютно серьёзно кивнул аристократ, полностью проигнорировав сарказм в моём тоне.
Я решил наказать его за его гордыню касательно рода.
— Раз так, то скажи–ка мне на милость. Каким образом столь образованный и родовитый юноша мог не понять, что имеет дело с цветком скверны? — сказал я, злорадно улыбнувшись.
— Ну я… — запнулся Айзек. — Я просто пропустил несколько уроков, только и всего.
— И что, все представители рода Тоширан такие легкомысленные? — хмыкнул я.
— Парень, да ты смерти ищешь! — возмутился Айзек.
— Ладно, прогульщик, не буду привлекать к этому твой род.
После моих слов он возмущённо сощурил глаза, однако не ответил. Так как, видимо, осознал, что это бесполезно. Я покосился на Сиегила, но тот сидел, закрыв глаза, и, похоже, не обращал на наше пикирование никакого внимания.
Когда наш диалог закончился, я вернулся мыслями к своему прошлому сну. Последнее время я стал замечать, что то, что мне снится, с помощью деда несёт важную информацию, которая должна помочь в данный момент. Например, сейчас я впервые встретил представителя древнего рода, и мне приснился рассказ деда про древние рода, их руны и магические татуировки. Из–за этого я вспомнил, что дед так и не успел научить меня ни одной руне. Из–за чего я был не в состоянии создать даже самый примитивный артефакт.
В ближайшем будущем изучение новых рун должно стать для меня приоритетной задачей. И в данный момент рядом со мной находился тот, кто точно знает парочку рун. Так может этот сон был намёком на то, что пора попросить Айзека научить меня рунам, которые он знает? Что же, я всегда могу так сделать. Конечно, не факт, что он согласится. Однако, спросив, я же ничего не теряю. Правильно?
Понаблюдав за тем, как Айзек аккуратно ест из своей тарелки суп, я чуть погодя задал вопрос:
— Слушай, Айзек. А ты не мог бы научить меня парочке рун рода Тоширан?
— Это исключено, — сказал, как отрезал, Айзек.
— Но почему? — возмутился я от такого резкого отказа.
— Потому что знание рун священно для любого рода. Мы совершенствуем их из поколения в поколение на протяжении десятков тысяч лет. Думаешь, после этого мы будем учить каждого первого встречного? Ты, парень, видимо, понятия не имеешь, что такое древние рода и как они устроены.
И наверное, в этом Айзек был прав. Я слышал о древних родах только из рассказов дедушки, и видимо, он не успел мне поведать, насколько сложно будет получить знания даже о нескольких рунах самостоятельно. Ну ничего. Представители древних родов ведь тоже люди. Правильно? А люди имеют свои желания и потребности. Мне нужно лишь подобрать ключик к одному представителю каждого рода. Предложить им то, что для них будет важнее священности знаний о рунах. Осталось только найти эти ключики.
И тут вырисовывалась проблема. Ведь я понятия не имел, что равноценное могу предложить тому же Айзеку из того, что готов отдать. Однако кто сказал, что это нужно делать прямо сейчас? У меня ещё впереди целая жизнь, чтобы подобраться ближе к древним родам и получить знания о их рунах. Позволю заметить, долгая жизнь, ведь маги высоких ступеней способны жить не одно тысячелетие. А я уж точно не собирался останавливаться на ступени Ученика.
— Ладно, Айзек. Забудь, что я сказал. Я, видимо, действительно понятия не имел, как устроены древние рода, — отмахнулся я.
— То–то и оно, — кивнул тот, продолжая есть похлёбку.
Позавтракав, мы спрятали спальные мешки и утварь в пространственные кольца и, оседлав лошадей, отправились дальше в путь. Прошло ещё несколько часов скачки, прежде чем впереди нас показался отряд всадников.
Подъехав ближе, я понял, что всадники носят ту же форму, что и командир Меридиан, которого я видел во дворце короля Аспии. Теперь всё стало понятно. Это тот самый отряд магов из корпуса Меридиан, который должен нам помочь справиться с Личом и его нежитью. Подъехав ближе, я смог разглядеть этих магов подробнее. Их было пятнадцать человек. Внешне им можно было дать лет тридцать — тридцать пять. Это были мужчины крепкого телосложения с выправкой бывалых солдат. Шестеро из них находились на пятой ступени Духа и девятеро на Продвинутой.
Однако был ещё один член отряда, который выделялся среди остальных. Вместо серой хламиды, которую носили члены корпуса Меридиан, этот парень носил красную мантию. Выглядел он не старше Айзека. Его короткие волосы были огненно–красного цвета, и на привлекательном лице была доброжелательная улыбка. Но самое главное, что этот маг находился на ступени Мастера. И вот здесь, если учитывать его молодость, такой результат в могуществе был экстраординарным для Аспии.
Когда мы подошли к отряду поближе, юноша с огненно–красными волосами слез с лошади и направился в нашу сторону. Лучезарно улыбаясь, он обратился к представителю рода Тоширан.
— Айзек, дружище, давно не виделись! Рад тебя видеть.
— Ланс, а я‑то тебя как рад видеть, — улыбнулся Айзек в ответ.
— Как понимаю, это все, кто будет участвовать в уничтожении филактерий, — серьёзным тоном произнёс Сиегил, — давайте каждый расскажет, кто на какой магии специализируется и на что способен.
Никто не стал спорить со жрецом, и вскоре каждый член отряда высказался. Как оказалось, из пятнадцати шестеро были магам света, семеро магами огня и двое магами ветра. Как объяснил Сиегил, магия света способна ослаблять нежить. То же плетение «свет инквизитора», которое жрец использовал против вурдалака, было не единственным плетением школы света, направленным против нежити. Но, пожалуй, одним из самых могущественных. Однако оно было доступным на ступенях начиная с Мастера.
Именно это плетение Мельтас завещал своим последователям. Тот, кто использует его и не имеет отношения к Мельтасу, сильно рискует. С такими магами члены Ордена Меридиан не церемонятся. Однако существовал более простой аналог этого плетения, которое называлось «святой свет». Его могли применять любые маги на более низких ступенях, и использование данного плетения не каралось. Именно «святым светом» владела эта шестёрка магов из корпуса Меридиан, и именно это плетение они собирались использовать против нежити.
Девятеро были обычными магами огня. По словам Сиегила, в то время, пока свет ослаблял, именно огонь лучше всего уничтожал нежить и скверну. По словам магов огня, они были способны создавать «огненные шары» и «огненные плети», а также использовать плетение «огненного круга», атакуя по площади. Это были самые распространённые огненные плетения в Алондаре.
Когда каждый из пятнадцати магов корпуса Меридиан высказался насчёт своих способностей, один из них наконец обратил внимание на меня.
— Что здесь делает маг на ступени Ученика? Только не говорите мне, что он пойдёт с нами.
— Да, он идёт с нами. На то воля Мельтаса, — ответил Сиегил.
— Странные требования у Первобытного. Он же будет нам только обузой, — хмыкнул маг из корпуса Меридиан.
— Не тебе оспаривать слова Мельтаса, — презрительно заметил парень с огненно–красными волосами, которого звали Лансом.
— Я вам больше скажу. Этот парень очень важен для Мельтаса. Так что вашей задачей будет его охрана, — заметил Сиегил.
— Так нам ещё его охранять. Лучше бы вообще не брали, — хмыкнул другой член отряда.
Мне не нравилось такое отношение. Однако что я мог сказать против их слов? Я действительно был всего лишь Учеником и действительно был обузой. Не их вина, что я так слаб. Так что не стал злиться или говорить что–то им в ответ. Просто пообещал себе, что обязательно стану сильнее. Придёт время, и никто во всём Алондаре не посмеет назвать меня слабаком! Мне предстоит путь длиною в жизнь. И только от меня зависит, чего я достигну.
О возможностях жреца Мельтаса я и так знал. Также я видел, на что способен Айзек. Однако меня интересовало, какие у него родовые артефакт и татуировка. Когда я задал Айзеку этот вопрос, тот сразу же ответил:
— Мой родовой артефакт — это «родовой клинок льда Тоширан». А родовая магическая татуировка называется «дыхание морозного дракона».
Я понятия не имел, на что способны этот артефакт и татуировка, и надеялся это узнать в предстоящей схватке.
Однако был ещё один член отряда, который пока что не высказался по поводу своих возможностей. И им был парень с огненно–красными волосами. Честно говоря, он меня заинтересовал и мне хотелось бы узнать, на что тот способен.
— Слушай, Ланс. Ты можешь, как и остальные, рассказать о своих возможностях?
Ланс не стал юлить и так же, как и остальные, высказался на интересующую нас тему.
— Мой родовой артефакт — это «браслеты огненного дождя», и родовая татуировка называется «крылья феникса».
Стоп. Какого Мелека? Родовой артефакт. Родовая татуировка. Только не говорите мне, что в Аспии затесался ещё один представитель древнего рода. Это же слабое Королевство. Что эти ребята здесь забыли?

Глава 13 

Я смотрел на Ланса с удивлением. Тот смотрел на меня с улыбкой.
— Ланс, ты что, тоже представитель древнего рода? — задал я резонный вопрос.
На что парень с гордостью ответил:
— Я Ланс Сарендар. Представитель древнего рода империи Кельтон.
— Точнее, представитель древнего рода, ныне изгнанного из империи Кельтон, — хмыкнул один из членов корпуса Меридиан.
После этих слов Ланс поник.
— Да, действительно, мой род был изгнан из империи Кельтон семьсот лет назад. Однако мы не забывали свои корни. Сейчас мой род обосновался в Аспии, однако однажды мы вернёмся на свою истинную родину! — сказал Ланс, сжав кулаки до хруста, и в его голосе прозвучали стальные нотки. — Во имя прощения мы будем сжигать, во имя прощения мы будем гореть!
Последняя фраза была произнесена таким тоном, что я сразу понял — это девиз рода Сарендар. Я вообще нормально отношусь к пафосу, когда он к месту. Но, как говорил дед, порой древние рода с этим перебарщивают. Можно понять, тысячелетние традиции и всё такое, однако не мне их учить, и к слову, у меня нет желания им что–то доказывать. Однако то, что зацепило мой слух, так это желание, чтобы их простили. Разве у рода Сарендар всегда был такой девиз? Как мне кажется, он был изменён на такой после изгнания.
— Ланс, а какой у рода Сарендар был девиз до изгнания? — задал я, казалось бы, обычный вопрос.
Но после моих слов его лицо исказилось от гнева.
— Ты, мальчишка, недостоин услышать его!
— Ланс, успокойся. Он же не со зла, — Айзек похлопал по плечу красноволосого юноши.
Наверное, любой другой стал бы интересоваться, за что они были изгнаны из империи Кельтон. Однако для меня была важна не причина, а сам факт. Ведь насколько я понял, род Сарендар был уязвлëн, втоптан в грязь. И именно такой род будет проще всего уломать на то, чтобы они поделились со мной знаниями о рунах. А самое главное, что мне не надо было никуда идти. Они были прямо здесь. Древний род Сарендар обосновался в Аспии. Так что теперь я знал, над чем нужно работать. Придёт время, и я найду ключик к их расположению.
Всё обсудив, мы оседлали лошадей и направились к источнику, где должны были уничтожить филактерию. Наша цель была близко, и мы осторожно и медленно приближались к ней, внимательно оглядываясь по сторонам.
— Этот источник был образован из–за оставленного в том месте трупа очень могущественного монстра. Готовьтесь, мы близко, — сообщил всем Сиегил.
Чем дальше мы ехали, тем больше магической энергии я чувствовал в воздухе. И вот наконец мы оказались на широкой поляне, в центре которой находился скелет монстра. И она буквально кишела всевозможной нежитью. Сотни скелетов неспешно бродили по поляне. Их белые кости блестели на солнце, а движения были непривычно резкими. Кроме скелетов, здесь были зомби. Запах гнили от их тел заставил меня поморщиться. И если могущество скелетов находилось на ступени Адепта, то зомби по силе были равны Продвинутой ступени.
— Внимательно меня слушайте. Скелеты с помощью магии способны укреплять свои тела и ускоряться. Зомби, в свою очередь, обладают большой физической силой. Будьте осторожны. И помните. Ваша задача не только уничтожить нежить, но и защитить мальчишку, — потребовал Сиегил у отряда. — А ты, парень, не смей высовываться, — сказал жрец уже лично мне.
Собственно, я и не планировал. С моими силами я мало что смогу сделать.
— Нас к этому давно готовили. Справимся, — хмыкнул один из магов корпуса Меридиан.
И в этот момент вся нежить как по команде повернула голову в сторону нашего отряда. Наконец они нас заметили. Пришло время начала битвы.
Шестеро магов света вытянули руки вперёд, начав создавать нужные плетения. И вскоре над нашими головами образовались шесть больших сгустков, излучающих яркий белый свет. Это плетение называлось «святой свет» и его целью было ослабить нежить. Его свойством была трансформация в другое плетение. «Святой луч». Насколько мне было известно, это своеобразный аналог моего «луча света», только узконаправленного, действующего только на нежить. Хотелось бы сказать, весьма эффективно. И лучи полетели в толпу скелетов, прожигая целые дорожки среди них. Однако сама нежить явно не собиралась стоять и ждать, пока её сожгут. Все эти неживые твари направились к нам. Вперёд вырвались самые шустрые скелеты. Их не остановили лучи «святого света». Несмотря на их эффективность, они были слишком слабыми, а противников было слишком много. В дело вступили маги огня. На приближающихся скелетов обрушилось множество «огненных шаров». Среди белой костяной армии, приближающейся к нам, засверкали огненные вспышки взрывов. В воздух полетели обожжённые кости, и ревущее пламя начало жадно пожирать скелетов.
Однако несмотря на это, их поток, казалось, был нескончаем. Вместо каждого уничтоженного скелета появлялось двое новых. Стоит сказать, что «огненные шары» магов из корпуса Меридиан были ненамного мощнее моего «огненного взрыва». И это несмотря на то, что они находились на гораздо более высоких ступенях развития, чем я. Это объяснялось тем, что «огненный шар» был стандартным плетением, которое в Алондаре умеет использовать любой маг огня. А «огненный взрыв»… это заклинание придумал мой дед, и вряд ли это плетение сейчас умел использовать кто–то, кроме меня. Хотя я не исключаю подобной возможности.
У меня создалось впечатление, что чем больше «огненных шаров» летело в сторону скелетов, тем их становилось больше. Ещё несколько минут, и нас захлестнëт волна костяной нежити. А ведь ещё были зомби, которые гораздо медленнее, но тоже ковыляли в нашу сторону. Но вот вперёд вышел Ланс Сарендар. Парень вытянул руки перед собой, и браслеты на его кистях загорелись красным светом. Сотни мельчайших рун засветились в один момент. Вскоре перед каждой ладонью Ланса появился красный круг с пентаграммой. И тогда он во всеуслышание сказал:
— Сожги всё дотла, «огненный дождь» рода Сарендар.
Я последовал примеру остальных магов и поставил щит Инеаля.
После этих слов прямо над группой нежити начали образовываться огненные сгустки, которые подобно кометам начали падать вниз на головы врагов, оглушительно взрываясь. Прошло всего немного времени, прежде чем площадь, где ранее находились скелеты и зомби, превратилась в огненный ад. Да уж, что тут сказать. Родовой артефакт рода Сарендар пугал до чёртиков. Когда «огненный дождь» закончился, мало кто из нежити выжил. Да весь тот урон, который нанесли маги из корпуса Меридиан своими «огненными шарами», ничего не стоит по сравнению с тем, что устроил Ланс Сарендар.
— Это было великолепно, — заметил я, подойдя к Лансу ближе.
— Да что уж там. Я всего лишь Мастер. По рассказам деда, когда нас ещё не изгнали, мой прадед был жив и находился на ступени Бессмертного. Дед говорит, что «огненный дождь» в его исполнении был по–настоящему пугающим. С помощью нашего родового артефакта он был способен стирать огромные армии с лица Алондара. Стоит сказать, что «огненный дождь» рода Сарендар является одним из самых могучих атакующих заклинаний, действующих по площади, среди магов со всего мира.
— Да уж, впечатляет, — ответил я, присвистнув.
Поле боя после «огненного дождя» превратилось в выжженную землю. То тут, то там среди пепла валялись обгорелые тела, оставшиеся от нежити. Оглянувшись, я посмотрел на Сиегила. Тот смотрел на пепелище отрешëнным взглядом. Подойдя ближе, я обратился к нему:
— Получается, нежить уязвима к огню и свету?
— Да. Это самое эффективное оружие, которое люди смогли придумать против борьбы с созданиями скверны. Сильнейшие маги Алондара много лет занимались изучением данной субстанции и пытались создать максимально эффективные плетение против этой заразы. После череды множества экспериментов был создан «святой свет». Если не считать «света инквизитора», который используют последователи Мельтаса, это самое эффективное плетение против скверны из магии света, которое удалось создать.
— А что по поводу огня? — задал я резонный вопрос.
— Было выявлено, что чем сильнее огонь, тем эффективнее он против скверны и её порождений. А это, в принципе, и так очевидно.
Я призадумался. Скверна ослабляется светом и уничтожается от высоких температур. Также она вызывает гниение любой органики. И тогда мне в голову пришла идея, от которой мои глаза распахнулись от возбуждения. Кажется, я наконец понял, что из себя представляет скверна с научной точки зрения. Пусть десятеро будут мне свидетелями. Если я окажусь прав, то смогу создать намного более эффективные плетения в борьбе со скверной. Если я окажусь прав, то мир будет изменён моими руками.
Итак. Что же из себя представляет скверна? По моей теории, скверна — это микроорганизмы, бактерии, которые вызывают гниение всей органики. Скверну ослабляет свет и уничтожает огонь. Науке известно, что высокие температуры способны уничтожать бактерии. А по поводу света, тут всё просто. Ультрафиолетовое излучение, которое есть в любом свете в разных количествах, способно бороться с бактериями. Со слов Сиегила я понял, что маги, пытающиеся найти управу на скверну, экспериментировали с магией света и методом проб и ошибок создали «святой свет». Однако эти маги понятия не имели, что такое ультрафиолетовое излучение. Они, по сути, работали вслепую. Однако я обладаю знаниями о земной науке и могу оперировать гораздо более сложными вещами, чем те, на что были способны маги Алондара.
Что же. Если я прав, то знаю два самых эффективных способа борьбы со скверной. Мощное и чистое ультрафиолетовое излучение. Я могу создать плетение, которое не будет тратить магическую энергию на обычный свет, в котором лишь мизерная часть нужного мне излучения. Вместо этого я создам чистое и мощное ультрафиолетовое излучение, которое будет намного эффективнее «святого света» и «света инквизитора». Что по поводу второго способа борьбы со скверной, тут всё просто. Это дезинфицирующие средство. Должен был подойти обычный спирт, но, как мне кажется, со этим ничего не выйдет. Ведь это вещество довольно широко распространено в Алондаре. Я уверен, маги, ищущие способы бороться со скверной, много с чем экспериментировали и скорее всего со спиртом тоже. Да и не все бактерии получится уничтожить с помощью этого вещества. Мне предстоит много работы. Первым делом я займусь самым простым. Создам максимально мощное и эффективное плетение для ультрафиолетового излучения.
Мои размышления прервал Сиегил своими словами:
— С большей частью нежити мы разобрались. Теперь пришло время найти и уничтожить филактерию.
После слов жреца мы начали подходить ближе к останкам древнего и могучего монстра. По форме скелета можно предположить, что при жизни он был птицей. И хоть «огненный дождь» рода Сарендар прошёлся по скелету монстра, тот, казалось, совершенно не получил повреждений. Что же, видимо, это было действительно очень сильное существо.
Подойдя к скелету вплотную, мы поняли, где именно находится филактерия. Прямо под останками могучего монстра, окружённое прозрачным барьером, словно сердце, билось чёрное нечто. Да, больше всего филактерия походила на бьющееся сердце чернильно–чёрного цвета. Это было отвратно и в какой–то мере завораживающе.
— Айзек, это у тебя вроде есть артефакт, позволяющий без проблем проникать внутрь барьера? Тогда пойди и уничтожь филактерию. Не хотелось бы повредить источник, — предложил Сиегил.
— А со мной ничего не случится? — нахмурил Айзек брови.
— После уничтожения филактерии она выпускает облако скверны. Однако она не успела поглотить достаточно магической энергии, и облако должно быть слабым. Если оно будет вообще. К тому же, скверна не сможет попасть в твоё тело, ведь ты находишься на ступени Мастера, — объяснил жрец.
— И ты точно в этом уверен? — с сомнением спросил аристократ.
— Абсолютно точно, — хмыкнул последователь Мельтаса.
Сощурив глаза, маг льда направился в сторону филактерии. Парню пришлось карабкаться буквально по кучам из костей, чтобы добраться до нужного места. Подойдя к барьеру, юноша достал из кармана кольцо, и когда он приложил его к призрачному барьеру, кольцо начало расширяться, пока не стало шириной с обруч. После этого Айзек пролез в образовавшееся пространство, оказавшись внутри. Парень стоял перед бьющейся чернильно–чëрной филактерией. Вытянув руку вперёд, Айзек создал ледяной клинок и проткнул им чёрный сгусток. После этого из филактерии вышло облако чёрного тумана, окружив Айзека со всех сторон. В панике парень, проскочив в дыру, созданную кольцом, бросился в нашу сторону, отмахиваясь от чёрного тумана.
— Да не бойся ты. Эта скверна тебе ничего не сделает. Так что не нужно сюда бежать! — крикнул Сиегил.
После слов жреца Айзек остановился. Прошла ещё минута, прежде чем облако скверны полностью рассеялось.
— Отлично, первая филактерия уничтожена. Осталось ещё две, — вздохнул Сиегил.
— Отлично сработано, — Ланс похлопал по плечу подошедшего Айзека.
— Такое ощущение, что вы с Айзеком давно знакомы, — заметил я, обратившись в Лансу.
— Так сложилось, что я долго путешествовал по миру и не смог удержаться и не посетить империю Кельтон. Свою настоящую родину. Как оказалось, в империи все презирают род Сарендар. Из всех представителей древних родов империи только Айзек был ко мне добр, — с печалью в голосе поведал Ланс.
— Но разве твой род не был изгнан? Если так, то почему тебя вообще туда пустили? — задал я вопрос.
— На самом деле всё довольно запутанно, — вздохнул Ланс.
Что же, если парень не хочет рассказывать, то это его дело. Я не собирался у него выведывать секреты рода.
— Кстати, Айзек. Как там та девушка, в которую ты влюблён? — спросил Ланс.
После его слов Айзек сжал кулаки до хруста, сказав:
— Она оказалась вурдалаком, который служит Личу.
Глаза Ланса расширились, и он сказал:
— Мне очень жаль, дружище.
На что маг льда ответил:
— Тут ничего не поделать. Меня обдурили. Нужно просто жить дальше и не повторять таких ошибок впредь.
После этих слов парни замолчали, пока тишину не прервал Сиегил:
— Мы справились и обошлись без потерь, — подвёл он итог. — Теперь пришло время отправляться к второй филактерии.
Все участники отряда кивнули, соглашаясь со словами жреца, и мы направились в сторону, где оставили лошадей. А далее продолжилась скачка в направлении следующего Источника. И только ближе к вечеру мы остановились на привал. Маги корпуса Меридиан разожгли костёр и уселись вокруг него. В это же время Айзек решил приготовить еду на всех. Как мне кажется, ему нравился сам процесс готовки. Ну а я уселся в стороне от всех. Мне хотелось заняться созданием плетения ультрафиолетового излучения.
Собственно говоря, узор, отвечающий за это излучение, присутствовал в большинстве плетениях школы света. Мне же оставалось вычленить этот элемент и значительно усилить. В этом не было чего–то сверхсложного.
Однако если не знать, за что именно этот узор отвечает, то и создать концентрированное ультрафиолетовое излучение не получится. Так что я неспеша начал процесс оптимизации плетения. Можно спросить, почему я так уверен, что более мощное фиолетовое излучение способно победить скверну? Всё просто. В свете падающем на землю и созданном благодаря плетениям присутствует довольно слабое ультрафиолетовое излучение. Однако этого слабого излучения хватает, чтобы ослаблять нежить. Так что я был уверен, что плетение, которое я создам, будет работать. Но это только в том случае, если я не ошибся с природой скверны. Хотя узнать точно можно только на практике. Так что сейчас не время для сомнений.
Представив всё подробно в голове, я начал плести нужные мне узоры, и вскоре у моей руки появился шарик, излучающий тëмно–фиолетовый свет. Всё–таки получилось. Теперь осталось добраться до второго источника и проверить свою теорию. Фиолетовый свет осветил темноту. Я не стал делать шарик фиолетового света слишком ярким, так как это излучение вредит глазам и коже. Конечно, мне придётся влить много энергии в это плетение, когда я буду проверять свою теорию на нежити. Так что вред здоровью неизбежен. Однако по возможности я хотел этого избежать. Все мы маги. И чем более высокая у мага ступень, тем крепче его тело и здоровье.
Фиолетовый свет привлёк внимание моих спутников, и, переговариваясь, те дружно встали и направились в мою сторону. Подойдя ко мне ближе, один из магов корпуса Меридиан спросил у меня:
— Мальчишка. Как ты смог изменить цвет светлячка? Никогда не слышал о подобном плетении.
— Ты о нём не слышал, так как до меня это плетение не существовало, — хмыкнул я.
— И что ты этим хочешь сказать? — спросил маг корпуса Меридиан.
— То, что только что я создал новое плетение.
После моих слов маги корпуса Меридиан дружно рассмеялась.
— То есть ты хочешь сказать, что слабак ступени Ученика способен создать новое плетение?
— Ты забыл добавить, что он ещё всего лишь мальчишка, — презрительно заметил ещё один маг.
— Я бы не стал над ним смеяться, — вдруг прозвучал серьёзный голос Айзека.
— И ты веришь в то, что мальчишка способен создать новое плетение? — хмыкнул тот маг, что совсем недавно надо мной насмехался.
— Я хочу сказать, что парень не просто так важен для Мельтаса. Да, у него низкая ступень. Однако это означает, что в нём есть что–то очень важное. Возможно, Рагнар так важен для Мельтаса, потому что является гением в создании плетений. Я в этом не уверен, это просто предположения, — объяснил Айзек.
— Мы уже который раз слышали, что мальчишка важен Мельтасу. Однако что если вы это придумали? Где доказательства? — нагло спросил мужчина.
— Как минимум то, что у Рагнара есть наследие Мельтаса, доказывает его важность для Первобытного, — ответил парень.
— Да что за вздор! Не может такого быть! — загалдели маги.
И я отлично понимал их реакцию. Уверен, многие из них ходили в храм Мельтаса, надеясь, что именно они будут теми самыми счастливчиками, которые получат его наследие. Однако Мельтас давал каждому из них от ворот поворот. И теперь появляется мальчишка на ступени Ученика, и оказывается, что у него есть наследие Мельтаса. Эти маги точно не поверят в подобное. Так что я вытянул правую руку вперёд, и на моей ладони загорелся золотом знак Мельтаса.
— Да как такое, Мелек его дери, возможно? — вновь зашумели маги.
Однако самое поражённое выражение лица было у Ланса. Как я понимаю, члены его рода уже много сотен лет не могли получить наследие Мельтаса. Так что парень затравленно смотрел на метку на моей ладони.
Когда возгласы со стороны магов поутихли, Айзек задал мне вопрос:
— Рагнар, расскажи, на что способно плетение, которое ты придумал.
— Существует вероятность, что оно будет ослаблять нежить более эффективно, чем «святой свет» и «свет инквизитора», — объяснил я.
После моих слов выражение лиц Айзека, Ланса и Сиегила стали изумлёнными. Лишь члены корпуса Меридиан мне не поверили.
— Это невозможно! Мальчишка, не смей шутить над такими вещами.
— Когда мы прибудем к следующей филактерии, мы и проверим, кто из нас прав. Конечно, может быть у меня ничего и не выйдет. Неудачи у всех случаются. Ну а если выйдет, надеюсь, вы наконец заткнёте свои рты и научитесь банальному уважению.
Сказав это, я снова уселся и начал тренировать плетение, которое решил назвать «фиолетовым светом».

* * *

На следующий день мы вновь оседлали лошадей и поскакали в сторону источника. Так незаметно прошло три дня пути. С утра до наступления темноты быстрая езда, а вечером накопившаяся за день усталость не позволяла заниматься чем–то серьёзным. Мне не нравилось такое времяпрепровождение. Из–за долгой езды на лошади не оставалось времени на развитие магического искусства или тренировки создания плетений. Но всё когда–то заканчивается, и мы наконец добрались до второго источника. Пришло время проверить верность моей теории и будет ли работать созданное мной плетение «фиолетового света».

Глава 14 

Привязав лошадей к стволам деревьев, я в составе отряда боевых магов отправился вглубь леса, к поляне, на которой находился захваченный источник. Чем глубже мы заходили в лес, тем больше я чувствовал концентрацию энергии, разлитой вокруг меня. Насколько я знал, магические источники Аспии считались слабыми. А уж если это слабый источник, то сложно представить, насколько много магической энергии разлито в местах, где находятся действительно сильные.
Вскоре мы вышли на поляну, в середине которой стояло высокое и могучее дерево. Судя по всему, именно оно и источало магическую энергию. И вновь я увидел множество скелетов и зомби. Всё было так же, как и на первом источнике. Как только мы появились, вся нежить одновременно повернула головы в наши стороны и начала к нам приближаться. Но в этот раз среди уже привычного вида нежити стояло несколько высоких худых фигур в развевающихся рваных мантиях. В руках они держали деревянные посохи, а в глазницах черепов горел багровый огонь.
— Это личи? — спросил я шёпотом у жреца.
— Да, — ответил тот, — только это не полноценные личи, а скорее слабые копии своего хозяина. Но тем не менее, очень неприятные противники…
— Ну же, парнишка. Покажи, на что способно твоё плетение, — усмехнулся один из представителей корпуса Меридиан. Кстати, по–моему, именно он больше всех возмущался моей «наглостью».
Все, в том числе и я, поставили базовые щиты, а скелеты начали свой бег в нашу сторону. Что ж. Настало время проверить свои силы и показать, на что способен «фиолетовый свет». Доказать невеждам из корпуса Меридиан, мнящим себя великими магами, что Ирос Валленштайн… или, правильнее сказать, Рагнар, слов на ветер не бросает.
Вытянув руки вперёд, влил сразу половину резерва в созданное мной плетение. Я понимал, что являюсь всего лишь Учеником и, чтобы нежить ступени Адепта пострадала от меня, нужно постараться.
Я создал нужные узоры, и над моей головой засветился сгусток тëмно–фиолетового света размером с арбуз. В этот момент скелеты неожиданно остановились и один за другим начали опадать на землю горками белых костей. Их конечности тряслись и дëргались словно в припадке какой–нибудь нервной болезни. Складывалось впечатление, что они потеряли управление над своими телами. И тогда мне в голову пришла очень интересная мысль. Возможно, именно с помощью скверны Лич управляет нежитью. И эти бактерии способны передавать информацию, а после того, как я их уничтожил ультрафиолетовым излучением, больше нечему давать нежити команды.
Всё это однозначно требует осмысления. Однако сейчас я был занят поддержанием «фиолетового света».
— О десятеро. Как такое возможно? — изумился Сиегил.
Мой компаньон был жрецом Мельтаса. Одним из тех, кто тысячелетия боролись с нежитью. Кто, как не он, осознавал, насколько невероятно плетение для борьбы со скверной, которое я создал.
— Мельтас никогда не ошибается! — с широко открытыми глазами пробормотал Ланс.
— Этого не может быть! — находясь в шоке, практически хором произнесло несколько магов из корпуса Меридиан. Надо отдать мне должное, я всё же сумел удивить неверующих в меня…
Однако сейчас было не время для удивления. Хоть скелеты и упали мёртвым грузом, в свою очередь, зомби ослабли, но всё равно ещё были на ногах. К тому же, их поддержал единственный оставшийся целым лич. Все остальные рассыпались в прах. Так что с посоха срывались тёмные сгустки и летели в нас. Однако щиты Инеаля выдержали атаку, а двумя «огненными шарами» маги превратили противника в костёр. Но тут в нашу сторону устремились зомби. Никто не ожидал от вечно медлительных живых мертвецов подобной прыти. Тем более, здесь расстояние между нами и нежитью было меньше, чем у прошлого источника, и Ланс не успел активировать атаку по площади с помощью артефактных «браслетов огненного дождя». Перед руками парня появились красные круги с пентаграммами, но уже было слишком поздно. Зомби опередили его и успели добраться до нас.
— Защищайте мальчишку! — крикнул Сиегил, отправляя «огненный шар» прямо в голову накинувшегося на него зомби.
Раздался громкий взрыв, и обгорелое тело мертвеца упало на землю тяжким грузом. Однако не все маги корпуса Меридиан успевали убивать подобравшихся близко к ним противников. Прямо передо мной маг вытянул руки вперёд, пытаясь создать плетение «огненного шара», но ему не хватило времени. Зомби впился ему в шею, разрывая плоть своими челюстями. От чего тот начал истошно кричать. Из его шеи забил фонтан крови, и в итоге он завалился на бок, издав последний предсмертный хрип.
Защиты ради по обе стороны от меня встали Айзек и Ланс. Гордый представитель рода Тоширан создал плетение, в результате которого над его головой появилось множество ледяных шипов. Юный потомок рода Сарендар, в свою очередь, создал по «огненной плети» на каждую руку. Эти два родовитых товарища были твёрдо намерены защитить меня от любой угрозы.
Сразу три зомби направились в нашу сторону. Ланс не стал ждать, когда они подойдут ближе. Резко взмахнув руками, он обмотал двумя плетьми тело ближайшего к нему противника. Гнилое тело зомби начало тлеть. Я почувствовал запах горелой плоти. Будучи неспособным двигаться, он издавал нечленораздельные звуки. Со временем «огненная плеть» всё глубже прожигала тело ожившего покойника.
В это самое время Айзек отправил ледяные шипы в двух живых мертвецов. Снаряды пробивали тела зомби насквозь, но те всё равно продолжали медленно идти в нашу сторону. Тогда Айзек сделал пасс рукой, и ноги обоих противников покрылись коркой льда. Постепенно лёд распространялся по телам нежити, замораживая мёртвую плоть, пока наконец оба зомби не превратились в глыбы льда.
— Вот что значит родовая татуировка «дыхания морозного дракона», — похвастался Айзек.
Его родовая татуировка действительно впечатляла. По–видимому, с её помощью можно было в самые короткие сроки превратить любого противника в замëрзшую статую. Действительно грозное оружие в руках мага льда.
Однако битва продолжалась. Маги корпуса Меридиан метали «огненные шары», которые взрывались, попадая в тела зомби. И неожиданно поле боя озарил «свет инквизитора», созданный Сиегилом. Я вновь почувствовал спокойствие и умиротворение, вызванное плетением. Почувствовав на себе «свет инквизитора», зомби протестующе замычали. А я тем временем решил помочь своим компаньонам и влил оставшуюся половину резерва в «фиолетовый свет». Большой светлячок создал мощное ультрафиолетовое излучение. «Свет инквизитора» и «фиолетовый свет» наслоились друг на друга, и случилось неожиданное. Зомби начали шататься из стороны в сторону и терять координацию.
— Уничтожим их всех, пока они не способны сопротивляться! — выкрикнул Сиегил.
Подхватив зов жреца, остальные маги воспряли духом и начали создавать свои самые мощные плетения. В атакующую нас нежить полетели «огненные шары». Айзек, в свою очередь, создал множество ледяных шипов, которые присоединились к огненным заклинаниям. Вокруг Ланса было создано сразу несколько «огненных копий», каждое из которых нашло свою цель. Прошло не так много времени, прежде чем все зомби и скелеты вернулись туда, откуда появились. В землю!
— Скольких мы потеряли? — спросил Сиегил у мага из корпуса Меридиан.
— Всего двое наших магов погибли.
— А если бы не мальчишка, то погибло бы гораздо больше людей. Мельтас не зря его выбрал. Рагнар совершил то, на что не были способны сильнейшие маги Алондара, создав более эффективное плетение для борьбы с нежитью.
Однако слова Сиегила прервал дикий и пугающий визг, после которого мне стало понятно, что мы уничтожили ещё не всех противников. Вскоре из–за дерева выплыло нечто. Тело этой нежити было прозрачно и парило над землей. Я вспомнил Бестиарий и похолодел. Читал об этой твари. Перед нами был призрак, или, иначе говоря, баньши. Открыв свою призрачную пасть, она издала очередной оглушающий и звонкий визг. Вскоре после этого маги корпуса Меридиан начали прерывисто дышать с широко открытыми глазами. Прошло ещё немного времени, и маги один за другим как будто обезумели, крича и бегая по поляне, натыкаясь друг на друга и не замечая никого вокруг. Лишь Сиегил, Айзек и Ланс могли хоть как–то сопротивляться способности нежити наводить страх. Возможно, на них не подействовал так сильно крик баньши, так как они втроём находились на ступени Мастера.
Однако несмотря на то, что мои компаньоны всё ещё оставались в здравом рассудке, было видно, что навык баньши на них тоже повлиял. Все три Мастера прерывисто дышали и, судя по всему, хоть и не метались по поляне, но совершать какие–то осмысленные действия, тем более атаковать, были не способны. Лишь на меня одного абсолютно не подействовал крик призрака.
Я понятия не имел, почему на меня не действует данная особенность этой нежити. Однако всё равно был несказанно рад, что не ношусь по поляне как угорелый, крича от паники.
В это время Сиегил и Ланс немного пришли в себя и наконец сообразили, кто остался сейчас их главным противником. Как можно скорее нужно уничтожить баньши. Так что эти два товарища начали создавать множество плетений «огненных шаров» и отправлять их в полёт. Однако снаряды пролетали сквозь призрака, не причиняя ему никакого вреда.
— Его не победить обычными магическими атаками! — крикнул Сиегил в отчаянии.
В это время остальные участники отряда вели себя всё более и более безумно. Кто–то из них бормотал что–то нечленораздельное, кто–то истошно кричал, но были и те, кто сражался с невидимыми врагами.
— Раз обычные магические атаки не работают, то подействует мой родовой артефакт, — сказал Айзек, достав чёрную рукоять от меча с элегантной гардой. Однако самая главная деталь, а именно — сам клинок, здесь отсутствовала. Вытянув руки с рукоятью вперёд, Азйзек воскликнул:
— Явись, родовой клинок льда Тоширан!
После слов Айзека из чёрной рукояти начало вырастать голубое ледяное лезвие. Медленно, сантиметр за сантиметром. Лишь через несколько минут клинок материализовался полностью. Когда это случилось, Айзек бросился в сторону баньши, которая в очередной раз открыла пасть, готовясь издать свой сводящий с ума крик, и пронзил её прозрачное тело ледяным клинком. Сначала мне показалось, что артефакт нисколько не навредил нежити.
Однако вскоре вдоль прозрачного тела призрака начала образовываться ледяная корка. Увидев это, я пришёл в замешательство. Баньши ведь не материальна. Каким образом она тогда покрывается льдом? Этого я никак не мог понять. Вскоре призрак превратился в одну ледяную глыбу. Лишь когда это случилось, маги корпуса Меридиан наконец начали приходить в себя от безумия. Чтобы вернуть себе относительную адекватность, у них ушло целых полчаса. Хмурые и вымотанные маги собрались в группу, в центре которой находился Сиегил. Жрец Мельтаса посмотрел на меня и сказал:
— Рагнар, ты сумел создать невероятное плетение школы света, совершенно новый и гораздо более эффективный способ борьбы с нежитью, чем «свет инквизитора». И это при том, что ты всего лишь Ученик. Трудно представить, на что будет способен маг на более высоких ступенях могущества, используй он твоё плетение. Однако ты же понимаешь, что обязан поделиться знаниями по созданию плетений с Орденом Меридиан и, конечно, с королём Анаераса? Подобное плетение бесценно! Оно поможет бороться со скверной намного успешнее.
— Отказываюсь, — хмыкнул я.
— Но почему? — возмутился Сиегил.
— Потому что я никому ничего не обязан, — ответил серьёзным тоном.
— Но Рагнар… Пойми. Твоё плетение способно спасти огромное количество жизней. Оно поможет с уничтожением скверны по всему миру, — возбуждëнно начал убеждать меня Сиегил.
— Я, конечно, мог бы помочь, — признался я. — Но тут вдруг узнал о том, что кому–то что–то обязан, и желание помогать резко пропало, — хмыкнул я.
— Хватит издеваться над нами, мальчишка! — возмутился Айзек.
В ответ я смерил его скептическим взглядом. Честно говоря, уже изрядно надоело, что все постоянно считают меня каким–то маленьким ребенком.
— Ты по возрасту, кстати, недалеко от меня ушёл, — сообщил я ему, — так что, по сути, такой же мальчишка. Непонятно, почему ты всё время пытаешься изобразить меня глупым несмышлëнышем. Ещё раз напомню, глупому мальчишке Мельтас своё наследие не даст! В принципе, я могу поделиться знаниями об этом плетении, однако тогда ты и Ланс должны научить меня рунам своих родов.
— Рагнар, это невозможно, — возмутился Айзек, судя по всему, пропустив мимо ушей мои слова о возрасте. — Мы с Лансом давали клятву, что не будем кому–либо показывать руны наших родов. Мы не имеем никакого права выдавать секреты рода, да и физически не можем нарушить данную клятву!
— Ну, тогда и я не имею никакого права выдавать свои секреты, — хмыкнул я, демонстративно отворачиваясь.
— Он просто издевается, не нервничайте вы так, — спокойно заметил Ланс.
Но ведь в самом деле я прав. Одно дело — попросить о помощи, но тут мне заявили, что я, оказывается, им должен. Обязан передать плетение, которое создал своими же руками. Ну не наглецы? Так–то у меня было желание помочь. Даже больше скажу. Мне, видимо, придётся поделиться плетением, слишком уж оно важно в контексте целого мира. Однако кто мне запретит помучить Сиегила и остальных магов напоследок? Пожалуй, никто. Я, собственно говоря, в своём праве.
— Ладно. Пожалуй, мы это потом обсудим. Сейчас важнее всего уничтожить филактерию, чтобы не дать личу получить ещё больше магической энергии, — вздохнул Сиегил.
После слов жреца мы дружно направились в сторону крупного дерева. Его ветви были широки, а листва густа. И в самом центре ствола находилось дупло, в котором удобно располагалась филактерия. Эта штука выглядела как чёрное пульсирующее и слизкое нечто. Собственно, как и прошлая филактерия, которую мы уже уничтожили.
В этот раз вокруг нашей цели не было барьера, видимо, потому что дупло было отлично защищено. Так что Сиегил решил лично расправиться с мёртвой заразой.
Подойдя к дереву ближе, Сиегил протянул руку внутрь и достал наружу пульсирующий, как сердце, чёрный шар. В ладони жреца Мельтаса запылало пламя, и вскоре филактерия была сожжена. Чёрное облако скверны окутало жреца, не принося тому вреда. Вскоре оно начало растворяться в воздухе, пока полностью не исчезло. Когда это произошло, Сиегил торжественно произнёс:
— Ну что же. Благодаря нам вторая филактерия уничтожена. Осталась ещё одна, и мы сможем ослабить лича. Седлайте коней. Мы отправляемся!

Глава 15 

В тёмной пещере было тихо. Пугающая тишина как будто заполняла собой всё окружающее пространство. Лишь капли воды, разбиваясь об изъеденный временем каменный пол пещеры, да шорох лапок случайно заглянувшей крысы нарушали эту мёртвую тишину. В центре пещеры на большом камне причудливой формы сидел тот, кем матери Алондара пугают своих детей, если те не слушаются. Тот, с кем сейчас воевали маги Алондара. Лич, совершенное существо иного порядка, которое возрождается в теле мёртвого некроманта.
Чем сильнее некромант был при жизни, тем мощнее будет Лич. А конкретно у этого был огромный потенциал, ведь некромант, в теле которого он возродился, находился на ступени Бессмертного. При жизни этот маг был пугающе силен, а если дать личу развиться, тот станет ещё сильнее.
Конечно, магам такой ступени нечего было делать во вшивой стране, находящейся на задворках мира. И из поглощённого сознания умирающего мага Лич знал историю своего создателя. Тот не собирался оставаться в этом королевстве, случайно оказавшись в нём. А ведь сначала всё это казалось очень удачной мыслью. Он бежал от своих врагов, которые практически убили его, и выжил тогда лишь чудом. Просто хотел передохнуть и восстановиться, чтобы потом отомстить своим врагам! Аспия подвернулась очень кстати.
Но провидение решило по–другому. Он совершил ошибку и погиб в сражении, которое считал уже выигранным. Недооценил своего соперника. А после поражения уже произошло то, чего тайно желают и боятся все некроманты. Из его тела благодаря силам магии смерти появилось новое существо. Жалел ли тот некромант об этом? Лич не знал об этом! Тем более, этот неудачник сейчас дал жизнь могущественной сущности. Он переродился в нечто гораздо большее, чем был в своей прошлой жизни. Получил в своё распоряжение огромную силу, которая пока дремала, но, пробудившись, могла сделать нового хозяина этого тела одним из сильнейших личей в Алондаре. И Лич думал, что уже всё сделал для этого.
Однако он ошибался. Людишки снова и снова мешали его планам. Две из трёх филактерий уничтожены. Он нашёл для них хоть и слабые, но всё же источники магии, которых было не так много в этом вшивом королевстве. Если бы филактерии оставались на своих местах, то восхождение Лича в могуществе было бы гораздо быстрее и качественнее. Увы, эти людишки уничтожили то, что он так бережно создавал. Но ничего. Никто не знает, где находится логово. Так что местные маги никогда не смогут его найти. Сейчас он был уязвим даже для слабых магов местного Корпуса Меридиан, но за пару десятков лет поглощения энергии, что разлита в округе, его тело станет практически неуязвимым, а сила достигнет тех ступеней, на которых жалкие бездари местного королевства, гордо именуемые магами, ничего не смогут ему сделать. И тогда все они, все живущие в Аспии будут превращены в послушную нежить. И вот тогда начнётся его восхождение. Да будет так!
Стоит отметить, что личи способны наблюдать за происходящим через свою нежить. Так что все прошедшие захваты хозяин пещеры имел возможность видеть со стороны. Так что он видел, как парнишка, находящийся на ступени Ученика, применил совершенно новое и гораздо более эффективное плетение школы света. Может быть это была лишь удача, случайная находка мальчишки, но если нет? Вдруг мальчишка в будущем придумает что–то ещё более смертоносное, что может повредить планам Лича? Этого нельзя было допустить. В его планах не должно появиться неучтённых факторов. Пока третья филактерия ещё не была уничтожена, хотя враги уже спешат к ней. Если разыграть всё правильно, то члены отряда не смогут защитить мальчишку. Интуиция бывшего некроманта говорила о том, что устранить пацана будет самой правильной идеей. Нельзя позволить парню жить! А если попробовать подчинить его себе… Но это уже мечты. Вряд ли спутники дадут это сделать даже с мёртвым телом. Они слабы, но далеко не глупцы!
Хоть личность лича и была рождена не так давно, но в его распоряжении был огромный жизненный опыт, оставленный прошлым владельцем этого тела. И часть сознания могучего некроманта Азенда Россела слилась с новым, появившимся благодаря некротической энергии сознанием лича. А ведь Азенд Россел был убит никем иным, как Валнаром Валленштайном. Некромант был сильнее Валнара на целых две ступени, и если бы не его спесь и чувство превосходства над противником, то он вполне мог выжить в той схватке или даже победить. Но нет, из–за свой глупости и нежелания здраво оценивать возможности противника некромант теперь мёртв, но дал жизнь возродившемуся из его тела личу, который не собирался повторять прошлых ошибок.
Если, конечно, само существование лича вообще можно назвать жизнью. Так что нынешний владелец пещеры был крайне рад, что некромант оказался таким глупцом, И он не собирался повторять ошибок Азенда Россела. Недооценивать мальчишку нельзя. Хоть тот всего лишь Ученик, но в будущем мог стать смертельно опасным врагом. Пора подготовить смертельную ловушку для парня.

* * *

До последней, третьей филактерии мы добирались целую неделю. Это путешествие изменило моё прежнее восторженное мнение об удовольствии от использования лошадей в качестве средства передвижения. Когда это делаешь каждый день по восемь–десять часов, пусть и с небольшими перерывами, это превращается в настоящее испытание силы воли. По крайней мере для меня. От постоянной скачки я натёр себе всё, что только можно. Так что, когда мы наконец оказались на месте назначения, я был крайне рад тому, что эта сумасшедшая скачка закончилась.
— Впереди нас ждёт последний захваченный источник. В своё время здесь устроили общую могилу для аспийских магов, погибших в Великой Войне за Господство. В результате их средоточия, которые, как вы знаете, после смерти мага не сразу умирают с ним, усилили этот магический источник. Надо отдать должное мёртвой твари, он выбрал очень привлекательное место под последнюю филактерию. — объяснил Сиегил.
Когда весь отряд спешился и привязал лошадей к деревьям, мы дружной толпой направились в направлении, указанном Сиегилом. После десяти минут ходьбы нам пришлось подниматься на огромный холм, густо заросший кустарником и невысокими, но какими–то колючими деревцами. Когда наш подъëм наконец завершился, перед нами открылось просторное плато. Да уж, могли бы и получше придумать место для братской могилы. Тем более, погибшие заслужили память в веках, а не быть похороненными безымянными в каком–то непонятном месте, забытом богами и людьми. Но свои мысли на этот счёт я, конечно, не стал озвучивать.
На плато нас уже ждала хорошо знакомая мне нежить. Тут как обычно были скелеты и зомби. Но не это было основной проблемой. В центре этого мёртвого воинства на каменистой земле сидело какое–то жуткое создание невероятных размеров. Память мне подсказала что это такое. Поганое творение некромантии. Химера.
Она была как будто сшита из множества кусков различных монстров, словно тут поработал сумасшедший кукольных дел мастер. У этой твари были тело медведя, задние копыта кабана, передние лапы волка и морда орла. Сюда можно было добавить достаточно большие полусгнившие крылья. Один вид этого уродства вызывал дрожь. К тому же, пропорции всего тела были нарушены, из–за чего химера выглядела ещё уродливее. Но больше всего меня поразил массивный шар из кроваво–красного минерала в центре груди нежити, судя по всему, служившего ей источником, поддерживающим существование. Своеобразное сердце химеры.
Но какое мне дело, уродлива химера или нет? Главное — знать её боевой потенциал. И судя по всему, это был самый опасный противник из тех, кого мы встречали в последнее время. Что ж, вскоре мы узнаем, на что способно это Мелеково отродье.
Мы медленно тронулись вперёд. И как ни странно, монстр заметил нас гораздо раньше, чем обычная нежить, медленно гулявшая вокруг него. Глаза у орлиной морды вспыхнули багровым светом. Тяжело поднявшись, тварь, медленно и неуклюже переставляя ноги, поплелась в нашу сторону. Я присмотрелся. Химера находилась на ступени Мастера. Так что для наших трёх бравых Мастеров победить тварь не должно быть проблемой.
Наконец зомби и скелеты обратили на нас своё внимание и последовали примеру химеры, направившись в нашу сторону. Только скорость их передвижения была гораздо выше, чем у неё.
— Айзек, Ланс. Вы будете рядом со мной. Как и Рагнар. Ваша задача заключается в том, чтобы не дать остальной нежити помешать мне уничтожить ядро Химеры. А также защитить Рагнара от угрозы со стороны нежити. Все остальные, рассредоточьтесь вдоль плато и покончите с мерзостью, которая сейчас находится на ней. И смотрите, чтобы к нам прорвалось как можно меньше тварей.
— Как скажешь, — кивнул Айзек.
Маги кивнули и отправились выполнять приказ. Спустя несколько минут на нежить обрушились «огненные шары» и прочие весьма эффективные заклинания. Спешащие к нам зомби и скелеты вынуждены были замедлиться и обратить своё внимание на новых противников. По всему плато замелькали огненные вспышки взрывов, бьющих во врагов.
Айзек и Ланс стали с обоих сторон от меня, активируя свои плетения. Представитель рода Тоширан создал над своей головой несколько десятков сосулек и отправил их в полёт в сторону приближавшейся к нам нежити, не заинтересовавшейся другими магами. Сосульки протыкали скелетов и зомби, уничтожая их. Ланс, в свою очередь, в каждой руке создал по «огненной плети». Сделав взмах, представитель рода Сарендар атаковал мёртвых врагов с помощью своих плетей. При соприкосновении со скелетами и зомби они прожигали их тела насквозь.
Пока два молодых Мастера уничтожали подошедших близко к нам тварей, а остальные маги сражались с основной массой зомби и скелетов, отвлекая их, Сиегил решил сразиться с самым сильным противником. Создав плетение «огненного шара», жрец Мельтаса выстрелил им в ядро из красного минерала в теле химеры, которая была уже в шагах пятидесяти от нас. «Огненный шар», врезавшись в цель, взорвался. Однако минерал оказался так крепок, что на нём не осталось даже царапины. Тогда Сиегил начал отправлять в полёт другие «огненные шары», параллельно уводя химеру в сторону, подальше от основного боя. А на плато тем временем развернулось настоящее сражение. Маги корпуса Меридиан в этот раз смогли показать свои способности в полную силу. Я же решил пока не использовать «фиолетовый свет». Лучше подожду удачного момента. Какой смысл тратить магическую силу, раз мы всё равно одерживаем верх?
Тем временем Сиегил уже увёл химеру на край плато. Судя по всему, он осознал, что ни один его «огненный шар» не смог нанести нежити урон. Создав такие же «огненные плети», что и у Ланса, жрец Мельтаса обвил ими две передние конечности химеры. Огонь прожигал плоть, однако делал это настолько медленно, что понадобилось бы слишком много времени, чтобы нанести серьёзный урон уродливому созданию некромантии. Тогда он начал создавать новое плетение, и делал это крайне медленно. Это означало, что плетение Сиегила было намного мощнее тех, что он использовал до этого. Однако хоть химера и подбиралась к жрецу медленно, но всё равно на создание плетения оставалось не так много времени.
Вскоре над головой Сиегила начала появляться «огненная стрела», которая была примерно метр в длину. Её наконечник представлял собой клубящееся багровое пламя. Когда плетение было закончено, Сиегил отправил стрелу в полёт, и та на огромной скорости врезалась в ядро Химеры. В итоге взрыв был настолько мощным, а вспышка во время его такой яркой, что я невольно закрыл глаза. Открыв их, увидел, что огонь спал и в этот раз жрец добился успеха. Присмотревшись, заметил, что по ядру химеры пошли трещины. Однако уничтожить его так и не получилось.
Осознав, что нужно закрепить свой успех, Сиегил вновь начал создавать то же самое плетение. Однако даже с этого расстояния я видел, как пот ручьями стекает с его лица. Видимо, это заклинание было невероятно затратным и сложным, раз даже Мастер испытывал трудности в его использовании дважды подряд. Когда «огненная стрела» была полностью сформирована, она вновь была отправлена в полёт. На огромной скорости врезавшись в ядро, стрела произвела мощный взрыв, от которого у меня заложило уши. В этот раз плетение «огненной стрелы» стало ещё мощнее. Когда пламя улеглось, перед нами предстала такая картина. Ядро Химеры было уничтожено. Сама химера валялась гнилым куском мяса. В это же время Сиегил лежал на земле, видимо, окончательно исчерпав все свои силы.
— Жрец! — крикнул Айзек, и мы втроём подбежали к лежащему жрецу. Сиегил выглядел совершенно истощённым. Он прерывисто дышал, по бледному лицу стекал пот.
— Я справился, Мелек всех вас дери, — выдав кривую ухмылку, сказал мужчина.
— Уважаемому жрецу Мельтаса не престало ругаться как сапожник, — хмыкнул я.
— Иди к Мелеку, наглый мальчишка, — съязвил жрец Мельтаса.
— Я рад, что ты в порядке, — улыбнулся я краем рта.
За то время, что мы сражались вместе, я успел прикипеть к этой троице.
— Кстати, Сиегил. Не расскажешь, как ты одолел эту тварь? — спросил я с интересом.
— Тот красный шар, сделанный из минерала, который находится в центре химеры — это ядро. Оно отвечает за симбиоз её частей тел. Ведь Химеры создаются с помощью объединения тел различных монстров. У каждого лича после перерождения появляются знания, как создавать химер и другую нежить. На самом деле я не знаю, как, Мелек его дери, это работает. Так вот, ядро Химеры сделано из одного из самых крепких минералов в мире. Он называется Кравером. Однако даже не спрашивай, каким образом личи способны трансмутировать такой невероятно редкий минерал в таких объёмах. Ведь я не знаю ответа на этот вопрос. Да и вряд ли кто–то из живых это знает.
— Понял тебя, — ответил я, чуть погодя добавив, — твоя «огненная стрела», кстати, крайне хороша.
— На самом деле это всё детские забавы по сравнению с теми стрелами, которые способны создавать эльфы Анаераса, — хмыкнул Сиегил.
Я кивнул. Дед мне тоже рассказывал об этой расе и их магических способностях. Эльфы Анаераса были искусны в создании магических стрел. А если у эльфа ещё будет артефактный лук, то он становился пугающе сильным.
— Сейчас я немного отдохну, и пойдём уничтожать филактерию, — чуть погодя добавил Сиегил. — Как там наши маги?
К нам подошёл один из Меридиан. Вид у него был хмурым. Все зомби и скелеты уже были уничтожены, но выяснилось, что мы потеряли ещё троих магов. Всего из пятнадцати бойцов, выехавших вместе с нами, осталось десять. Сейчас они стояли в стороне и молча наблюдали за нами.
Прошло ещё пять минут, и вот наконец Сиегил, с трудом поднявшись, направился в сторону барьера, внутри которого находилась филактерия.
— Айзек, — позвал он. — Используй свой артефакт и принеси мне филактерию.
Сказано, сделано. Представитель рода Тоширан с помощью своего расширяющегося кольца попал внутрь барьера и вынес оттуда чёрную пульсирующую филактерию. Получив в руки чёрный шар, Сиегил создал пламя в руке, которой держал его. Однако на этот раз вместо того, чтобы растаять, филактерия вдруг начала стремительно раздуваться.
— Рагнар, активируй кольцо! — издал жрец истошный крик.
Я машинально влил магическую энергию в кольцо, и за мгновение моё тело покрылось слоем огня. Раздувшись до размеров арбуза, филактерия взорвалась, и всё пространство вокруг залила густая чёрная скверна.

Глава 16 

Вокруг меня была сплошная темнота. Тягучая и пахнущая гнилью. Я совершенно ослеп, ничего не было видно, однако слух работал отлично. Я слышал крики боли и отчаяния, которые, судя по всему, принадлежали магам корпуса Меридиан. Эти вопли всё не затихали и со временем перешли на хрипы. Однако, несмотря на то, что, в отличие от моих спутников, я был всего лишь Учеником, всё же не ощущал никаких плохих изменений в своём теле. Не было ни боли, ни каких–то других ощутимых последствий. Просто темнота. Видимо, всему виной артефактное «кольцо огненного покрова». Не будь его, жизнь Ироса Валленштайна скорее всего оборвалась бы в один миг.
Мгла, ослепившая меня, продержалась в течение получаса и лишь потом начала исчезать. Клубы чёрного тумана постепенно рассеивались, а когда скверна наконец окончательно растаяла, передо мной предстала ужасная картина. Маги корпуса Меридиан, которые совсем недавно были абсолютно здоровыми, сейчас валялись на земле в виде сгнивших кусков плоти. Одежда просто растворилась, и поэтому все тела были обнажёнными. Их кожа почернела, а гнилостный запах вызывал рвотные позывы. Создавалось впечатление, что они просто сгнили заживо. Так выглядели все, кто находился на четвёртой Продвинутой ступени. В это же время те, кто был уже на пятой ступени Духа, имели несколько иной вид. Их одежда тоже исчезла, но сами они покрылись язвами, из которых сочился гной. И лишь три Мастера, казалось, абсолютно не пострадали от внезапной атаки. Сиегил, Айзек и Ланс. Они стояли недалеко друг от друга с поникшим видом и с ужасом смотрели на то, что натворила скверна. Даже жрец, по–моему, был шокирован тем, что произошло.
— Чтоб ты сдох, Лич проклятый! — выругался Айзек, наконец нарушив молчание.
— Столько магов, подающих надежды, загубили, — каким–то обречённым голосом добавил жрец Мельтаса.
И лишь Ланс ничего не говорил, однако по его лицу было видно, насколько сильно он переживает за происходящее.
— Но почему с вами всё в порядке? — спросил я у своих товарищей по команде, оторвавшись от невесёлых размышлений.
— Понимаешь, Рагнар, — ответил Ланс. — Мастера сделаны из другого теста. Это лишь кажется, что между ступенью Духа и Мастером всего одна ступень. На самом деле многие маги не способны преодолеть порог между ними в течение множества десятков лет…
— Мастера имеют гораздо более высокую защиту от скверны, чем ступени пониже, — с печалью добавил Сиегил.
— А как же я? Всё дело в кольце? — мой вопрос прозвучал риторическим.
— «Кольцо огненного покрова» — это щит магов, начиная со ступени Повелителя. Он универсален, и мага с подобной защитой крайне сложно одолеть. Именно поэтому артефакт, способный дать такой щит даже Ученику — это уникальное сокровище.
Пока жрец говорил, лицо Ланса менялось от изумлëнного до задумчивого. И, посмотрев на меня своими серыми глазами, он произнёс:
— Гордись, Рагнар. Ты столько важен для Первобытного Мельтаса… Это великая честь, так что не смей подвести его. Иначе… — его голос и выражение лица изменилось на яростное, — иначе ты сильно пожалеешь о содеянном.
— Ланс, я ни за что не подведу Мельтаса. Он мой Первобытный. Я буду служить ему до самой смерти, — смиренно ответил я, но в конце фразы мой тон изменился. — Однако это касается лишь Мельтаса. От остальных я не собираюсь терпеть в свой адрес угроз. И твои слова могу оправдать только твоей молодостью!
Мне показалось, что Ланс немного смутился. Видимо, тон моих последних слов впечатлил наследника древнего рода. А ведь на самом деле я соврал. Я буду выполнять поручения Мельтаса только до тех пор, пока они не идут в разрез с моими планами. Так было и так будет всегда. Зачем я соврал? Всё просто. Во–первых, не хотел спорить с этим сумасшедшим фанатиком. И во–вторых, мне нужны руны. Если этот представитель рода Сарендар узнает мои истинные мысли, то рун мне не видать как своих ушей. И тем не менее, я не собирался даже ради этого выслушивать нотации и угрозы от кого бы то ни было.
— Что нам теперь делать? — спросил Ланс потерянным голосом.
— Продвинутых магов уже не спасти. А чтобы помочь магам ступени Духа, мы должны запросить помощь у Анаераса, — объяснил Сиегил.
После этих слов он достал переговорный артефакт и дал команду кому–то из корпуса Меридиан забрать тех, кто пострадал от скверны.
— Нас осталось мало. Наверное, мы теперь не сможем убить лича. Кто займётся его устранением вместо нас? — задал я резонный вопрос после того, как жрец убрал переговорный артефакт.
После моих слов три Мастера посмотрели на меня с нескрываемым удивлением.
— С чего ты взял, что мы вообще собираемся его убивать? — спросил Ланс, поразив меня этим вопросом до глубины души.
— Но как же. Мы же боремся с личом. Очевидно, что наша цель — уничтожить его, — возразил я с непониманием в голосе.
Тогда мужчина, глубоко вздохнув, ответил:
— Рагнар, лич может находиться где угодно, и найти его не представляется возможным. Нашей задачей было максимально ослабить лича, уничтожив все его филактерии. Тем самым мы отодвинули процесс повышения его могущества на неопределённый срок. Понятное дело, однажды он обретёт гораздо больше силы, и тогда произойдёт катастрофа. Однако мы сделали что могли. На большее мы пока просто не способны.
— Но разве не существует плетений или артефактов, способных показать местонахождение лича? — спросил я, поникнув.
— Нет, Рагнар. Никто на это не способен. Именно поэтому личи настолько страшные противники. Ведь они воюют с помощью созданной нежити, в то же время поглощая магическую энергию в тайном месте, тем самым развиваясь. Поэтому получается, что, не уничтожив все филактерии, окончательно убить лича не представляется возможным. Но даже если их уничтожить, найти его убежище невероятно сложно. Так что да. Личи — это бич всего Алондара.
Эта информация повергла меня в шок. Мы сделали столь многое. Уничтожили все три филактерии. Потеряли при этом кучу талантливых магов. А теперь я узнаю, что всё это напрасно? Нет уж! Так не будет! Я найду способ отыскать лича. Я, Ирос Валленштайн, никогда не сдавался и никогда не сдамся! У меня есть библиотека научных книг с Земли. У меня есть мои знания. Я, в конце концов, не самый тупой на свете человек. Так что обязательно найду выход. Чего бы мне это ни стоило. Поганый Лич будет уничтожен. Я так сказал, и я держу своё слово. Так всегда было. Так всегда будет. Как бы пафосно это ни звучало, но моя решимость абсолютна и непоколебима. То, что невозможно для остальных, выполнимо для меня.
Мы ждали прибытия целителей из корпуса Меридиан часа два, если не больше. В течение этого времени уцелевшие маги, покрытые язвами, пронзительно кричали. Видимо, со временем боль усиливалась. И мы не могли облегчить их страдания. Даже бутылки с заживляющими эликсирами не помогали. Целительными заклинаниями из нас никто не обладал. Ты либо боевой маг, либо целитель. Нельзя, к сожалению, совместить несовместимое. В общем, нам пришлось наблюдать жуткое зрелище. Сиегил сам добил тех магов Продвинутой ступени, которые медленно умирали от скверны. Их уже было не спасти. Если бы жрец Мельтаса этого не сделал, то они бы переживали чудовищные страдания вплоть до самой смерти.
Прибывшие целители корпуса Меридиан начали привязывать полуживых поражённых скверной людей к лошадям. Эти ребята и так постоянно стонали от боли, но когда их начали привязывать… крики стали настолько дикими и пугающими, что мне стало по–настоящему страшно. Бедняги. Только недавно они были живыми людьми, полными надежд, пусть и слишком гордыми, на мой взгляд, по отношению к другим, а теперь их участи не позавидует даже… Хм-м, моя фантазия недостаточно развита, чтобы придумать судьбу хуже этой. Однако мне действительно было их безумно жаль. Эти ребята сражались со мной плечом к плечу. Они защищали меня, не жалея своих жизней. Да, они относились ко мне немного презрительно, но это было оправдано! Абсолютно оправдано. Ведь я тот ещё слабак. Так что, твёрдо решив отомстить личу за содеянное, я оседлал лошадь и уже было хотел отправится в столицу, когда неожиданно передо мной появился Сиегил.
Посмотрев на меня со скепсисом, он спросил:
— Рагнар, ты ничего не забыл?
— Да нет, вроде… — признался я.
— А кольцо кто отдавать будет?
— Так я думал, это подарок, — нагло предположил я.
— Какой подарок? Не заслужил ты таких подарков. Это ценнейший артефакт. Если я его не верну в целости и сохранности, то меня четвертуют, — возмутился жрец.
— Да кто же посмеет это сделать? — невольно улыбнулся я. — Вы же главный жрец Храма. Если только сам Мельтас во плоти возродится.
— Хватит богохульствовать, — нахмурился Сиегил, — ты должен вернуть кольцо.
Мелек его дери, как же обидно расставаться с такой великолепной вещичкой. Конечно, это на меня не похоже, но я был готов на многое, только бы оставить его себе. Но что я мог предложить взамен? Что я мог сделать? На самом деле мне невероятно сложно смириться с тем, что никогда больше не увижу это колечко.
Но, всё же переборов своего внутреннего скрягу, я снял кольцо с пальца и передал его Сиегилу. Причём сделал это с недовольной миной, на что жрец ответил мне ехидной улыбкой. Вот же пакостник. Назло же мне делает.
Распрощавшись с артефактом, я отправился в сторону столицы. Путь был долгим, и через пару дней я наконец выпил очередное зелье, от чего моё могущество сделало ещё один шажок вперёд.
Но вот наконец я въехал в столицу и сразу отправился в таверну. Её хозяин встретил меня неприветливо. Еще бы, постоялец исчезает на две недели, никому ничего не говоря. Но, как всегда, деньги быстро помогли изменить отношение хозяина ко мне, и он стал сама любезность. В результате я занял свою старую комнату и, улёгшись на кровать, достал из пространственного кольца книгу по медицине. Мне нужно было больше узнать о бактериях. Открыв книгу, я начал читать и вскоре не заметил, как добрался до половины. И неожиданно меня кое–что привлекло. Казалось бы, незначительная деталь, но она вдруг родила в моей голове догадку, которая привела меня в состояние эйфории.
— Десятеро вас всех дери! Какой же я дурак. Скверна, нет… Бактерии работают иначе, чем я предполагал. А это означает, что пришло время для Мелековых научных идей.
Я предполагал, что скверна передаёт информацию от лича к нежити, с помощью чего тот управляет своими созданиями. Однако это идиотская идея. Бактерии не могут передавать информацию. Я понятия не имел, откуда в моей голове мог взяться этот бред. Однако на повестке дня оставался вопрос: благодаря чему Лич управляет своей нежитью? И тогда мне в голову неожиданно пришла очередная идея. А что если в мозгу у нежити сидит паразит? Решено. Мне стоит пойти к Сиегилу.
Бодро шагая по брусчатке, вскоре подошёл к храму Мельтаса. Зайдя внутрь великолепного строения, увидел мужчину, стоящего у массивного камня со знаком Мельтаса. Жрец, узнав меня, кивнул. Подойдя ближе к нему, я решил завести разговор.
— Как там пострадавшие маги?
— Плохо. Очень плохо. К нам прибыли зелья для лечения отравления скверной. Но, к сожалению, современная алхимия не способна помочь в таких случаях.
И тут я призадумался. В моей библиотеке есть масса книг по фармакологии и медицине. Если в них хорошенько разобраться, а также заручиться помощью могущественного алхимика, то я вполне смогу создать лекарство, способное излечивать заражённых скверной. Да, это будет очень сложно сделать. Но разве я когда–то искал лёгких путей? Совмещая науку и магию, я способен сделать гораздо больше, чем если бы просто был могущественным магом.
Также мне пришла идея создать зелье, которое будет уничтожать скверну намного эффективнее ультрафиолетового излучения. В общем, на будущее у меня было много планов. Впереди целая жизнь, и смогу ли я оставить свой след в истории, зависит только от меня.
Однако что–то я замечтался. Пришло время поговорить с Сиегилом о важном.
— Слушай, у меня есть предположение. Что если личи управляют своей нежитью с помощью паразита у тех в мозгу?
Когда я это сказал, жрец Мельтаса посмотрел на меня взглядом, в котором были странные эмоции. Точнее, я всегда мог определить эмоции человека по его взгляду, однако этот был для меня нечитаем. Как мне кажется, скоро он скажет что–то из ряда вон.
И он сказал. Сказал то, что вызвало ярость и гнев в моём сердце.
— Рагнар, всё так и есть. В мозгу нежити имеются паразиты, через которые происходит управление со стороны лича. Ты говоришь так, как будто сам это придумал. Ты странный.
И тут меня накрыло. Я странный? Этот кретин не рассказал мне принципиально важную информацию. Из–за чего я потерял кучу времени впустую. Да я голову себе сломал за это время!
Так что я не выдержал. В течение десяти минут высказывал Сиегилу, что думаю о нём и обо всём корпусе Меридиан. А тот в это время смотрел на меня нахмуренным взглядом и молчал. Когда я закончил, жрец наконец решился высказаться:
— Не кипятись, Рагнар. Откуда я мог знать, что ты понятия об этой информации не имеешь? Ты мне казался крайне образованным юношей.
Казался крайне образованным юношей? Он что, ещё и издевается? Ладно, не буду устраивать разборки. Надоело уже.
— Ладно, проехали. Но ты же понимаешь, что если паразит связан с личом, то мы сможем по нему вычислить его местонахождение? — предположил я.
— Рагнар, множество магов пытались это сделать, но у них ничего не вышло. С чего ты взял, что именно у тебя получится? Да, ты придумал совершенно новое и очень эффективное плетение по борьбе с нежитью. Однако тут перед тобой стоит задача совершенно другого уровня. То, что ты задумал, по определению невозможно.
— А я всё равно попробую! — рявкнул я. — Уж извини, но у меня нет привычки опускать руки даже в самой безвыходной ситуации.
После моих слов выражение лица Сиегила стало печальным.
— Попробуй, если хочешь. Но я не верю в успех. Уж прости меня за это.
— Да как хочешь. От того, веришь ты в меня или нет, по факту ничего не меняется. Так с какой стати мне об этом волноваться? — возмущëнно заметил я, не понимая пессимизма жреца. — В этой жизни надо всегда верить в себя!
— Как скажешь, Рагнар. Как скажешь, — поник последователь Мельтаса.
Я не стал задерживаться в храме. Выйдя из него, я ещё некоторое время прогуливался по улице, стараясь успокоиться после разговора с жрецом, который разозлил меня.
Добравшись до своей комнаты, начал доставать из пространственного кольца нужную литературу. Всё, что мне нужно — это информация о паразитах. Мне предстоит много работы, прежде чем я придумаю выход из ситуации.
Я занимался чтением научных книг в течение нескольких дней, однако ничего так и не пришло в голову. Осознав сложность ситуации, я решил пройтись. Выйдя на улицу, вздохнул чистый воздух полной грудью.
И тогда я подумал о тех магах корпуса Меридиан, которые пострадали от скверны. Хоть и недолго, но они были моими товарищами. Теми, кто прикрывал мне спину. И если бы не артефактное «кольцо огненного покрова», то моя участь была бы аналогичной. Кажется, я чувствовал вину за то, что не пострадал. Как бы глупо это ни звучало.
Пока бродил по городу, даже не заметил, как ноги сами привели меня в лазарет корпуса Меридиан. Именно здесь лежали поражённые скверной маги. Видимо, я подсознательно хотел здесь оказаться. Так что не стал спорить со своим вторым «Я». Зайдя внутрь лазарета, здание которого представляло собой простую серую коробку, построенную из кирпича, я оказался в одном большом зале, по которому раздавались людские стоны. По всему залу лежали перевязанные бинтами люди. Многих из них я знал. Это были мои спутники. Вскоре после того, как я пришёл, ко мне подошла молодая приятной внешности девушка в белом халате, которая была старше меня всего на пару лет. Волосы её были спрятаны под колпаком такого же белого цвета.
— Сюда нельзя. Уйдите, пожалуйста, — сказала она, смерив меня недовольным взглядом.
— Это мои компаньоны. Я был среди них, когда их поразила скверна.
После моих слов девушка опустила на меня презрительный взгляд голубых глаз, сказав при этом:
— Маги Продвинутой ступени и ступени Духа еле выжили. Как обычный Ученик мог остаться целым? Молодой человек, ваше враньё — это мерзко.
Ещё пару секунд я стоял, хлопая глазами, так как был не готов к столь резкой смене тона. Придя в себя, я хотел уже высказать наглой девчонке всё, что о ней думаю, но меня прервал хриплый болезненный голос.
— Он говорит правду. Мальчишка не врёт.
Он принадлежал одному из магов корпуса Меридиан, пострадавших от скверны в тот злополучный день.
Услышав эти слова, девушка изумлëнно захлопала своими голубыми глазëнками. Её лицо выражало изумление. Я же не стал ей что–то доказывать, а лишь вернул презрительный взгляд и подошёл ближе к магу, вставшему на мою защиту. Я осмотрел его с ног до головы. Множество язв на лице и шее были чëрно–серого цвета, и из них сочился жёлтый гной. Я понимал, как сильно этот человек страдает. Именно когда я осознал это, ещё раз дал себе клятву. Однажды с помощью науки я выйду победителем в войне со скверной. Лекарства будут созданы моими руками!
— Рагнар. Как такое возможно, что ты цел? — хриплым шёпотом спросил маг из корпуса Меридиан, которого я отлично помнил. В отличие от тех, кто смеялся над моей низкой ступенью, этот человек всегда был молчаливым.
— У меня имелся защитный артефакт, — ответил я, смотря этому человеку прямо в глаза.
— Славно, что ты выжил. Твоя жизнь дороже моей, — прохрипел мужчина.
— С чего ты это взял? — спросил я, нахмурившись.
— Потому что ты способен создавать новые плетения. Ты точно принесёшь пользу всему Алондару.
После этих слов он начал хрипло кашлять.
— Послушай, у меня есть к тебе просьба.
— Я тебя слушаю, — посмотрел я на заражённого скверной с печалью.
— Найди лича. Уничтожь его. Отомсти за нас. Я уверен, что только ты сможешь это сделать, — каждое его слово било по моему больному месту. Столько времени мне не удаётся что–то придумать. Я понял, что мне нужно озарение.
— Я клянусь найти способ, — сказал я с непоколебимой решимостью в голосе.
— Славно. Я верю в тебя. Так что не подведи.
И в этот момент, закрыв глаза, он умер. Я понял это по медленно затухающей ауре. То, из–за чего эта смерть не произошла раньше — это надежда. Этот человек надеялся, что будет отомщëн. Надеялся, что Лич больше никому не навредит. Именно эта надежда заставляла его, скрипя зубами, терпеть невыносимую боль. Он как будто знал, что я должен прийти. Что это? Судьба? Предназначение? Или может быть просто случайность? Я не знал ответа на этот вопрос. Однако единственное, что я знал, так это то, что исполню клятву, данную этому несчастному человеку.
Я так сказал, и я держу своё слово. Так всегда было. Так всегда будет. Эта фраза, которую я повторил в своей голове уже второй раз, как будто стала для меня девизом. Тогда я подумал о том, что у всех древних родов есть девизы. Так что я решил, если когда–нибудь решу основать свой род, то пусть именно это изречение станет девизом рода Валленштайн.
Печально посмотрев на труп заживо сгнившего мага, я направился уверенным шагом в сторону выхода из лазарета. Там меня встретила та самая девушка.
— Извините меня, — обратилась она ко мне, — я не знала, что вы говорили правду. Это так невероятно…
Я лишь кивнул ей в ответ и улыбнулся. В это действительно трудно поверить.
И только выйдя на улицу и прищурившись от солнечного света, ко мне неожиданно пришло озарение. Я, мать твою, наконец понял, как достать Мелекова поганца! Мы ещё посмотрим, кто кого! Скоро моя клятва будет исполнена.
Подумав об этом, чуть погодя прошептал:
— Твоя смерть не будет напрасной.

Глава 17 

Сиегила я нашёл во всё том же храме Мельтаса. Однако в этот раз мне пришлось ждать его в течение трёх часов. За это время смог ещё раз продумать свой план, взвесив все за и против. Когда же я наконец дождался жреца Мельтаса, сразу пошёл в атаку.
— Слушай, Сиегил. Нежить ведь связана с личом, так? — задал я вопрос.
— Так, — кивнул жрец, не понимая, к чему я клоню.
— Если нежить связана с личом, то она определённо может чувствовать его расположение. Но что если мы этим воспользуемся? Подсадим паразита какому–нибудь человеку, и тот узнает, где находится лич. Тут мы и прихлопнем эту мёртвую тварь, — сказал я, посмотрев на Сиегила хмурыми глазами.
Я осознавал, что если Меридианы захотят проверить мою теорию, то пострадает человек. Однако на кону стояло слишком многое. Нельзя было давать слабину.
— Рагнар, как бы тебе сказать, — запнулся мужчина.
И к сожалению, я в тот же момент понял, о чём будут его слова.
— На самом деле многие пытались это сделать, однако результата почти никогда не было.
Опять! Он снова это сделал. Снова развенчал мою идею. Не рассказал мне стратегически важную информацию. Ну можно же было объяснить ситуацию после прошлого раза. А–а–а! У меня злости не хватает. Почему я каждый раз должен изобретать велосипед?
К слову, эту поговорку я прочёл в одной из земных книг. В научной книге, которую я читал, использовалось это выражение, чтобы описать тот случай, когда кто–то изобретал уже существующую вещь. А я, Мелек его дери, именно этим и занимаюсь. К слову, после этой книжной заметки мне стало интересно, и я прошерстил сотни книг, чтобы понять, что такое этот самый велосипед. Сначала делал это для интереса. Потом из–за упорства. А дальше лишь из–за принципа. Вот такой я человек. Я никогда не признаюсь себе, что у меня что–то не вышло. Если так случится, то я буду биться головой об стенку, но справлюсь с задачей. Кстати, картинку с велосипедом я нашёл. Очень забавная вещь, надо заметить.
Так вот. Паразиты не приживаются в мозгу носителей. Почему это происходит? Как мне кажется, дело в скверне. Вся нежить заражена скверной.
— Сиегил, а что если дело в скверне? Что если нужно, чтобы носитель паразита был заражён скверной? — задал я резонный вопрос.
Жрец Мельтаса вздохнул с облегчением, когда я не стал возмущаться за сокрытие важной информации. И чуть погодя сказал:
— Не ты один такой умный. Многие пытались это сделать. Однако ни у кого так ничего и не вышло.
И тут мне в голову пришла идея.
— Сиегил, скажи–ка мне на милость. Как отравляли людей скверной, чтобы установить связь с личом?
— Просто собирали скверну на месте, где ранее она высвободилась, — ответил мне жрец.
— А что если предположить, что скверна бывает разной? Один вид скверны для нанесения урона, а второй — для жизнеобеспечения нежити.
После моих слов глаза Сиегила округлились. Простояв с таким выражением более десяти секунд, жрец Мельтаса осознал то, что я хотел ему объяснить.
— Если это так, как ты говоришь, то что нам с этим можно сделать? — с запинкой спросил Сиегил.
— Тебе так это интересно? А кто же говорил, что у меня нет шансов найти лича? — выдал я злорадную ухмылку.
— Парень. Ты пока что только делаешь предположения. Не будь таким гордым наглецом. Ты не из древнего рода. Это им подобное прощается, — хмыкнул Сиегил.
— Ладно, — махнул я рукой, — на самом деле нужно будет изъять скверну непосредственно из ещё функционирующей нежити и перенести в тело нужного нам человека.
— И какой способ нам лучше выбрать? — заинтересованно спросил Сиегил.
— Я вам предложил идею. Дальше сами думайте,. — сказал я.
Мне не хотелось ещё больше участвовать в чëм–то столь мерзком, как подсаживание паразита к человеку. Однако во благо всей Аспии я уже сделал тяжёлый выбор.
— Я сообщу командиру Меридиан о твоей идее, — сказал мужчина, направившись на выход из храма.
И только у самого выхода жрец Мельтаса остановился, повернул голову и, посмотрев на меня, произнёс:
— Жди меня в своей таверне. Скоро за тобой зайдут.
Я же так и поступил. Отправился в таверну и, закрывшись в своей комнате, выпил ещё один бутылëк с зельем, которое мне выдал Мельтас. Пришло время тренировать своё магическое искусство. Усевшись в позу лотоса, я начал медитацию. Время текло неспешно, но я не замечал его хода. И вот наконец меня отвлёк стук в дверь моей комнаты.
— Господин Рагнар, вас вызывает командир Меридиан.
Открыв глаза, я встал на ноги и направился в сторону выхода из комнаты. Когда я открыл дверь, передо мной предстал парень лет восемнадцати, находящийся на ступени Адепта. Довольно неплохо для Аспии. Снаружи нас уже ждала карета с кучером, запряжëнная двойкой лошадей. Хоть она и была сделана из обычного дерева, но всё равно для данного королевства это был предмет роскоши. Когда я уселся на грубое деревянное сидение внутри кареты, кучер хлестнул вожжами по крупу лошади, и мы поехали. Во время поездки я наблюдал за происходящим снаружи через маленькое деревянное оконце. Вскоре мы оказались за пределами столицы и поехали по известняковой дороге. Город сменился на лес. Мы продолжали свой путь в течение четырёх часов. Пока наконец за окошком я не увидел небольшой средневековый замок. Эта крепость имела потрёпанный вид, однако по размерам превосходила «цитадель» короля.
Добравшись до ворот, мы въехали внутрь, где нас уже ждал командир Меридиан собственной персоной. Мерот Антарский был одет в ту же серую мантию, что и в прошлый раз. С последней встречи он совершенно не изменился. Когда я выбрался из кареты и подошёл ближе, он приветливо мне улыбнулся и произнёс:
— Рагнар, как я рад тебя видеть! Пошли за мной. Пришло время приступить к выполнению твоего плана, — сделав небольшую паузу, мужчина добавил, — если твоя идея сработает, то не только жители Аспии, но и маги всего мира будут у тебя в долгу!
После его слов мы отправились к месту, в котором должен проходить эксперимент. Это оказался большой пустующий зал. А в центре помещения стояло кресло, на котором сидел парень лет двадцати пяти. Его руки дрожали, а лицо выражало крайнюю степень испуга.
Когда я зашёл, командир Меридиан дал команду двум магам. Кивнув в ответ, они подошли к креслу и начали закреплять кожаные ремни, которые, по–видимому, не должны давать бедняге двигаться.
— Пожалуйста, не надо! — находясь в отчаянии, попросил будущий подопытный.
— Что тут, Мелек вас возьми, творится? Вы что, заставляете людей стать нежитью против их воли? — возмутился я.
Я было дёрнулся в сторону парня, однако меня резко остановил, схватив за плечо, командир Меридиан.
— Это не то, что ты думаешь. Этот человек преступник. Из–за него погибло много наших товарищей, — жёстким голосом поведал Мерот Антарский.
— Прошу. Простите меня! Не делайте этого! — выкрикнул парень.
Я чувствовал злость на себя из–за того, что вскоре этого человека ждёт ужасная судьба. И всё это по моей вине. Но я ничего не мог сделать. Если дать слабину, то в будущем под угрозой уничтожения окажется вся Аспия. Я должен выбрать меньшее зло. Так что выбор очевиден.
— Причины, почему ты так поступил, не важны. Важен результат. Ты преступник. Я же даю тебе право искупить свой грех. Помоги найти лича, и тогда ты будешь прощён.
Мне был противен командир Меридиан. Может он и делал что нужно, однако в его словах я не видел ни капли колебаний. Как будто бы ему было всё равно. Да, я тоже выбрал меньшее зло, как и он. Однако я не был лицемером и отлично понимал, что совершаю ужасный поступок. Но Мерот Антарский, казалось, считал, что он делает благородное дело. Ни капли сомнений, ни капли колебаний. Таких людей я действительно терпеть не могу.
Пока я размышлял, к человеку, который вскоре должен стать нежитью, подошёл маг с несколькими шприцами. Я понял, что это кровь зомби. Вот что они придумали. Когда он подошёл вплотную, бедолага, не имеющий возможности двигаться, вновь начал молить о пощаде, однако его никто не слушал. Вскоре первый шприц был воткнут. Когда его содержимое потекло по венам, тело бедняги изогнулось и началось биться в конвульсиях. Парень издавал дикие пугающие крики, а его лицо исказилось от страданий. Всё это длилось ещё в течение двадцати минут, пока он наконец не успокоился и не распластался на кресле.
— Несите паразита! — приказал командир Меридиан.
В тот же момент к парню подошёл другой маг с маленькой коробочкой в руках. Ну а дальше случилось то, в чём я буду винить себя ещё долгое время. Это был мой выбор: остановить происходящее или ничего не делать. И только я несу ответственность за своё действие или бездействие.
Когда паразит наконец попал в мозг, мужчина крикнул:
— Говори, ты чувствуешь, где сейчас находится Лич?!
Пришло время проверить, насколько верна моя теория.
— Я чувствую нечто тёмное и пугающее! — поведал нам бедолага.
Его глаза как будто бы смотрели сквозь нас.
— Ты ощущаешь, в каком направлении находится Лич? — спокойным и жёстким голосом спросил командир Меридиан. — Где нам его искать?
— Я чувствую связь с ним, однако не знаю, в каком направлении он находится.
И тогда я встрял в этот допрос:
— Если он может видеть через твои глаза, то и ты способен делать то же самое. Попробуй пойти по этой связи и почувствовать то, что ощущает Лич, — предложил я.
Я надеялся, что этот экспромт сработает. И вот наконец подопытный воскликнул:
— Я ощущаю!
— Что ты ощущаешь? Говори, — немного повысив голос, потребовал Мерот.
— Тут ничего не видно, кругом лишь темнота. Однако я чувствую противный запах.
— И что это за запах?
— Это противный, тухлый запах, — сморщился провинившийся маг.
— Может это запах серы? — сделал я предположение.
— Да, точно. Это сера! — воскликнул бедолага.
— Я полагаю, что Лич находится в пещере около одного из месторождений серы, — предположил я.
— Таких месторождений не так много… — задумчиво произнёс командир Меридиан, — практически все они известны. Они находятся в горах, так что придётся проверять все пещеры вокруг них. А это означает, что область поиска сильно сократилась. Теперь мы точно найдём лича, — хитро улыбнулся он, — думаю, не пройдёт и года, как эта тварь вернётся туда, откуда появилась. Мы проверим все пещеры в горах, каждый камень!
Повернувшись ко мне, Мерот Арнийский пожал руку, сказав при этом:
— Аспия и весь Алондар никогда не забудут твоей помощи. Твой метод оказался до ужаса простым и в то же время гениальным. Странно, что раньше об этом никто не догадался.
— Но целый год — это очень много. За это время Лич станет гораздо сильнее, — я не был готов смириться с тем, что не убью лича в ближайшее время.
— Не переживай. За год вряд ли он сможет набрать силу. Это слишком малый срок. Само по себе то, что мы можем его найти, уже огромный результат. И мы его рано или поздно найдём!
— Он нашёл меня! Он ощутил моё присутствие! — вдруг завопил закреплённый на кресле парень.
И неожиданно его голова взорвалась, как когда–то это произошло с головой девушки–вурдалака. Кровавые ошмётки полетели в разные стороны. Я понял, что способы уничтожения негодной нежити не отличались у Лича разнообразием.
— Соберите несколько отрядов. Пока не прибудет помощь, мы начнём искать сами. Достаньте все карты и отметьте на них все известные месторождения серы в королевстве, — отдавал тем временем приказы командир Меридиан.
— Я смогу ещё сузить поиски, — уверенно заявил я, сжав кулаки, — мы найдём его гораздо быстрее.
— Рагнар, ты и так сделал невероятно многое. Успокойся. Отдохни. Расслабься. Теперь мы справимся и сами, — поведал мне начальник корпуса.
— Нет, так не пойдёт. Я придумаю, как найти лича в кратчайшие сроки. Я что–нибудь обязательно придумаю! — заявил полным решимости голосом и, дав это обещание и не ожидая ответа от Мерота Арнийского, быстро покинул зал, в котором мне вдруг внезапно стало тяжело дышать. За дверями меня встретил расторопный слуга, проводивший во двор, где уже ждала карета. Вскоре меня уже везли в столицу Аспии. Всего через несколько часов вновь оказался в своей комнате, где сразу уселся за книги. Я обязан был найти выход из ситуации любой ценой. Обязан!

* * *

Ласиэль Алнийский, король Анаераса, эльф из одного из самых старых родов в Алондаре, сидел за резным столом из белого дерева. На его изысканной белой мантии не было ни единого пятнышка. Вдоль ткани мантии струилось множество витиеватых узоров, в которые были вплетены защитные руны, известные только ограниченному кругу эльфов, владеющих высшей рунной магией. Волосы короля были цвета парного молока, из–под них выглядывали острые уши, символ расы эльфов. Лицо, как и у большинства высших эльфийских аристократов, было неестественно прекрасным. Только эльфы знали, что прекрасная внешность и утончённые манеры скрывали за собой жёсткий и даже, можно сказать, жестокий по отношению к врагам эльфов характер. Без этих качеств ни один король любой расы Алондара не смог бы долго усидеть на своём троне.
Комната, в которой находился Ласиэль, благоухала от запахов природы. Ведь окна были распахнуты настежь, а за ними находился бескрайний древний лес. Хоть правитель и любил его больше всего на свете, был готов отдать жизнь за каждую травинку этого древнего леса, но сейчас его мысли были заняты другими вещами.
Взяв в руки переговорный артефакт, Ласиэль начал прослушивать сообщение. В нём говорились невероятные вещи. Тот самый Ирос Валленштайн, который не хочет, чтобы все узнали о его происхождении, вдруг отправляется на борьбу с личом, при том, что он всего лишь Ученик. А дальше начинают происходить ещё более безумные вещи. Парень создаёт плетение школы света, которое имеет фиолетовый оттенок свечения и гораздо эффективнее в борьбе со скверной, чем другие похожие заклинания. Это уму непостижимо! Ласиэлю уже давно сообщили, что Ирос — внук Валнара Валленштайна. Того самого Сильнейшего из Меридиан, который двести лет назад взбудоражил весь Алондар. Он, как и Ирос, был способен создавать принципиально новые плетения. Однако не в четырнадцать же лет!
Правитель понимал, что обязан получить свиток с плетением «фиолетового света». Он должен это сделать любой ценой. Однако мальчишка попался довольно упрямый. Хотя у короля эльфов были рычаги давления на этого парня. Ведь благодаря проверке магического искусства стало понятно, что тот имеет искусство с аномально низкой скоростью развития. Осознав это, становится понятно, почему Ирос Валленштайн ещё долго будет оставаться Учеником. Также Ласиэлю было известно, что Первобытный Мельтас обеспечил своего последователя набором зелий для повышения могущества до ступени Адепта. В таком случае Иросу нужно подобрать набор зелий для повышения могущества до Продвинутой ступени. Ведь недаром эльфов Анаераса считают сильнейшими алхимиками во всём Алондаре.
Не стоит также забывать о том, что Ирос догадался, как подсадить паразита к человеку. На самом деле многие эльфы Анаераса знали об этом способе и как его осуществить. Однако суть была в том, что личи всегда выбирают тёмные места для своего логова. Так что очень редко этот способ может привести к положительному исходу. Так что, чтобы все маги не начали массово подсаживать паразитов, в совете родов Анаераса было принято решение скрыть эту информацию от большинства магов Алондара. Однако парнишка удивил. Догадаться о таком самостоятельно не каждый сможет.
Однако была у Ласиэля ещё одна мысль. Что если взять Ироса под своё крыло? Привезти в Анаерас и дать лучшие ресурсы для развития, обеспечив при этом защиту. Однако согласится ли мальчишка? Вот в чём вопрос. Если бы Ласиэль имел дело с кем–либо другим, то был бы уверен в положительном ответе. Однако этот парнишка Ирос Валленштайн. И Мелек его знает, что у этих Валленштайнов творится в голове.
Однако игра стоит свеч. Если учитывать, что этот Ученик способен на подобное уже сейчас, то насколько большего он может достичь, когда доберётся до высоких ступеней могущества? Возможно, весь Алондар изменится. И в таком случае король Анаераса Ласиэль Алнийский должен проконтролировать, чтобы юный маг принёс миру процветание, а не разрушения.

* * *

Я лежал на своей кровати, закинув ногу на ногу. Уже прошло два дня, и пока что в мою голову не приходило никаких идей. Однако я не сдавался и читал научные книги дальше. Вскоре мне это надоело, и я решил прогуляться. На улице было раннее утро. Густой молочный туман опустился на город. Из–за него на расстоянии пяти метров нельзя было ничего разглядеть. Свежая прохлада бодрила. Ну а я мерно шагал, стуча своими ботинками по брусчатке. Вскоре вышел на торговую площадь.
Некоторые торговцы уже начинали раскладывать свой товар на прилавках. Вскоре начнётся их рабочий день. К слову, вещи были крайне дешёвые и не слишком качественные. Однако ничего другого среднестатистический житель Аспии позволить себе не мог.
Прогуливаясь вдоль торговой площади, я заметил, что в углу одного из домов, примыкающих к рыночной площади, паук сплëл себе паутину. Даже сам не понимая зачем, я подошёл практически вплотную к стене. Насекомое сидело в центре своего творения, не двигаясь. И вдруг маленькая мошка, пролетая мимо паутины, прилипла к клейкой шёлковой нити, став пленницей арахнида. Букашка двигалось настолько резко, насколько это было возможно. Однако у неё так и не получилось выбраться из этой ловушки. Пока мошка дрыгалась, она теребила шёлковую нить, и импульс наконец дошёл до паука. Осознав, что кто–то попался в его ловушку, он направился в сторону добычи. С помощью импульса он узнал направление, в котором находится его жертва. И тут меня осенило. Кажется, я понял, как смогу ещё раз сузить область поиска и найти лича в кратчайшие сроки. И всё это благодаря пауку.

Глава 18 

А что если засечь или, скажем, узнать направление магического сигнала? В обычной ситуации нам бы это никак не помогло. Ну выяснили бы мы, что ментальный сигнал идёт в сторону юга. Что с того? Однако сейчас мы уверены, что Лич находится возле одного из серных месторождений. И тогда вырисовывается совсем другая картина. Ведь благодаря направлению магического сигнала мы можем узнать, возле какого именно месторождения серы находится лич. В таком случае время поисков резко сократится.
Вопрос состоял лишь в том, как засечь нужный сигнал. И у меня есть идея, как будет устроен артефакт, который позволит осуществить желаемое. Вот как я представлял всё это в своей голове.
Круглая проволока, в центре которой кристалл–накопитель. По этому кругу расположены магические светлячки. Так вот, паразит, когда «связывается» с личом, посылает импульс. Магический сигнал. Но магический сигнал — это энергия, а её можно засечь.
Дальше. Артефакт имеет форму шлема. То есть он крепится на голову мертвеца. Камень располагается на макушке, а проволока — вокруг головы. Всякий раз, когда паразит посылает импульс, на круге загорается магический светлячок. Таким образом, направление, куда ушёл сигнал, становится видимым.
К сожалению, я не знаю ни одной руны, так что не могу создать даже самый примитивный магический инструмент. Эту идею я решил описать в свитке и отправить в Анаерас. Был там один древний род, специализирующийся на обнаружении магической энергии. Пусть эльфы сами создают нужный артефакт. Я же сделал всё, что мог. Вернувшись в свою комнату в таверне, я уселся на маленький деревянный стол. Достал из пространственного кольца пустой свиток и ручку с чернилами. А затем начал создавать предполагаемый чертёж. Я был занят кропотливой работой. Однако неожиданно в мою дверь постучались.
— Можно войти? — раздался слегка приглушённый голос жреца Мельтаса.
— Входи, — разрешил я, продолжая работать над чертежом.
Дверь отворилась, и в комнату зашёл Сиегил.
— Чем занят? — спросил он.
— Рисую чертежи артефакта, который позволит нам найти лича в кратчайшие сроки, — хмыкнул я.
Далее последовала заминка, и мужчина наконец неуверенным голосом произнёс:
— Ясно.
— Чего хотел? — спросил я с ноткой раздражения.
— Мне пришло сообщение от короля Анаераса, — запинаясь, начал говорить жрец.
— Ну и что же он сказал?
— Во–первых, он передал тебе лучшие зелья Анаераса для развития могущества до Продвинутой ступени.
Услышав его слова, я вскочил со стула.
— Замечательно! — вырвалось у меня. Вот это подарок.
Это действительно было замечательно. Ведь мне осталось не так много времени, прежде чем я стану Адептом. И далее мне понадобятся эффективные дорогие зелья.
— Где они? — спросил я с возбуждением в голосе.
В ответ Сиегил достал из пространственного кольца ящичек, в котором было несколько десятков маленьких стеклянных флаконов с зелёной жидкостью. Я не стал долго ждать и тут же взял шкатулку из его рук. Коснувшись гранёного стекла, почувствовал прохладу.
— Тебе нужно будет пить один флакон раз в месяц. Но только когда ты станешь Адептом. Если же выпьешь их сейчас, то нанесёшь вред своему организму, — занудным тоном объяснил Сиегил.
— Я, по–твоему, на идиота похож, чтобы сейчас пить это зелье? — возмутился я.
— Просто на всякий случай сказал. Лишний раз предупредить никогда не помешает.
— По поводу зелий ты говорил во–первых, а что тогда во–вторых? — задал я резонный вопрос.
Сиегил тяжело вздохнул и ответил:
— Король эльфов предлагает тебе поехать жить в Анаерас, где тебе выделят лучшие ресурсы. Рагнар, это замечательная возможность. Я советую тебе согласиться.
Ну что тут сказать. Эти слова поставили меня в тупик. Чтобы отомстить за смерть деда и найти брата с сестрой, я должен стать сильнее. В таком случае предложение короля Анаераса было отличным. Однако я не хотел от кого–либо зависеть. Я птица свободного полёта. Но отказывать сразу было глупо.
— Я подумаю, — туманно ответил я.
— Есть ещё кое–что, Ирос. Он просит тебя создать свиток с плетением «фиолетового света», — нервно произнёс последователь Первобытного и внимательно посмотрел на меня.
— Будет ему свиток, — отмахнулся я от жреца.
После моих слов выражение лица Сиегила как будто стало спокойнее. Ушла нервозность. Видимо, он боялся моего отказа.
Сказав всё, что нужно, мужчина ушёл. Я же продолжил создавать чертёж нужного артефакта. Потом перешёл к свитку плетения «фиолетового света». Я работал до поздней ночи, пока наконец оба свитка не были созданы. Поставив в конце каждого свои инициалы, на следующее утро я отправился к храму Мельтаса, где нашёл Сиегила. Жрец пообещал отправить их королю Анаераса. Дело было сделано, и оставалось только ждать ответ Ласиэля Алнийского.

* * *

Время шло, и я не успел оглядеться, как пролетел месяц. Я усиленно тренировался в магических искусствах. За это время я выпил ещё одно зелье и теперь чувствовал, что всё ближе приближаюсь к границе ступени Адепта. Также по просьбе Сиегила я научил его плетению «фиолетового света». Жрец на удивление быстро схватывал информацию и уже через неделю без проблем создавал заклинание.
И вот наконец пришёл ответ из Анаераса. Точнее, не только ответ. Также прибыл нужный нам артефакт. И выглядел он впечатляюще. Проволока из белого прохладного металла. Большой кристалл–накопитель правильной формы. Шлем, созданный из зелёного минерала. И, конечно же, светлячки, которые напоминали миниатюрные лампочки. Ну а самое главное — это руны. Огромное количество миниатюрных рун. Всё это великолепие мне показал Сиегил, когда я приехал в штаб–квартиру корпуса Меридиан, где уже имел честь присутствовать.
После моего прибытия в зал зашёл командир Меридиан, а за ним проследовали ещё двое магов, неся связанного зомби с мешком на голове. Вскоре нежить посадили на тот же стул, где ранее сидел бедолага, в которого поместили паразита. Однако все молчали, так как лич способен видеть и слышать всё, что видит и слышит мертвец. Стоит воскресшему некроманту догадаться, что его скоро могут вычислить, как он тут же взорвёт зомби голову. Пока что наша цель не ощущала опасности, именно поэтому пленник всё ещё был цел.
Созданный эльфами артефакт был установлен на своё место, а именно — на голову зомби. Пришло время узнать, сработает ли моя идея и насколько из эльфов хорошие артефакторы. Один из членов корпуса Меридиан влил магическую энергию в кристалл–накопитель, и тогда каждый присутствующий здесь маг затаил дыхание. Ведь сейчас будет решаться судьба королевства. Вдруг один из светлячков загорелся, показывая направление, куда идёт ментальный сигнал.
— Да! Мы это сделали, — обрадовано прошептал Мерот.
— Какое месторождение серы находится в том направлении? Оно одно? — задал резонный вопрос жрец.
— В том направлении находится одно из самых маленьких месторождений. Скорее всего вокруг него расположены пещеры. Нам понадобится не так много времени, чтобы точно определить местоположение лича, — ответил один из магов корпуса.
— Рагнар, ты просто талантище! — не унимался командир Меридиан. — С твоими мозгами тебя ждёт блестящее будущее.
Сделав небольшую паузу, Мерот Антарский достал переговорный артефакт и произнёс в него:
— Всем членам корпуса Меридиан, слушать мой приказ. Местоположение лича обнаружено. Все в срочном порядке отправляются на его захват.
Неожиданно голова сидящего на стуле существа начала раздуваться, пока не взорвалась. Шлем, надетый на голову монстра, разлетелся на множество кусков. Артефакт был безвозвратно уничтожен. Я понял, что Лич слышал наши разговоры. Но это уже не важно. Теперь этому Мелекову поганцу не уйти.
Я решил отправиться к месторождению серы вместе с поисковым отрядом. Как меня ни отговаривали от этой затеи, я был непреклонен. Каждый раз аргументируя своё желание доводом, что не могу ослушаться Мельтаса, не выполнив его поручение. После таких заявлений даже самые ярые противники моего участия сникли. Однако я не ожидал, что Сиегил, Ланс и Айзек также пойдут со мной.
Путь до нашей цели занял четыре дня. И вот наконец перед нами предстала равнина, в центре которой находилась каменистая возвышенность с множеством холмов. Здесь располагалось нужное нам месторождение. Самая хорошая новость заключалась в том, что к холмам вёл единственный природный тоннель. Это означало, что лич не сможет сбежать от нас незамеченным.
Проехав через тоннель, мы увидели несколько пещер. В одной из них прятался Лич. Их ещё предстояло исследовать. Однако делать это будем не мы. Этим займутся маги корпуса Меридиан. Мы же будем ждать цель у единственного выхода. Рано или поздно его найдут, и тогда начнётся битва.
Вскоре множество магов корпуса начали исследования пещер. В это самое время я вместе с Айзеком, Лансом и Сиегилом ждали, когда Лич покажет себя.
— А если Лич может летать? — спросил я у компании спутников.
— После того, как мы уничтожили три его филактерия, он вряд ли сможет использовать левитацию. Но даже если так, то он не сможет далеко улететь от моего деда и главы рода Сарендар, — ответил Ланс.
— И не помогает нам твой дед для твоей тренировки? — хмыкнул я.
— Именно, — пожал плечами тот.
— А твой многоуважаемый дед не боится оставлять лича на тебя после того, что случилось в прошлый раз? — спросил я с прищуром.
— Представителям рода Сарендар неведом страх, — гордо заявил Ланс.
Я же неодобрительно покачал головой. Интересно, все ли члены его рода такие фанатики?
Однако мои размышления прервали людские крики со стороны серных пещер. Видимо, ход к убежищу Лича найден. Теперь осталось победить эту поганую нежить, и моя клятва будет исполнена.
Пока мы ждали его появления, время словно остановилось. И вот он появился в окружении нескольких десятков скелетов. Пепельно серая кожа обтягивала его костлявое тело и лысый череп. Губы так и вовсе отсутствовали, от чего был виден каждый гнилой зуб. Его глаза горели как два синих огонька. Одет он был в просторную чёрную мантию, которая, казалось совершенно не истлела за столь долгое время.
Но самое главное, что привлекло наше внимание — это его аура. Лич находился на седьмой ступени Эксперта. Смогут ли три Мастера одолеть одного Эксперта? Нам это предстояло узнать.
Когда он появился, Сиегил тут же активировал плетение, которому я его научил. Шар фиолетового света величиной с арбуз воспарил над землей. И тогда вперёд вышли Ланс и Айзек. Вытянув руки, они начали создавать плетения. Вскоре в противника полетели «ледяные шипы» вперемешку с «огненными шарами». Противник создал щит из зелёного огня перед собой. Попав в защиту, заклинания были уничтожены. Они просто растаяли в зелёном пламени.
Из рассказов дедушки я знал, что это за материя. Некротический огонь, попав под действие которого, всё живое подвергается практически моментальному старению.
Сделав пасс рукой, мертвый некромант вновь создал зелёный огонь. Однако полетел он не в сторону трёх Мастеров. К нашему удивлению, атака была направлена конкретно на меня. Я понимал, что со своей ступенью ни за что не смогу противостоять могуществу Эксперта. Так что оставалось лишь уповать на силу моих соратников. Зачем я только, Мелек его дери, настоял на участии в этой битве?!
Чтобы защитить меня, вперёд вышел Айзек. Представитель рода Тоширан взмахнул рукой, и за мгновение перед ним образовалась высокая ледяная стена. Когда некротический огонь коснулся её, та слой за слоем начала разрушаться. Однако маг льда не стоял без дела. Пока преграда разрушалась, парень активно её восстанавливал.
О возможностях рода Тоширан в защите и ближнем бою ходили мифы. И Айзек сполна доказал, что легенды не врут. Несмотря на то, что лич был на ступень выше, он не мог пробить ледяной щит мага. Однако аристократ не мог держать защиту вечно. Стало понятно, что вскоре он выдохнется. В это же время Лич не показывал усталости.
Осознав, что его друг еле держится, к нему на помощь пришёл Ланс. Вскоре тысячи мельчайших рун загорелись красным светом на браслетах парня. Перед руками мага огня появились круги с пентаграммами. Однако Лич не стоял без дела, наблюдая за действиями врагов. Неожиданно скелеты, стоящие сзади него, распались на части, которые начали собираться в воздухе. Вскоре над головой нашей цели появился щит из множества костей, которые покрывало зелёное пламя. Они не старели и не разрушались. Наоборот, как будто впитывали силу некротического огня. И защита медленно опустилась вниз перед своим создателем. Щит лича был создан. Но и приготовления Ланса тоже были завершены. Красные круги с пентаграммами активно вращались, и тогда Ланс во всеуслышание произнёс:
— Сожги дотла. «Огненный дождь» рода Сарендар.
После слов парня над личом начали появляться огненные сгустки, которые, подобно кометам, стали падать вниз, попадая точно по щиту. Каждое соприкосновение обычного и зелёного огней вызывало взрыв. Их количество постепенно увеличилось, и щит превратился в подобие настоящего ада. Хоть мы и стояли достаточно далеко, но чувствовали жар бушующего огня. Постепенно огненный ад рассеялся, и наконец мы получили возможность рассмотреть, что случилось после сильнейшей атаки Ланса. И результат был удручающий. Ничего с ним не случилось. Лич как стоял, так и стоит. И щит его всё так же висел перед ним. Когда маг огня осознал, что не смог нанести врагу ни малейшего урона, его лицо посерело. Во взгляде появился страх. И ведь правда. Если подобная атака не нанесла противнику никакого вреда, то как тогда прикажете его побеждать?
Не трудно было предположить, что он наблюдал за всеми нашими сражениями через свою нежить. Так что точно знал, на что способен «огненный дождь» в исполнении представителя рода Сарендар. Именно поэтому, вероятно, смог придумать противодействие против него.
После отражения плетения Лич взмахнул рукой, и ещё больше костей воспарило над землёй.
Повинуясь воле лича, все они полетели в мою сторону. Ланс, Айзек, Сиегил. На них нашему противнику, видимо, было наплевать. Вместо того, чтобы атаковать тех, кто реально представляет угрозу, эта тварь решила укокошить именно меня. Но в этот раз перепало и моим спутникам. В них полетели очередные шары зелёного огня.
Ланс поставил огненный щит, который прикрыл всех троих, и зелёный огонь растёкся по его поверхности, пытаясь пробиться сквозь него. А меня на этот раз прикрыл Сиегил, и вскоре перед ним появился щит из огня, который защищал нас обоих. Однако вместо того, чтобы врезаться в преграду, кости обогнули её, направляясь ко мне с двух сторон. И вновь на помощь пришёл Айзек. Создав сразу две ледяных стены, он спас мою тушку от преждевременной смерти.
После всего произошедшего стало понятно, что Лич нацелен именно на меня. И то, что он произнёс после неудачной атаки, ещё больше убедило меня в этом. Вообще то, что наш противник заговорил, само по себе являлось необычным. Хотя не думаю, что кто–то из присутствующих знал, как ведут себя личи.
— Если позволите мне убить мальчишку, то я разрешу вам убить меня, — скрипучим голосом сказал Лич, — в противном случае кто–то из вас сегодня умрёт.
— Ты и так уже труп. В прямом и переносном смысле, — хмыкнул Ланс, — так что можешь даже не надеяться, что мы выполним твои требования. А насчёт смерти, тем, кто окончательно прекратит своё существование, будешь ты.
— Зачем тебе моя смерть? — повысил я голос, задав резонный вопрос.
Однако Лич не ответил. Он вообще меня проигнорировал и достал из мантии древний свиток с гравировкой, которую я тут же узнал. В подобных хранились знания о рунах. И судя по всему, это был очень ценный свиток. Лично я бы мечтал получить подобный.
— Если вы позволите мне убить мальчишку, то этот свиток со знаниями о забытых рунах будет вашим, — скрипучим голосом поведало существо, — вы никогда не знали о них, эти руны обладают могучей силой.
— Мы и так получим этот свиток, когда ты сдохнешь, — хищно улыбнулся Айзек.
Сказав это, он достал чёрную рукоять родового клинка и произнёс фразу активации:
— Явись, ледяной клинок рода Тоширан.
Вскоре после этих слов клинок начал воплощаться, пока не появился полноценный меч.
Как только нужные приготовления были проведены, он ринулся вперёд, занося для удара свой ледяной клинок. В ответ мёртвый некромант обрушил на нападавшего множество костей, которые летели с невероятной скоростью. А вместе с ними на атакующего обрушился зелёный огонь. От него Айзека спасли Ланс и Сиегил, создав вокруг Тоширана огненную защиту, коконом обернувшуюся вокруг него. И ни одна из костей не смогла достать нашего товарища. Похоже, Айзек был способен отразить любую атаку, так хорош он был как фехтовальщик. Движение его меча слилось для меня в одну единую линию, настолько быстро он вращал своим оружием. А от зелёного пламени спасала огненная защита. Правда, создавалось впечатление, что долго этот щит не устоит. Но владелец ледяного клинка успел.
Подобравшись к врагу вплотную, он взмахнул мечом, разрезав противника пополам. Нежить, рождённая в теле умершего некроманта, была повержена. Лёд словно чума распространялся по телу существа в местах, где его касался ледяной меч. Лич захрипел и упал на колени. Было понятно, что это конец. По крайней мере для него.
Я уже хотел взять свиток в свои руки, однако Ланс меня опередил.
— Эй, Ланс, ты чего удумал? Отдай свиток, — возмутился я.
— Да, отдай! — присоединился ко мне Айзек.
— Этот свиток мой по праву, — заметил я.
— Ты даже в бою не участвовал. Нам приходилось вечно тебя защищать. Так что мы заслужили эти знания больше, чем ты, — заметил Ланс.
— Ты и так знаешь много рун своего рода. А тебе всё мало. Мне тоже нужны руны. Ты же со мной не можешь ими поделиться, — огрызнулся я.
Но тут в наш спор встрял Сиегил:
— В любом случае, мы не будем открывать свиток, пока его не изучат специалисты. Вдруг это ловушка…
После слов жреца я другим взглядом посмотрел на трофей.
— Глупцы, — раздался скрипучий голос лича, в котором мне послышались разочарованные нотки, — а ты, мальчишка, благодари своего Мельтаса за то, что выжил сегодня.
И следом за этим наш враг рухнул на землю.
А свиток открылся сам по себе, и зелёное пламя плеснуло на руки несчастного и в мгновение охватило всё его тело. Он только и смог, что издать сдавленный крик боли. Не успели мы среагировать, как обугленное тело представителя рода Сарендар рухнуло на каменистую землю.
— Это мой прощальный подарок, — прохрипел лежащий на земле Лич, — не этот молодой маг должен был пострадать. Эта смерть была предназначена тебя, мальчишка. Пусть у меня и не получилось, я сделал всё, что смог, и теперь могу уйти спокойно.
Следом за этим наш враг превратился в пепел.
Мы стояли, растерянно глядя на обугленное тело, которое минуту назад было Лансом Сарендаром.

Глава 19 

Путь с холмов прошёл в молчании. Мы вместе с Сиегилом и Айзеком попрощались с Меридианами и отправились в столицу втроём. С нами путешествовала и телега с погибшим Лансом, который был заморожен специальным заклинанием, чтобы сохранить тело. Как сообщил нам командир Меридиан, через неделю за телом прибудет кто–нибудь из рода Сарендар, чтобы доставить его в замок. Этот самый замок, подаренный роду королём Аспии, находился недалеко от восточной границы королевства.
Маги же ещё оставались на несколько дней для изучения пещеры. Обратный путь вышел невесёлым. После гибели Ланса Айзек совсем похмурел. Разговорчивый радостный юноша вдруг стал мрачным и замкнутым. Смерть друга, как видно, очень сильно подействовала на него. Да что здесь говорить, подействовала она и на меня.
Чего скрывать, надо было признать, что вместо Ланса умереть должен был я. Однако моей вины в его погибели нет. Если я буду каждую смерть вешать на себя, то вскоре упаду наземь из–за тяжкого груза на своих плечах.
Когда мы въехали в город, наши пути разошлись. Сиегил вместе с Айзеком остались ждать у повозки, пока за телом Лансом не приедут. Я же, попрощавшись со своими спутниками, отправился в уже знакомую таверну. Что–то слишком много событий обрушилось на меня. Но по пути заехал в Лазарет, где всё ещё лежали те ребята, с которыми мы уничтожали филактерию.
На этот раз у самого входа я наткнулся на ту же самую голубоглазую девушку, которая на этот раз встретила меня совершенно по–другому.
— Это вы, — в голосе её слышались нотки искреннего восхищения.
— Я, — кивнул в ответ. — Хотел узнать по поводу тех магов Меридиан.
— К сожалению, выжил лишь один. Видимо, ему досталось этой мерзости меньше, чем другим. Его тело изуродовано, — нахмурилась девушка, — но теперь жизни ничего не угрожает. Скорее всего через неделю мы отпустим его обратно в корпус Меридиан. Там уже его будут долечивать целители. Вы хотите его увидеть?! — утвердительно спросила она.
— Да, — кивнул я, — надеюсь, мои новости его обрадуют.
— Пойдёмте со мной.
Мы вновь вошли в уже знакомый мне большой зал, на этот раз девушка провела меня практически в его угол, где за огороженной ширмой разместилась койка с магом Меридиан. Выглядел тот, если можно так сказать лучше, чем тогда, когда я видел магов, поражённых скверной, в первый раз. Бинтов на нём стало меньше, да и язвы на лице начали уже сходить. Он с любопытством уставился на меня, и по его глазам я понял, что меня узнали.
— Рагнар, так ведь? — немного хрипловатым голосом спросил он.
— Да, — коротко ответил я.
— Ты выжил, это хорошо… а я, как видишь, единственный, кому тоже посчастливилось выкарабкаться.
— Лич мёртв, мы уничтожили его, — произнёс я, встретившись с его взглядом, и увидел в нём мстительный восторг.
— Ты сделал это, парень! — воскликнул тот.

* * *

Следующий мой визит был в Храм Мельтаса. У меня было важное дело к Сиегилу, так как для себя я решение уже принял. Действительно, эльфы были лучшим вариантом. Жрец изрядно удивился, увидев меня. Он, кстати, оказался в зале один.
— Послушай… тут подумал, по поводу эльфов, — вздохнул я.
— Да?
— В общем, я согласен.
— Что так неожиданно? — удивился мужчина, но по его лицу было видно, что он явно обрадован моим решением.
— Взвесил все за и против, подумал и принял решение, — ответил ему.
— Я рад, что ты оказался здравомыслящим человеком. Конечно, я всё передам королю Анаераса. И сразу сообщу тебе…
— Отлично. Тогда буду ждать известий.
На этом мы с ним расстались, и я наконец отправился в таверну, ставшую моим временным домом.

* * *

Сиегил задумчиво смотрел на стационарный переговорный артефакт, стоявший перед ним. Это был небольшой шар, в котором появлялось изображение того, с кем ты хотел поговорить, если, конечно, тот имел подобный артефакт и были соблюдены определённые ритуалы.
Он был готов к вызову короля эльфов и сейчас прокручивал в голове события сегодняшнего дня. Уж больно тот оказался насыщенным, и Сиегил до сих пор не мог привести свои мысли в порядок. Пять часов назад Ирос неожиданно сам заглянул в Храм и заявил, что он согласен отправиться к эльфам. Окрылённый подобным решением жрец хотел уже связаться с Ласиэлем, но внезапно почувствовал зов Мельтаса.
Он шустро вбежал в центральный зал и едва успел добраться до алтаря, как в его голове зазвучал голос:
— Я звал тебя, жрец. Разговор пойдёт о Иросе Валленштайне. Я слышал о вашем желании отправить его к эльфам. Этого хочет Ласиэль. Но запомни, — голос Первобытного стал строгим, — пока мальчик не достигнет ступени Мастера, он не сможет обучаться в Анаерасе.
— Почему? — вырвался у мужчины вопрос.
— Тебе этого пока не надо знать. Достаточно моих слов.
— Да, Великий.
— Хорошо…
И голос Мельтаса исчез из его головы.
Сейчас, в ожидании связи с королём эльфов, он погрузился в размышления. С чего это бог вдруг наложил подобный запрет? Он подумал о причине нынешней головной боли. Ирос Валленштайн… Неожиданно свалившийся на голову Сиегилу и Мельтасу мальчишка, который за столь короткое время умудрился наделать дел. Начав со спасения королевских отпрысков и закончив поисками и убийством лича. Чего уж тут говорить про плетение «фиолетового света». Самое важное изобретение за последние несколько десятков лет.
Когда король эльфов узнал о роли парня в убийстве лича и желании того убрать именно Ироса, жрец понял, что монарх немного напрягся. Он вообще редко видел невозмутимого эльфа выражающим какие бы то ни было эмоции, но в этот раз тот, видимо, каким–то чудом не сдержался.
Сиегилу было сказано, чтобы он внимательно смотрел за Иросом. Чтобы тот больше не влезал в подобные авантюры, так как он нужен Алондару. Также он должен был со всевозможной старательностью вкладывать в голову парню мысль о том, что в Анаерасе ему будет хорошо и он сможет ускорить своё развитие. Жрец, конечно, кивал и соглашался, с королём Анаераса особо не поспоришь.
Ему на самом деле сразу понравился пацан. Был в нём какой–то стержень, что ли. Да и вряд ли Мельтас дал своё наследие какому–то заурядному магу. Правда, сначала он был разочарован реакцией парнишки на предложение короля эльфов. За подобный шанс схватился бы любой маг Аспии, а Ирос, видите ли, отвечал, что подумает. Но когда сам Первобытный поведал жрецу, что сейчас не время для этого, он успокоился. В который раз Сиегил убедился в мудрости бога. И в который раз понял, что правильно выбрал своё призвание. Он служил Мельтасу, и его повелитель никогда не ошибается.
— Ты вызывал меня, жрец? — в помутневшем шаре появилось нечёткое изображение Ласиэля Алнийского, короля Анаераса.
— Да, ваше величество, — поклонился Сиегил, — по поводу вашего поручения об отъезде Ироса Валленштайна в королевство эльфов.
— Он согласился?
— Да… но я разговаривал с Мельтасом.
— Что? Что–то не так? — улыбка, скользнувшая было по невозмутимому лицу короля, растаяла.
— Первобытный сообщил мне, что данная поездка возможна только при достижении Иросом ступени Мастера.
— Почему? — монарх выглядел удивлённым.
Сиегил много общался с эльфами и сразу понял, что это лёгкое удивление на лице Ласиэля на самом деле свидетельствует о глубоком изумлении короля сообщённой новостью.
— Он не объяснил, ваше величество, — признался жрец.
— Очень странно, — задумчиво произнёс правитель, возвращая на лицо привычное невозмутимое выражение, — я попробую выяснить причину… Но раз так, то нам остаётся только ждать этого события. Надеюсь, что не очень долго. Я подумаю над тем, как помочь мальчику.
— Да, ваше величество.
— Тогда прощай, Сиегил. Удача с тобой.
— Удача с вами, ваше величество.
Переговорный артефакт погас. А жрец тяжело вздохнул и решил, не откладывая в долгий ящик, навестить Ироса и сообщить ему, что путешествие к эльфам откладывается.

* * *

Признаться, я был удивлён. Едва я, перекусив в зале таверны, поднялся в свою комнату и уже думал приступить к медитации, — и так с этими путешествиями потерял много времени, — как ко мне в комнату буквально влетел Сиегил. Странно, вроде несколько часов назад разговаривали… Чего это он? Вид у жреца был возбуждённый. Ну понятно, что просто так он ко мне бы не ворвался.
— Что случилось? — поинтересовался у него.
— Со мной только что говорил Мельтас! — взволнованно произнёс он.
— Я рад за тебя, — сообщил ему, — и почему ты так прилетел?
— Наш разговор касался тебя.
— Интересно. И в чём он заключался?
— Тебе пока нельзя к эльфам, Рагнар!
— Почему? Ты же сам… — я с удивлением уставился на него.
— Мельтас сказал, что ты должен достигнуть ступени Мастера. Только после этого ты можешь отправиться в Анаерас.
— Мельтас…
Честно сказать, я вообще не понимал причины, почему мне надо было достичь ступени Мастера. Это могло занять не один год. И для меня было крайне важно попасть к эльфам. Та безумно медленная скорость развития, которая была у меня из–за данного дедом искусства, меня не устраивала. А эльфы Анаераса, как известно, самые лучшие алхимики в Алондаре. К тому же, я уверен, что в Анаерасе в любом случае есть мощные источники, которые смогли бы ещё больше ускорить моё развитие. И, размышляя об этом, я ощущал, как меня накрывает злость. Ну что же. Видимо, пора пойти к Первобытному и поговорить с ним.
Добрался я к храму Мельтаса за каких–то десять минут и, зайдя внутрь сооружения, приготовился вновь услышать голос в своей голове.
— Ирос Валленштайн. С какой целью ты пришёл ко мне? — обратился ко мне Первобытный.
— Я хотел поговорить насчёт поездки к эльфам. Почему вы запретили мне отправиться в Анаерас? — резким голосом спросил я.
— Тебе ещё рано знать об этом, — Первобытный ушёл от ответа.
— Нет уж. Мне как раз–таки нужно знать об этом. Эльфы могут помочь мне стать намного сильнее. А мне очень нужна сила, если я хочу найти и спасти брата с сестрой. Меня не устраивает такой ответ.
— С каких пор я, Первобытный Мельтас, должен отчитываться перед кем–либо? — возмутился голос. — Ты забываешь, с кем разговариваешь, мальчишка!
Услышав нотки угрозы, я сбавил обороты. Несмотря на непонимание с моей стороны и злость, я осознавал, что с Первобытными не общаются в подобном тоне. Одного слова Мельтаса хватит, чтобы моё существование стёрли с лица Алондара. Так что, глубоко вздохнув, я попытался успокоиться. Как оказалось, Мельтас попытался успокоиться так же, как и я.
— Ирос Валленштайн, я же не просто так запретил тебе идти к эльфам, пока ты не достиг ступени Мастера. Это для твоего же блага. Придёт время, и ты узнаешь причину моего запрета.
— Хорошо. Я вас понял, — нахмурился я.
— Теперь ты можешь идти, — последний раз прозвучал голос Первобытного в моей голове, и я пошёл в сторону выхода из храма.

* * *

В общем, после уничтожения лича и возвращения в столицу время неспешно текло вперёд. Всё вошло в своё русло и стало как–то обыденно. Я продолжал пить по зелью раз в месяц, которое ускоряло моё развитие, не забывая упорно тренировать магическое искусство и охотиться на монстров.
Так незаметно прошло три месяца. Весна сменилась летом, хотя в Аспии времена года не сильно отличались друг от друга. Снега по крайней мере я не видел, хотя дед мне рассказывал о нём. В июле мне исполнилось пятнадцать лет. За три месяца, наверное, из–за постоянных занятий магией я чувствовал, что повзрослел. Да и внешний вид, если верить зеркалу в моей комнате в таверне, изменился. Теперь я выглядел как статный худой юноша с приятными чертами лица.
С Гильдией Охотников всё складывалось нормально. Я брал по два задания в месяц, стараясь выбирать не особо сложные, чтобы можно было выполнить одному и это тоже приносило деньги, ну и, конечно, помогало развитию. Тем более, в гильдии ко мне все уже привыкли, и больше никто не задавал глупых вопросов, в том числе и администратор.
В общем, так и пролетело время. Кстати, Айзека Тоширана я так больше и ни разу не видел. Жрец сказал, что он вернулся в империю Кельтон.
И вот, через неделю после этого я понял, что наконец вплотную подобрался к границе ступени Ученика. Пришло время принять ещё одно зелье, подаренное мне Мельтасом.
Традиционно устроившись в своей комнате в таверне, — её хозяин, наверное, уже считал меня членом своей семьи, поскольку, насколько я понимаю, никто ещё не жил у него такое количество времени, — я откупорил зелье и залпом выпил жидкость синего цвета. После чего почувствовал эйфорию и тепло в теле. Затем сел в позу лотоса и погрузился в свой внутренний сад. Многоцветное пространство вибрировало от переполнения энергией.
Я начал работать над своим искусством, готовясь совершить последний скачок. Накладывая символы и образы на своё искусство, я почувствовал, как пятиконечная звезда завибрировала, и неожиданно внутренний сад увеличился в размере в полтора раза. Я ощущал, как меня переполняет энергия. Это чувство окрыляло. Особенно порадовался, когда увидел размер своего магического резерва. Он повысился. Его объëм увеличился почти в два раза.
Вернувшись в реальный мир, я медленно поднялся, аккуратно восстанавливая дыхание. Это был момент истины. Момент, когда Ирос Валленштайн наконец прорвался на ступень Адепта. Я так долго стремился к это цели и наконец достиг её. Успокоившись, я отправился внутрь пространственного кольца и вновь оказался среди множества книг. Однако в этом месте меня в данный момент интересовало другое. Пройдя вглубь библиотеки из другого мира, я добрался до стеллажей с множеством свитков. Здесь было большое количество высокоранговых магических искусств и плетений.
Пришло время выбрать, какие заклинания, доступные на ступени Адепта, я изучу. Мой выбор пал на два плетения. Одно из них позволяло усилить и ускорить тело на небольшой промежуток времени. После чего действовал откат, и маг ощущал сильную слабость. В схватке с аметистовым волком я ясно осознал, что мне не хватает силы и ловкости, так что решил это компенсировать подобным заклинанием. Второе плетение, на котором остановился мой выбор, было «стеной огня». Оно позволяло создавать огненную преграду на пути врага.
Вернувшись в комнату трактира, я улёгся на кровать и начал изучать свиток с плетением увеличения силы и ловкости. В нём была нарисована подробная схема всего плетения, его узоры, составляющие и переплетения. Это заклинание создавало своеобразную плёнку, обволакивающую мышцы и кости, которая стимулировала усиление и защищала мышцы и кости от повреждений. Мне было известно большинство узоров для этого плетения. Дед учил меня разбираться, какое заклинание я создаю и как оно работает, в отличие от других магов, которые просто заучивали узор. Так что я разобрал плетение усиления на составляющие и попробовал создать узоры по отдельности и только после этого соединить их в полноценное заклинание.
На это у меня ушло полдня. Однако в итоге я научился применять плетение усиления в теории. Теперь же пришло время проверить моё новое заклинание на практике. Так что я начал плести узоры, и вскоре плёнка усиления покрыла мои мышцы и кости. Я почувствовал, как мускулы наливаются силой, и решил проверить, насколько эффективно изученное мной новое плетение. Спустившись в зал, где сидели постояльцы, начал присматривать подходящего человека для своей проверки.
Осмотрев всех присутствующих, я приметил жилистого мужчину, сидящего за одним из столов. Когда я подошёл к нему и без приглашения уселся напротив, он осмотрел меня слегка удивлённым, но каким–то скучающим взглядом, спросив:
— Парнишка, тебе чего?
— Как насчёт того, чтобы побороться на руках? — спросил я, всё ещё не привыкший к ощущениям силы в мышцах.
Осмотрев моё хилое тело, мускулистый мужчина рассмеялся, заявив:
— Только если будем спорить на деньги. Как насчёт пяти кварцевых монет? — хмыкнул он, видимо, решив, что я откажусь, так как было видно, что как соперника он меня не рассматривает.
Ну что же, он сам это предложил, так что не стоит меня винить.
— По рукам, — ответил я.
Вот теперь тот действительно удивился, и ему ничего не оставалось, кроме как принять им же озвученные условия пари.
Постояльцы, слышавшие наш разговор, радостно загалдели, ожидая интересное зрелище. Освободив стол, я уселся напротив своего мускулистого противника. Тогда мы положили локти рук на стол и сжали ладони, готовясь к борьбе. Как только мы начали, мужчина начал всем весом своего тела давить на мою руку, однако я едва ли шелохнулся.
Было так приятно ощущать силу и мощь в своём теле. Так что, к удивлению своего оппонента, я сам стал давить на его руку, от чего тот начал медленно сдавать позиции. Мышцы его руки набухли, мужчина пытался использовать всю свою силу, однако не смог переломить ход схватки. В итоге я собрался и прижал руку мужчины к дереву стола. Толпа, окружающая нас, загалдела:
— Этого не может быть! Ты использовал какое–то плетение. Так нечестно! — воскликнул мой оппонент.
— Даже если так, то что с того? Ты не говорил, что плетения запрещены, когда предлагал пари, — невозмутимо ответил я.
Мускулистый мужчина со злостью стукнул кулаком по столу и, достав пять кварцевых монет, кинул их в меня.
— Подавись своими деньгами!
Я был доволен своим успехом. Плетение работало на ура. Однако я начал ощущать, что начинается откат. Слабость распространялась по моему телу. Так что поспешил в сторону своей комнаты. Едва переставляя ноги, завалился на кровать и следующие несколько часов не мог пошевелить и пальцем, настолько жёстким был откат усиления.
На следующий день, отойдя от последствий плетения, начал изучать свиток со «стеной огня». Это плетение было сложно тем, что требовало работу с формой стихии. Однако экспериментировать с этим плетением я решил вне столицы. Делать иначе было рискованно. Не хотелось бы ненароком сжечь полгорода. Так что, выбравшись из города через главные ворота и добравшись до леса, я начал проводить опыты с огнём.
Это заклинание основывалось на создании формы огня. Так что, запомнив нужные узоры, я создал небольшой сгусток пламени перед собой и начал менять его форму. Первое время у меня ничего не получалось, и плетение то и дело развоплощалось. Однако через пару часов смог привыкнуть к изменению формы. Я вытягивал огонь, делая похожим на змею, давал ему формы различных геометрических фигур и многое другое. Наконец понял, что готов сделать более масштабное заклинание. Влил достаточное количество энергии в плетение, и на расстоянии нескольких метров от меня из огромного сгустка пламени начала появляться стена огня шириной в пять метров и высотой в два. Я явственно ощущал жар, исходящий от этого заклинания.
Однако мне было тяжело поддерживать плетение стабильным, так что через пять вдохов оно развоплотилось с громким хлопком, обдав меня горячим воздухом. Мне нужно было ещё тренироваться в создании этого заклинания, однако начало было положено. Пройдёт не так много времени, и «стена огня» войдёт в список моих постоянных плетений.
Вообще, магия огня очень интересно устроена. Маги Алондара в большинстве своём уверены, что создают с помощью неё именно огонь. Хотя на самом деле они преобразовывают магическую энергию в горючие газы, которые после контакта с воздухом и искры воспламеняются. В свою очередь, наследие Мельтаса, как я понимаю, уменьшает требуемое количество магической энергии для преобразования горючих газов и жидкостей, тем самым повышая эффективность магии огня.
Довольный своим успехом, я пошёл в сторону столицы. Пришло время взять новое задание в гильдии охотников и проверить свои новые возможности на практике. Зайдя в столичное отделение гильдии, я пошёл в сторону доски с заданиями. Изучив доступные, я остановил свой выбор на группе Хроппов, находящейся недалеко от близлежащей деревни. По словам селян, Хроппы всё ближе подбираются к людским поселениям.
Прочитав название этих существ, я вспомнил, что о них писалось в Бестиарии. Человекоподобные монстры с копытами, массивными жирными телами и свиным рылом. Хроппы тупые до безобразия и плотоядные. В основном у них ступени Учеников, Адепты встречаются редко, так что сейчас задание мне вполне по силам. В общем, то, что нужно, для проверки моих новых заклинаний. Так что, сорвав листовку с заказом, я пошёл подтверждать её у стойки администратора.
Девчонка–администратор по имени Марна, которая по–прежнему работала на этом месте, встретила меня улыбкой. Ещё бы, после того раза, когда меня практически подставили с заданием, которое я, тем не менее, выполнил, у нас с ней установились почти дружеские отношения.
— Рагнар, привет! Выбрал задание? — она пробежалась глазами по листку, который я ей протянул. — Как понимаю, опять идёшь один, без команды.
— Справимся, — улыбнулся я ей в ответ. Всё–таки она симпатичная. Элегантный носик, румяные щёчки и приятная глазу фигура, скрывающаяся за формой администраторши. Хотя, о чём это я думаю. Помотал головой, отгоняя наваждение, навеянное мне Марной, и, получив назад свою карту охотника и листовку с заданием, выслушал искреннее пожелание быть осторожным. В ответ лишь кивнул и пошёл к выходу.
Я не стал долго тянуть с поездкой на задание. Так что в тот же день выехал в сторону деревни. Да, купил себе лошадь ещё год назад. Всё–таки поездки по филактериям приучили меня к пользованию ими.
Когда наконец впереди замаячили нескладные деревянные домики, уже наступил вечер. Вот и нужная мне деревня. Народу на её импровизированных узких улочках было мало, но я сумел выяснить, где находится дом старосты.
Кстати, он оказался наполовину каменным, что смотрелось каким–то чужеродным телом на фоне обычных скромных деревенских халуп. Староста встретил меня на пороге. Плотно сбитый мужичок с коротким ёжиком русых волос и хитрыми глазами. Когда он увидел меня, на его полном лице расцвела улыбка.
— Вы, наверное, из Гильдии Охотников? — спросил он.
— Да, — подтвердил его слова и протянул листовку, — ваша?
— Наша конечно! — староста тяжело вздохнул. — Совсем свиньи обнаглели. Последний раз еле отбились. Приходится по очереди с вилами дежурить. Господин маг, вы с дороги? Может перекусите?
Ну кто же отказывается от подобного предложения, к тому же, я действительно проголодался. В результате я удостоился чести поужинать с семьёй старосты, состоящей из полной, дородной женщины, соответственно, его жены, и такой же дородной дочки лет двадцати с плоским лицом и бочкообразной фигурой, которая умудрялась во время ужина строить мне глазки явно с одобрения родителей.
Закончив с едой, я сказал, что отправлюсь посмотреть, что к чему, и поспешил ретироваться в темноту. С удовольствием втянул в себя прохладный ночной воздух, действительно обошёл деревню, но никого не встретил. Лишь недалеко от самого поселения прямо в поле горел костёр, около которого сидели какие–то люди. Увидев вилы, понял, что это и есть те самые дежурные. Сначала подумал пойти к ним, но потом решил, что надо выспаться. Неизвестно, когда Хроппы появятся. Приняв это решение, зашёл в выделенный мне дом, помедитировал полчаса, после чего почти сразу заснул.
Разбудили меня крики людей и рычание монстров. Выскочив из дома, я понял, что наступило утро. Оглядевшись, заметил, что там, где вечером горел костёр и сидели местные охранники, идёт бой!

Глава 20 

Хроппов было не больше дюжины, и все они находились на Начинающей ступени и ступени Ученика. Но я увидел, что от леса, расположенного недалеко от деревни, приближается ещё дюжина. Сдаётся мне, что меня опять подставили. Не многовато ли этих тварей? Хотя о их количестве в задании ничего сказано не было и претензии тут не предъявишь.
Вообще, Хроппы напоминали пародию на человека. Так же, как у людей, у них имелось две ноги и две руки, или правильнее назвать это двумя копытами и двумя лапами. В этих самых лапах они держали какие–то суковатые палки. Но на этом, на мой взгляд, сходство с людьми заканчивалось. Здоровенные покрытые короткой рыжей шерстью свинорылые монстры теснили людей к деревне. Те пытались обороняться, с десяток селян были вооружены вилами. И, надо сказать, кое–кто достаточно ловко ими орудовал. Пока защитникам более–менее удавалось отгонять врагов, но было понятно, что это не надолго.
Силы были слишком неравными. Хроппы кидались прямо на вилы, беспорядочно махая своими импровизированными дубинами, от которых не было никакой пользы, не боясь умереть. И именно это было самым странным. Я читал в Бестиарии, что Хроппы — трусливые монстры и никогда не пойдут на верную смерть.
Сразу два монстра напали на мужчину с вилами. Один из них напоролся на оружие крестьянина, оно проткнуло ему живот, из которого начала капать кровь, но тот, словно не замечая этого, не остановился, сбив врага на землю. А следом за этим сам замер на земле с торчащими из живота вилами. Второй Хропп, воспользовавшись ситуацией, бросился вперёд и вцепился своими клыками в руку человека. Мужчина закричал от боли, и тогда внезапно в голову твари прилетел крупный булыжник, скинув его с селянина. Свинорылый, жалобно вереща, схватился лапами за голову и осел на землю.
К этому моменту я уже подоспел к схватке вплотную и смог заметить, что магию земли использовал юноша моих лет. У него была нескладная и непропорциональная фигура. Волосы соломенного цвета, подстриженные под горшок, и лицо не самой приятной внешности. Нет, нельзя было сказать, что он урод, но и до третьего принца Аспии ему было очень далеко.
Выручив селянина, который, подвывая от боли и баюкая раненую руку, побежал к деревне, юноша начал с помощью магии поднимать булыжники и бросать их в сторону Хроппов. Скорость, с которой отправлялись в полёт камни, была такой, что снаряды легко пробивали черепа врагов. Меня удивило, что сельский парень мог владеть магией, да ещё и на таком относительно высоком уровне. К тому же, по его ауре было понятно, что он Ученик. Однако не было времени размышлять о способностях неизвестно откуда взявшегося мага. Нужно было спасать селян, тем более, вторая дюжина тварей была уже близко.
Первое, что я должен был сделать — это на время оградить людей от Хроппов. Так что я решил создать плетение «огненной стены». Вытянув руку вперёд, начал плести нужные узоры, и вскоре перед противниками выросла «огненная стена». Пара тварей сгорела в ней с истошным визгом, ещё двое оказались по другую сторону стены и были заколоты вилами, остальные же отшатнулись от ревущего перед ними огня и растерянно топтались на месте, явно не зная, что делать. На всё это я потратил кучу энергии, однако это было необходимо.
Пока Хроппы размышляли над тем, как преодолеть неожиданно появившееся препятствие, я подбежал к небольшой толпе людей, в основном вооружённых вилами. Слава Первобытным, большая часть народа уже поспешила вернуться в деревню.
— Встаньте все за мной, — крикнул им, — и не выходите вперёд! Я разберусь с монстрами.
Крестьяне, видимо, не совсем понимали, что происходит, но всё равно послушали меня. Я же убрал «огненную стену», готовясь сойтись с группой монстров в поединке. Как уже говорил, среди них были Хроппы, сопоставимые по могуществу с Начинающей ступенью и ступенью Ученика.
Осознав, что преграды больше нет, враги яростно ринулись в мою сторону. Я же не стал давать им возможность добраться до меня и, выставив руки вперёд, создал плетение «огненного взрыва». Сгусток красного пламени полетел в сторону монстров, и вскоре прозвучал мощный взрыв. В воздух полетели ошмëтки тел Хроппов, превратив моих противников в кровавый фарш. Судя по всему, эта картина произвела неизгладимое впечатление на стоящих за моей спиной жителей деревни, так как я услышал восторженные крики.
Однако я уничтожил лишь первую группу Хроппов. Помимо подбегавшей дюжины, со стороны лесного массива выдвигалась ещё и третья. Сколько же их! Я сплëл сразу два плетения «огненного взрыва», отправив сгустки огня вперёд. Вновь раздались оглушительные взрывы, которые уничтожили наглых тварей, добавив кровавого фарша к тому что уже лежал на земле.
Но вскоре увидел, что несколько Хроппов всё–таки сумели пробраться через полосу взрывов. Игнорируя меня, они отправились в сторону зевак с вилами, которые уже немного отошли в сторону. Тогда в монстров вновь полетели булыжники, и вскоре они растянулись на траве… Деревенский юноша, владеющий магией земли, решил прийти мне на подмогу. Выйдя вперёд, он спокойно предложил:
— Давай ты будешь уничтожать основную массу Хроппов, а я буду добивать тех, кто смог пройти мимо тебя. Так будет эффективнее.
Я не стал с ним спорить, предложение было удачное, и мы начали совместное истребление монстров, которых оказалось много… если бы не мой возросший резерв после повышения ступени, то я бы быстро потратил всю доступную энергию. Постепенно поток тварей уменьшился, а потом и вовсе стих. Они словно потеряли свой боевой пыл и просто стояли перед «огненной стеной», не предпринимая никаких действий. И я понял почему. Из леса появился предводитель свиноподобных тварей. Огромный, двухметровый громила-Хропп с жирным пузом, злобным свиным рылом и маленькими глазами, горящими ненавистью.
Хропп находился на Продвинутой ступени, и мне предстоял серьёзный бой. Он издал яростный звериный рык и, сотрясая землю, побежал на своих копытах в мою сторону. Я не стал ждать, когда монстр приблизится вплотную, и выстрелил в него «огненным взрывом». Сгусток красного огня полетел прямо в толстое пузо монстра.
Раздался мощный взрыв. Языки пламени заполнили всё пространство вокруг Хроппа. Я уже думал, что победил, однако монстр со звериным рыком выбежал из огня. Его тело было почерневшим от пламени, однако сильно вожак не пострадал. Монстр продолжил бежать в мою сторону.
А я, в свою очередь, щедро влил энергию в «луч света». Лазер вырвался из моей руки, и направлен он был в живот Хроппа. В этот раз результат был существеннее. Получив ожоги, монстр завыл от боли, однако не остановил своего бега. Я понял, что ещё немного, и он доберётся до меня, а в ближнем бою мне не справиться с этой тварью. Так что, подойдя к Хроппу ближе, я сплëл «луч света». С прошлых атак я понимал, что лазер — лучшее средство против этого толстокожего монстра. Световой луч выстрелил в лицо Хроппа, и тот вновь завыл от боли. Его лицо уже представляло из себя обожжённое месиво. Он ослеп. Однако всё равно не умирал.
— Когда же ты уже сдохнешь?! — со злостью сплюнул я, с ужасом поняв, что не успеваю создать новое плетение.
Однако я сумел отпрыгнуть в сторону, чудом уйдя из–под удара ослеплëнного и явно потерявшего разум монстра. В следующий миг в тварь врезался булыжник. За ним следующий. Третий сбил его на землю. К этому времени я смог сотворить ещё одно плетение «огненного взрыва», и оно на этот раз поставило точку в нашем бое, превратив врага в обожжённую гору мяса.
Тяжело вздохнув, я поборол подступившую усталость, повернулся и направился в сторону крестьян. На окраине деревни выстроилось, наверное, всё её население. Они смотрели на меня как на Первобытного, сошедшего на землю. А несколько человек уже подгоняли телегу, чтобы грузить трупы. Среди толпы я увидел старосту. Он сразу вышел вперёд и встретил меня с радостной улыбкой на лице.
— Господин маг, спасибо вам большое, что спасли нас от монстра. Я и все жители нашей деревни выражают вам свою искреннюю благодарность.
— Я просто выполнял свою работу, — хмыкнул в ответ и посмотрел в сторону юноши, владеющего магией земли.
По ауре почувствовал, что он находится на ступени Ученика. Меня интересовало, где в сельской глуши парень нашёл себе наставника по магии.
— Кто тебя обучал магии? — задал я вопрос нескладному юноше.
И его ответ изрядно меня удивил.
— Я сам научился, — спокойно сказал парень.
— Как это сам? — недоумевал я. — А кто тогда показал плетения магии земли?
— Никто мне ничего не показывал. Я просто сам пытался заниматься магией, и у меня случайно получилось перемещать камни, — огорошил меня он.
И тут я пришёл в ступор. Если его слова правда, это действительно невероятно. Создать с нуля работающее плетение, ничего об этом не зная. Для этого нужно быть гением и невероятно везучим магом. Но если он сейчас на ступени Ученика, то, значит, у него есть магическое искусство. Где же парень его достал?
— Откуда у тебя твоё магическое искусство и какого оно ранга? — я продолжал настойчиво расспрашивать его.
И когда я услышал его ответ, то сразу решил, что меня наглым образом обманывают. Видимо, кто–то держит меня за идиота.
— У меня нет никакого магического искусства, — просто ответил он.
Его слова звучали как самая невероятная и идиотская ложь в мире. Я считал, что невозможно развиться до ступени Ученика, не используя искусство. Такого просто не может быть.
— Ты решил меня обмануть? Зачем это тебе? — вполне по делу возмутился я.
— Я говорил правду, — крепко сжав кулаки, сказал маг земли.
— Господин, Алан не врёт. Он никогда не покидал деревню. Где бы он нашёл такую дорогую вещь, как магическое искусство?
— Но такое просто невозможно, — замотал я головой.
— Алан не врёт, дурья ты башка! — вдруг послышался звонкий девичий голос.
Повернув голову в сторону звука, среди селян я увидел симпатичную девочку лет одиннадцати. Русые волосы заплетены в длинную косу. Голубые глаза. Да, когда вырастет, эта пигалица разобьёт немало мужских сердец. Одета в обычную простую крестьянскую одежду. Нагло вздëрнув носик, девочка смотрела на меня с раздражением.
— Мари. Как ты можешь разговаривать с господином магом в таком тоне! К тому же, именно он нас спас, — возмутился староста.
— То, что он маг, не значит, что он лучше тех, кто магами не являются. А спас он нас только потому, что это было частью его задания, взятого в гильдии охотников, — фыркнула девочка.
— Ну–ка замолчи сейчас же! — в голосе у старосты зазвучали угрожающие нотки, и девчонка ретировалась за спины односельчан, но всё равно выглядывала оттуда, сверля меня неприязненным взглядом.
М-да, этой малявке палец в рот не клади. Но чем–то мне понравилось её нахальство.
Кстати, мне вдруг пришла в голову идея, как доказать ложь парня и поставить девчонку на место.
— У меня есть артефакт, позволяющий постороннему проникнуть во внутренний сад другого мага. Однако это опасно. Тот, кто проникает, имеет возможность испортить устройство внутреннего пространства. Ты готов пустить меня туда? — нагло поинтересовался я у мага без магического искусства.
— Не знаю я, что такое этот твой внутренний сад, и меня не особо интересует, веришь ты мне или нет. Однако я позволю тебе это сделать. Ведь ты спас жизнь мне и жителям моей деревни. Я твой должник, — сказал парень, коснувшись своих волос соломенного цвета, подстриженных под горшок.
Это было странно. Он мог отказать мне, но всё равно согласился на то, что его разоблачат. Какой в этом был смысл? Я не знал ответа на этот вопрос. Однако не мог отправиться в пространственное кольцо, находясь на виду у селян и этого паренька. Так что я решил немного повременить с разоблачением. Добравшись до выделенного мне дома и оставшись в одиночестве, я тут же переместился внутрь кольца. В хорошо знакомом мне белом пространстве дошёл до небольшого шкафчика чёрного цвета, в котором хранились артефакты. Мне было нужно два металлических шлема, соединённых гибкой трубкой.
Пользуясь подобным инструментом, не нужно создавать плетения. Достаточно просто влить магическую энергию. Так что навыки магов при использовании данных вещей сильно отстают от навыков тех, кто артефактами не пользуется.
Достав нужные мне два шлема с трубкой между ними, я выбрался из пространственного кольца и отправился искать лгуна. У проходящей мимо женщины я спросил, где могу его найти. Селянка ответила, что Алан сейчас находится в таверне. Ничего себе… Тут и таверна была, оказывается… домов–то всего нечего. Так что туда я и направился. И был приятно удивлён размерами питейного заведения. Огромное двухэтажное здание. Странно, что я его не заметил в первый раз, судя по всему, из–за того, что оно находилось на противоположной стороне деревни. По–моему, в него могло вместиться всё мужское население поселения.
Последние слова я произнёс вслух, и проходивший мимо пожилой мужчина, рассмеявшись, объяснил, что в этой таверне часто останавливаются проезжающие мимо торговцы. Населённый пункт удобно расположен и пользуется большой популярностью у торгового народа. Вот тебе и заштатная деревня. Внутри таверна не разочаровала. Добротная мебель и на удивление чисто. И похоже, сегодня тут действительно присутствовала половина населения деревни. Хотя их можно было понять. Пережитый после нападения стресс требовалось чем–то залить…
Алана я нашёл в углу. И с ним сидела та самая наглая девчонка… Мари, по–моему. Опустившись за стол напротив парня и девчонки, я протянул ему шлем, сказав при этом:
— Надевай.
— Алан. Ты не должен ничего доказывать этому проходимцу, — явно переживая за друга, сказала Мари, вновь подарив мне неприязненный взгляд. Я просто проигнорировал его.
— Он спас нашу деревню, и, к тому же, я не люблю, когда меня считают лжецом, — улыбнулся краем рта парень.
Сказав это, он нацепил шлем на голову. Я сделал то же самое. Ну что же. Сейчас мы и убедимся, что ты, Алан, врёшь.
Зло улыбнувшись, я отправился во внутренний сад мага, сидевшего перед мной. И через мгновение появился в небольшом сером пространстве. Это точно был внутренний сад Алана. Даже его размеры соответствовали ступени Ученика. Однако здесь не было начального искусства. Здесь не было вообще ничего.
— Какого Мелека! — выругался я, находясь в шоке.
— Вот, теперь ты знаешь, что я тебе не врал.
Рядом со мной появилось воплощение Алана. Этот парень смог воссоздать свою внешность во внутреннем саде. Лишь его одежда отличалась. Вместо сельского рванья на нём был дорогой костюм. Ещё раз убедился, что никакого магического искусства нет, и посмотрел на силуэт мага. Сейчас я осознал, что передо мной сейчас стоит невероятный гений. Мой талант даже выеденного яйца не стоит по сравнению с этим монстром. Если дать ему платиновое магическое искусство и направить на путь мага, то в будущем он станет сильнейшим магом Алондара. У него вполне хватало таланта, чтобы стать Истинным магом двенадцатой ступени.
Больше всего меня смешило, что этот пугающий талант родился именно в этой Мельтасом забытой деревне. Любое могущественное королевство или империя мечтало бы заполучить такой талант. Однако нет, он родился в Мелековой Аспии, как говорится, в заднице мира. Все эти мысли промчались в моей голове одна за другой. И меня мучал вопрос. Что делать? Помочь ему на тропе развития могущества? Я вполне мог дать платиновое искусство и научить парочке плетений. В таком случае, возможно, в будущем я получу могущественного союзника.
Однако запомнит ли он мою благосклонность? Вернёт ли однажды то, что я ему дам сегодня? Я не знал этого. Хотя, с другой стороны, Алан показался мне простым и честным юношей. Ладно, что делать, решу позже.
Пока я размышлял о своём, ко мне подошла, судя по всему, местная трактирщица, женщина лет сорока в белом, на удивление чистом переднике.
— Господин маг, что желаете заказать из напитков? Может эля? Он у нас замечательный.
— Воды, дайте просто воды, — ответил я.
Затем посмотрел на все ещё сидящего Алана и сказал:
— Прости, что не верил тебе. Однако и ты пойми мою реакцию. То, что ты сделал, прорвался на ступень Ученика без магического искусства, просто невероятно.
— Надо же, — пожал плечами Алан. — Я даже не подозревал, что делаю что–то особенное.
— А я всегда знала, что Алан лучший, — не унималась девчонка.
Чуть погодя парень нахмурился и добавил:
— Однако дальше двигаться в развитии становится всё труднее. Так что я решил, что отправлюсь в академию Меридиан. Там я получу магическое искусство, научусь плетениям и стану развивать свою силу. На самом деле я давно мечтал о поступлении в неё. Слышал, что последние несколько лет они проводят набор среди простолюдинов. Так что осталось полтора месяца, — с воодушевлением поведал мне он.
Услышав это, мне захотелось рассмеяться. Один из самых талантливых магов этого поколения, в чём я не сомневался, мечтает о какой–то посредственной академии. Это действительно было забавно. Однако я понимал его. Где он, без денег, вообще сможет найти даже слабое магическое искусство.
— А ты не хотел бы пойти вместе со мной в академию? Ты очень сильный маг, тебя точно туда возьмут, — предложил мне маг земли.
— Нет, не интересует, — хмыкнул я. — Там мне точно делать нечего.
И вдруг неожиданно снаружи раздались человеческие крики.
Когда это произошло, мы вместе с Аланом и Мари тут же выбежали из таверны. И увидели, как со стороны леса медленно плетëтся толпа монстров. Толстое грубое туловище, напоминающее ствол дерева. Длинные и разлапистые руки–ветви. Уродливые вытянутые морды, покрытые ребристой коркой грязного тёмно–зелёного цвета, как и всё их тело. Маленькие красные глазки. Я узнал этих тварей.
Если верить Бестиарию, передо мной болотники. Половина из них находилась на Начальной ступени, а другая половина на ступени Ученика. Однако самым невероятным было то, что эти твари никогда не покидают место своего обитания. Из–за этого их не считают опасными. Но эти монстры как будто наплевали на все правила и законы этого мира. То же самое было с Хроппами, которые, по идее, должны быть трусливыми, а не лезть на вилы, не боясь смерти. Всё это меня насторожило. Ведь если подобная странность случается один раз, это можно списать на совпадение. Но два раза — это уже закономерность. Однако сейчас не было времени размышлять, ведь несколько болотников уже добрались до селян и начали плеваться кислотой. Несколько крестьян рухнули на землю, вопя от боли…
Следом за этим в них полетели камни, метаемые Аланом. Но, в отличие от Хроппов, они оказались не столь эффективными. Максимум, чего он добился — это несколько сломанных рук–ветвей.
Что ж, если эти создания деревянные в прямом смысле этого слова, то их может остановить огонь. Вот самое эффективное средство. Кстати, болотники словно почувствовали, кто является для них главной угрозой, и ко мне направилось аж четверо монстров. Я поспешно поставил щит Инеаля и создал плетение «огненного взрыва». Мой удар превратил двоих из приближавшихся врагов в костры. Ещё двое начали обстрел своими кислотными плевками. Но щит справлялся с атакой, и я сплëл ещё одно заклинание. В результате вспыхнуло ещё два костра.
Но на этот раз все остальные болотники устремились ко мне. И их оказалось очень много. Я успел сжечь ещё четверых и вынужден был отступить, так как их гибкие руки, которые украшали впечатляющих размеров когти, пытались достать меня. Стало понятно, что против подобного физического урона щит вряд ли долго продержится. Так я и отступал, постоянно атакуя тварей огненными плетениями. Когда я уже почти выдохся, монстры наконец закончились.
Тяжело вздохнув, я направился к столпившимся в метрах двадцати от меня жителям. Ко мне подошёл Алан и молча последовал рядом. Я, кстати, только сейчас заметил, что уже начало темнеть. Из толпы появился староста.
— Господин маг, оставайтесь на ночь. Куда вы сейчас пойдёте на ночь глядя. А утром спокойно отправитесь в путь!
Отказываться от подобного приглашения было глупо. Конечно, я согласился. И вскоре оказался в том самом доме, в котором отправлялся в транспортное кольцо. Туда же мне принесли ужин. Когда я утолил свой голод и растянулся на кровати, то понял, как сегодня устал. Ещё бы, после такого расхода энергии мне не хотелось даже медитацией заниматься. Сейчас нужен был здоровый сон.
Лёжа на кровати, я размышлял о странностях, связанных с сегодняшними монстрами. Почему столь трусливые создания вдруг поменяли своё поведение?.. У меня в голове крутилась одна мысль, как всё это можно объяснить, однако всё равно для полноты картины чего–то не хватало. Пока размышлял об этом, не заметил, как заснул.

* * *

Закрыв глаза, я в очередной раз оказался во временах моего беззаботного детства. Дед сидел на кресле–качалке, а у него на коленях находился четырёхлетний Алек, мой брат. Надув свои пухлые щёчки, мальчик смотрел на меня своими большими выразительными глазами.
— Ирос. Сегодня мы с тобой обсудим одну из рас, населяющих Алондар. Что ты знаешь об оборотнях?
— Они могут принимать другую физическую форму, боятся серебра и способны управлять монстрами.
— Именно. Однако способность управлять монстрами — это на самом деле намного более сильное оружие, чем принятие боевой формы. Могущественные оборотни сыграли очень важную роль во время Великой войны за господство. Именно благодаря им фракция оккультистов подчиняла себе толпы монстров. Как только оборотень получает своё первое магическое искусство, ему даруется возможность управлять монстрами.
— Но что если оборотень так и не получил искусство? — спросил двенадцатилетний я.
— Хороший вопрос, — кивнул дед, — тогда способность управлять монстрами выходит из–под контроля, и оборотень, сам того не понимая, начинает привлекать их к себе.

* * *

После этих слов я тут же проснулся. Поднявшись с кровати, выглянул в окно, убедившись, что наступило утро. Последнее время стал замечать, что мои сновидения становятся связаны с тем, что происходит в реальности. Почему мне приснился именно тот сон, где дед рассказывает про оборотней, которые не получили наследие, из–за чего их сила управлять монстрами вышла из под контроля. Является ли этот сон подсказкой? Может быть именно такой оборотень сейчас находится в деревне?

Глава 21 

По ауре местных жителей можно понять, что все они, кроме Алана, не являются магами. Так может действительно среди них затесался оборотень? Либо это Алан. Хотя бред, конечно. Если бы всё было так, я бы понял это, оказавшись в его внутреннем саде. Но в любом случае, всё это нужно проверить. И сделать это можно очень просто. Оборотни тяжело переносят контакт с серебром. Так что стоило просто взять кусок этого металла из пространственного кольца. Приложить к коже каждого жителя деревни и пронаблюдать за реакцией. Однако я не хотел, чтобы всё это делалось на людях. Ничего хорошего не будет, если крестьяне вдруг неожиданно узнают, что у них в деревне живёт оборотень… Всё надо делать тихо и аккуратно.
Выйдя из спальни, увидел, что на столе меня уже ждёт скромный завтрак, накрытый полотенцем. Быстро перекусив, отправился к старосте.
Когда я дошёл до его дома, то даже не успел постучать, как дверь распахнулась, и я увидел хозяина собственной персоной. Он уважительным тоном спросил:
— Вы что–то хотели, господин маг?
— Мне нужно, чтобы вы собрали всех жителей деревни перед домом, где я остановился. Пусть каждый заходит туда по одному.
— Могу ли я узнать причину подобного? — спросил староста, уставившись на меня с удивлением.
— Нет, не можете, — я постарался, чтобы мой голос звучал холодно и сурово, и, судя по реакции собеседника, это у меня получилось.
— Конечно, господин маг, всё сделаем как скажете… — поспешно заверил он меня.
Я же вернулся в свой дом, и вскоре возле него уже начала собираться толпа селян. Подождав, когда она станет достаточно большой, я обратился ко всем ним.
— Заходите по одному. Я проведу стандартную проверку. Прошу не задавать вопросов и довериться мне.
После моих слов по толпе пробежались удивлённые шепотки, но никто, как ни странно, не возразил. Никто, кроме Мари. Эта девчонка вновь вылезла вперёд.
— Ты чего там удумал? С чего мы вообще должны тебя слушать? — возмутилась девушка.
— Просто доверьтесь мне. Я хочу понять, почему монстры нападают на вашу деревню.
— А мы–то здесь при чём? — огрызнулась Мари.
— Мари, если Рагнар может понять, из–за чего на нашу деревню нападают монстры, то нам стоит ему довериться, — встрял в наш разговор Алан.
— Ладно, — опустила взгляд девушка.
Ого. А парень–то был для неё авторитетом…
— Алан, первым зайдёшь ко мне ты.
Сказав это, зашёл внутрь дома вместе с ним. Я закрыл дверь и подошёл к кровати, на которой лежал серебряный амулет, который был заранее вынут из пространственного кольца.
— И что ты будешь делать? — задал вопрос маг земли.
Я же взял амулет, сказав при этом:
— Тебе нужно всего лишь взять эту вещь в руки.
Смерив меня удивлённым взглядом, но не став задавать вопросы, он кивнул. Я затаил дыхание, когда амулет оказался в его руках. Ничего не произошло. Собственно, как и рассчитывал. Ведь мне уже довелось побывать во внутреннем саде Алана, и там я не заметил никакого следа силы оборотней.
— Хорошо. Можешь позвать следующего человека, — кивнул я головой.
Алан нахмурился, однако не стал со мной спорить.
Вскоре после его ухода вереница из селян выстроилась к двери моего дома. Каждый по моей просьбе брал в руки амулет, однако никто из местных жителей так и не оказался оборотнем. Когда очередь подошла к Мари, та, только зайдя в комнату, сразу пренебрежительно заявила:
— Ну давай уже мне свою безделушку. Не хочу на тебя много своего времени тратить.
Да уж. Теперь вся деревня знает, что ненормальный маг сует всем какие–то амулеты.
— Возьми это, — протянул ей вещицу.
Мари так и сделала. Некоторое время она держала его, рассматривая, потом перевела взгляд на меня.
— И что? Долго мне его держать?
Я забрал его у девчонки и отправил её на улицу, попросив позвать следующего. Все остальные крестьяне оказались обычными людьми. Я спрятал амулет и задумался. Неужели ошибся? Хотя может не всех проверил? После того, как вышел последний из проверяемых, в комнату зашёл Алан.
— И как итоги? — поинтересовался он. — Чего ты проверял–то?
— Слушай, Алан, — внимательно посмотрел на него, проигнорировав вопрос, — а тут вся деревня собралась? Никого не осталось? Подумай хорошо.
— Как не осталось? — удивлённо ответил парень. — Я тебе и так скажу. Староста остался. Но он и не приходил. Жена с дочкой были, а самого его я не видел.
— Та–ак… — протянул я.
Оставался единственный человек. Если и он не оборотень, то тогда мне придётся признать своё поражение и спокойно отправиться в столицу получать законное вознаграждение.
— Я скоро приду, — предупредил Алана и, выйдя из дома, отправился к старосте. Тот встретил меня во дворе своего дома. И его настороженный взгляд мне не совсем понравился.
— Господин маг, вы закончили ваши дела? — осведомился он у меня. — Уже покидаете нас?
— Не совсем, — постарался, чтобы моя улыбка была как можно обаятельнее, — осталось одно небольшое дело…
— Какое? — подозрительно посмотрел он на меня.
— Из всей деревни не проверили только тебя, поэтому вот, просто возьми его! — протянул своему собеседнику амулет.
Тот с опаской посмотрел на него. Потом на меня. И всё–таки взял в руку… после чего с шипением выронил.
— Жжётся… что это такое?.. — и, замерев, уставился на меня.
— Это амулет с замаскированным серебром, — объяснил я.
Услышав мои слова, мужчина пришёл в шок и тут же резко сорвался в сторону. Однако я был готов к подобным кульбитам. Так что «воздушная плеть», выпущенная моими руками, подсекла ноги старосты, от чего тот упал, покатившись кубарем по земле. Когда я подошёл к нему вплотную, тот посмотрел на меня затравленным взглядом. Каким бы оборотнем он ни являлся и как бы ни был способен привлекать монстров, он всë ещё не имел искусства. Так что в бою он мне не соперник.
— Так это ты оборотень. Признаться, не ожидал.
— Да, я оборотень. И что? Это преступление?
— Это не преступление, — покачал я головой, всё ещё удерживая плетение, — преступление то, что ты оборотень без искусства. И должен прекрасно осознавать, что именно ты привлекал этих монстров. Или ты будешь говорить, что не знал этого?
— Я не знал, клянусь!
— Даже если так, это ничего не меняет, — покачал головой. — Но со всем этим дерьмом пусть уже разбираются Меридианы.
— Не надо их вызывать, — в глазах у старосты заплескалась паника, — они меня убьют. Я же ничего не знал! За что…
А следом за этим он рванул мимо меня. И выскочил за забор. Честно говоря, я растерялся и не успел среагировать. Староста наполовину изменился, и даже в таком виде догнать оборотня было сложно. Бросившись за ним, услышал возмущённый рев и увидел лежащего на земле старосту и Алана, перед которым завис камень, явно направленный на беглеца.
— Фух… — выдохнул я, покосившись на парня. — Ты вовремя.
— Я всё слышал, — мрачно сообщил мне тот, — возможно, он действительно виноват в гибели моих друзей. Но мне не верится…
— Я не знал, — вновь жалобно запричитал староста, с ужасом наблюдая за нами.
— Я всё равно собирался вызвать Меридиан, — сообщил Алану.
— Правильно, — кивнул он, покосившись на пленника, — если вы не виноваты, маги во всём разберутся, и вас отпустят!
Я мысленно усмехнулся, обратив внимание, что слова парня явно не успокоили старосту. Но сам Алан ничего не заметил.
Мы связали его и, запихнув в рот кляп, понесли в дом, где я остановился. По пути нас видели несколько крестьян, и в результате, когда мы добрались до дома, перед ним собралась приличная толпа людей во главе с женой старосты, которая сразу набросилась на меня.
— Отпусти его! Как ты смеешь, мальчишка! Пусть ты и охотник, но не имеешь никакого права!
Возмущённые крики в её поддержку оглушили меня.
— Отпусти его! Что вы себе позволяете! Мы будем жаловаться!
— Объясни им, — приказал я Алану, — а я пока вызову Меридиан! — и после этого скрылся в доме. Разместив своего пленника на одной из лавок, я, тяжело вздохнув, вытер пот со лба и достал переговорный амулет.
Связаться я мог только с Сиегилом. Мой переговорный амулет не был настроен на кого–либо из Меридиан. Тот ответил сразу, правда, в голосе его было заметно удивление.
— Да, Рагнар. Ты что–то хотел?
— Мне надо связаться с Меридианами… в деревне, в которой я выполнял задание Гильдии Охотников, оказался оборотень без искусства. И он, вдобавок, является старостой. Из–за него на поселение постоянно нападают монстры, и…
— Я понял, — голос жрец стал серьёзным, — мне известны последствия отсутствия искусства у оборотней.
Он узнал у меня название деревни и сообщил, чтобы я ждал прибытия Меридиан.
Я вернул переговорный артефакт на место и устроился на лавке напротив старосты, который мычал, пытаясь что–то сказать. В этот момент зашёл Алан.
— Ну что? — поинтересовался у него.
— Попытался объяснить. Вроде разошлись. Конечно, они не все поверили, но думаю, что большую часть я убедил. В любом случае, они дождутся Меридиан.
— Отлично, — кивнул я, — тогда мы ждём их.
Алан вдруг замялся.
— Ты думаешь, он знал, что происходит?
— Вот скажи мне, он вообще давно в деревне?
— Да год назад появился, — задумавшись на мгновение, ответил парень, — на тёте Менси женился. А потом его старостой выбрали. А ведь действительно, — парень задумчиво покосился на лежавший на лавке предмет обсуждения, — именно после этого и начались нападения…
— Я не удивлюсь, если это не первая деревня, которую он сменил. Даже если староста не знал, то вполне мог догадываться. Однако это уже не важно. В любом случае, он опасен.
Староста несколько раз пытался мычанием обратить на себя внимание, но потом обречённо затих. Меридианы прискакали, когда на деревню опустилась ночь.
Их оказалось аж четверо. Трое учеников и Адепт. Адепт по имени Корен, высокий черноволосый мужчина, внимательно выслушал мой рассказ и, бросив взгляд на замершего на лавке старосту, кивнул.
— Спасибо, что связался с нами, — поблагодарил он. — А теперь не мог бы ты выйти? Мне надо допросить его. Это займёт минут пятнадцать.
— Ладно, — равнодушно пожал я плечами и вышел на улицу, где стояли приехавшие с ним маги, дымя самокрутками и, судя по всему, обсуждая последние сплетни. Невольно прислушавшись, услышал знакомое имя. Подойдя к ним ближе, обратился в слух.
— Так вот… — продолжил говорить один из магов. — Говорят, в этом году в академию Меридиан поступает сам внук Сильнейшего из Меридиан. Ирос Валленштайн. Говорят, он очень силён…
Как только я услышал эти слова, мои зубы заскрежетали.
— Повтори! — я не узнал своего голоса, а курильщики, вздрогнув, как по команде, дружно повернулись ко мне.
— Чего? — переспросил рассказчик.
— Повтори то, что ты сейчас рассказал про Ироса Валленштайна!
— Да ладно, — усмехнулся тот, — если у тебя проблемы со слухом, мне, в общем–то, не жалко повторить. Внук Валнара Валленштайна по имени Ирос Валленштайн поступает в Академию в этом году!
Конец первой книги.